Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

В Узбекистане создана ассоциация издателей и книготорговцев

В Узбекистане создана национальная ассоциация издателей и книжных магазинов. Об этом сообщает Gazeta.uz со ссылкой на Узбекское агентство по печати и информации (УзАПИ).

Ассоциация будет работать в статусе независимой организации. Ее цель – решение вопросов книгоиздания и распространения литературы, а также повышение культуры чтения населения, особенно среди молодежи. По данным УзАПИ, сегодня в стране действуют свыше 140 издательств и более 450 книжных магазинов.

Председателем вновь созданной ассоциации избран директор «Узбекистон миллий энциклопедияси» («Национальная энциклопедия Узбекистана») Эркин Абдурахмонов. По его мнению, одним из первых шагов организации станет создание единого заказа для всех книготорговцев и перечня литературы, которая должна быть в продаже в каждом магазине. Это должно привести к снижению стоимости популярных книг. Кроме того, ассоциация планирует создать для своих членов систему сертификатов, позволяющих обладателям документа под эгидой организации обучаться за рубежом и обмениваться опытом в книжном деле с иностранными коллегами.

К концу правления Ислама Каримова книжные магазины в Узбекистане практически исчезли. Так, в столице страны, Ташкенте, местные журналисты насчитали всего шесть торговых точек. В начале прошлого года президент Шавкат Мирзиёев подписал распоряжение, согласно которому в республике будут проводить мероприятия, направленные на повышение культуры чтения и ее пропаганду. Одним из них будет, к примеру, республиканский праздник книги, который, как объявила пресс-служба УзАПИ, пройдет по всей стране 24-25 мая.

Ранее сообщалось, что, согласно президентскому постановлению, в Узбекистане будут систематически проводить конкурсы «Ёш китобхон» («Молодой книголюб»), а призами для победителей состязаний на республиканском уровне станут автомобили. Их получили уже два человека. «Лучшему юному навоиведу» восьмикласснику Ибрагиму Гаффарову вручены ключи от Chevrolet Spark. Обладательницей машины той же марки за победу в конкурсе «Ёш китобхон» стала школьница Мохинисо Шомуродова.

Фото с сайта УзАПИ
http://www.fergananews.com/news.php?id=30018

В Душанбе скончался известный таджикский поэт Мумин Каноат

В Душанбе сегодня днем на 86-м году жизни скончался известный таджикский поэт Мумин Каноат. Он не дожил всего двое суток до своего дня рождения. Каноат умер в своем доме, в присутствии родных и врачей, которые не смогли ему помочь, сообщает «Азия-плюс». Причина смерти не уточняется.

По словам Ширин Каноат, дочери поэта, в последние годы отец болел, но его состояние резко ухудшилось пару дней назад. Прощание с Мумином Каноатом состоится завтра, 19 мая, передает Радио «Озоди».

Мумин Каноат родился 20 мая 1932 года в деревне Курговад Калайхумбского (ныне Дарвазского) района Горно-Бадахшанской автономной области в семье дехканина. Первые его стихи были опубликованы в районной газете в конце 1940-х годов. В 1956 году окончил Таджикский госуниверситет имени Ленина по специальности «таджикская филология». Работал в редакции журнала «Садои Шарк», некоторое время был старшим редактором издательства «Ирфон». С 1968 года был заместителем председателя, а с 1976 года — первым секретарем правления Союза писателей Таджикистана.

Каноат неоднократно избирался депутатом Совета Национальностей Верховного Совета СССР от Таджикской ССР, был председателем Таджикского республиканского комитета защиты мира, членом советского Комитета солидарности стран Азии и Африки. За поэмы «Голоса Сталинграда» и «Материнский лик» в 1977 году Мумину Каноату было присвоено звание лауреата Государственной премии СССР. В дальнейшем эти и другие его поэмы были переведены на многие языки народов СССР и неоднократно изданы. В частности, «Голоса Сталинграда» на русский язык перевел поэт Роберт Рождественский.

Иллюстрация: Мумин Каноат. Фото с сайта Ozodagon.com
http://www.fergananews.com/news.php?id=30012

Из Союза писателей Таджикистана изгнали не сумевших написать автобиографию «литераторов»

Руководство Союза писателей (СП) Таджикистана за несоответствие писательскому званию исключило из рядов организации 40 литераторов, еще пятерым членам дали испытательный срок. Такое решение принято по завершении анализа произведений нескольких сотен членов творческого объединения, передает Радио «Озоди» со ссылкой на доклад СП. Его авторы пишут, с 2010 по 2015 годы в СП Таджикистана попало немало «случайных» людей, многие из которых не в состоянии грамотно написать даже собственную биографию.

«При приеме в Союз писателей не соблюдались требования устава. Книги соискателей в СП были далеки от литературы и не имели какой-либо художественной ценности. В СП принимали даже авторов брошюр по истории, медицине, политологии и других, не имеющих ничего общего с литературой сфер», — говорится в докладе СП.

«Чистка» рядов СП началась с приходом в это творческое объединение нового главы. Известный поэт Низом Косим после своего избрания в 2015 году заявил о необходимости реформ в деятельности Союза. В частности, он сказал, что в течение пяти последних лет в ряды СП были приняты 147 писателей, хотя в годы, когда Союзом правил поэт Мирзо Турсунзаде, такой чести удостаивались лишь пять человек в год. «Если бы это приносило желаемые результаты, я бы двумя руками был «за». Однако, к сожалению, за последние пять лет я не увидел значимых произведений. Возможно, многие писатели все еще находятся в творческом поиске… На мой взгляд, членом Союза писателей должен быть литератор, уже признанный в обществе», — сказал тогда Низом Косим.

В 2016 году Союз писателей Таджикистана объявил полуторагодовой мораторий на прием новых членов. По словам руководства СП, решение было принято с тем, чтобы очистить организацию от «случайных и неодаренных писателей», которые влились в ряды организации в предыдущие годы. С этой целью была создана рабочая комиссия, которая проанализировала художественную ценность произведений и профессиональный уровень около 400 членов Союза.

Некоторые исключенные из СП «литераторы» уже заявили, что подадут в суд на главу СП иск о защите чести и достоинства. В частности, лишенная билета писательница Гули Зард намерена потребовать у Низома Косима и двух его заместителей компенсацию в размере 150 тыс. сомони (около $17 тыс.).

Напомним, в последнее время российское сетевое сообщество «Диссернет» уличило в плагиате более 20 таджикских научных деятелей, использовавших интеллектуальный труд других людей без указания авторства. Среди плагиаторов и компиляторов оказались, в частности, первый вице-премьер Таджикистана Давлатали Саид (Саидова), председатель Хатлонской области Таджикистана Давлатшо Гулмахмадов (Гулмахмадзода), директор Института экономики сельского хозяйства Академии сельскохозяйственных наук республики Нарзулло Амиров и сын министра образования Таджикистана Шохин Саидов, являющийся доцентом юридического факультета Таджикского национального университета. Однако, если СП Таджикистана решил избавиться от псевдописателей, то Минобрнауки и Академия наук республики, напротив, встали на защиту псевдоученых, сославшись на то, что «Диссернет» не является официальной организацией, и экспертизы сообщества не могут рассматриваться как основание для лишения ученых степеней.

Иллюстрация: Здание Союза писателей Таджикистана. Фото Екатерины Иващенко, «Фергана»
http://www.fergananews.com/news.php?id=29614

В Казахстане «за пару дней» перевели книгу Назарбаева на латиницу

Книгу президента Казахстана Нурсултана Назарбаева «Времена и думы» («Жылдар мен ойлар») издали на латинской графике, содержащей апострофы, сообщает «Спутник».

Книга пока представлена в единственном экземпляре. Ее презентация прошла в рамках торжественного открытия центра по изучению латинской графики в национальной академической библиотеке в Астане. Речь идет о новом зале, где посетители смогут ознакомиться с латинским алфавитом и задать интересующие вопросы экспертам Координационно-методического центра развития языков имени Шаяхметова и Института языкознания имени Ахмета Байтурсынова.

Первыми с содержанием книги ознакомились участники презентации, среди которых были ученые Гарифолла Есим, Бакир Абдижалел и Карджайбай Сарткожаулы. Прочитать отрывок произведения Назарбаева также попытались ученики астанинской школы №40.

Между тем оппозиционный политик, лидер незарегистрированной партии «Алга!» Владимир Козлов обратил внимание на то, что книга Назарбаева была издана на том варианте латинице, который был официально принят всего пару дней назад. «Издание книги, даже и президента, это далеко не пару дней. Тем более — перевод ее на этот вариант латиницы. Значит, все это время нам крутили кино, имитировали обсуждения и опросы. Все было решено уже очень давно», - написал он на своей странице странице в Facebook.

Обсуждение нового казахстанского алфавита шло не один месяц. Первый вариант на основе латиницы, содержащий диграфы, был представлен в парламенте 11 сентября, однако его отвергли. Из второго варианта убрали диграфы, заменив их на апостроф — небуквенный знак в виде надстрочной запятой. Вместо 42 букв кириллицы в новом алфавите использовано 32 знака, девять из которых пишутся с апострофом. Девятого октября новый проект презентовали Нурсултану Назарбаеву, который утвердил его 27 октября. «К 2025 году мы должны перевести на латинский алфавит делопроизводство, периодическую печать, пособия. Уже сейчас необходимо начать эту работу», — заявил глава государства.

Казахстанские чиновники, между тем, уже начали претворять поручение президента в жизнь. Накануне, 30 октября, вывески на латинской графике появились на зданиях городского акимата (мэрии) и маслихата (местный представительный орган) в Актау.
http://www.fergananews.com/news.php?id=27154

Кыргызстан: Десять лет назад убили нашего коллегу Алишера Саипова, сегодня в Оше открылся его музей

В южной столице Кыргызстана городе Оше 24 октября, в день, когда десять лет назад был убит молодой журналист Алишер Саипов, открылся посвященный ему музей.

Это отдельная комната в доме, где собраны личные вещи Алишера. На вешалке висит костюм, в котором журналист был в день убийства.

Здесь можно увидеть книги, которые Алишер любил читать, его фототехнику, дипломы, сертификаты, экземпляры издававшейся им газеты…

Зайнабхан Саипова, мать Алишера, показывает костюм, в котором ее сын был 24 октября 2007 года

Алишер Саипов навсегда остался 26-летним. Его застрелили на улице, когда Алишер ловил такси. Прозвучало три выстрела: одна пуля попала в ногу, еще две – в затылок. Убийство не раскрыто до сих пор. Нет, по этому делу был осужден один человек, но родные Саипова не верят в его виновность.

Дочь Алишера Зулайхо. Ей было всего два месяца, когда в семью пришла беда
А причины преступления очевидны: Алишера убили за позицию. Это был талантливый и отважный политический журналист. Он освещал самое начало «мартовской революции» 2005 года в Кыргызстане, рассказывал о последствиях «андижанских событий» в Узбекистане.

Алишер был корреспондентом информагентства «Фергана», радиостанций «Голос Америки» и «Радио Свобода», работал стрингером для других изданий, незадолго до гибели учредил и возглавил газету «Сиёсат» («Политика»). Газета издавалась на узбекском языке и быстро набрала популярность на юге Кыргызстана. Острые материалы с критикой режима Ислама Каримова не могли не остаться незамеченными и в соседнем Узбекистане, куда ее удавалось пронести. По слухам, за голову Алишера Саипова была даже назначена награда в 10 тысяч долларов США.

Алишер знал об этом. И оставался бесстрашным.

В апреле 2008 года имя Алишера было увековечено в вашингтонском «Музее журналистики» на мемориальной доске, посвященной памяти журналистов, погибших при исполнении своих обязанностей. В Кыргызстане учредили специальную премию имени Алишера Саипова, которая несколько лет вручалась молодым журналистам республики, честно и смело делавшим свою работу.

В 2017 году семья Саиповых решила возобновить выпуск газеты «Сиёсат» и приурочила выход первого номера ко дню памяти ее основателя. Накануне этой даты увидела свет и книга «Сиз билган ва билмаган Алишер Соипов» («Алишер Саипов, о котором вы знали и не знали»). В ней собраны все публикации покойного журналиста. Скоро их можно будет найти и на сайте, посвященном Алишеру Саипову.

В планах семьи Саиповых - проводить конкурс для молодых журналистов «Свобода слова в Кыргызстане» и награждать его победителей премией Алишера Саипова.

Вечером 24 октября в 21.30 по бишкекскому времени (18.30 мск) государственная телерадиокомпания ЭлТР покажет фильм «Азаттык» Алишерди эскерет» («Азаттык» вспоминает Алишера»), снятый киргизской службой Радио Свобода. Пока фильм доступен на киргизском языке, в дальнейшем его переведут на узбекский, русский и английский.

Подборку фотографий Алишера Саипова можно посмотреть в Галерее «Ферганы». Ниже - некоторые статьи, подготовленные Алишером Саиповым для «Ферганы»:

Формальные и реальные межгосударственные границы в Ферганской долине, 2004 год

Подпольная религиозная литература в Киргизии: издание, распространение, содержание, 2005 год

Лидер оппозиционной партии «Эрк» Мухаммад Салих, находящийся в эмиграции, дал эксклюзивное интервью агентству «Фергана.Ру», 2005 год

Киргизско-узбекская граница открывается за сумму в 100-200 долларов США, 2005 год

Ферганская долина нуждается в коренных экономических преобразованиях, а не в пересмотре границ

Несмотря на давление узбекской стороны, в Киргизии не собираются смешивать литературу с политикой, 2006 год

Апрель 2007 – март 2005. В чем различия?

Соб. инф. Фото Шохруха Саипова и RFE/RL
http://www.fergananews.com/article.php?id=9602

В Ташкенте нашлись ранее неизвестные письма Василия Шукшина

Всероссийский мемориальный музей-заповедник Василия Шукшина в Сростках (Алтайский край) получил три письма советского писателя, о существовании которых не было известно ранее. Их передала в дар музею жительница Ташкента Майя Якутина, сообщает Управление Алтайского края по культуре и архивному делу.

Знакомство Якутиной с Шукшиным состоялась в 1952 году в Сростках. Шукшин тогда вернулся домой после армии. Якутина работала в селе следователем районной прокуратуры по направлению после института. Вскоре Якутину перевели в Барнаул, а Шукшин уехал учиться в Москву. Через 20 лет, прочитав его рассказ «Страдания молодого Ваганова», где героиню зовут Майя Якутина, Майя Семеновна отправила письмо писателю, он ответил, и началась переписка. Последнее письмо было написано 27 сентября 1974 года, она получила его 5 октября, после смерти Василия Шукшина. Много лет письма хранились в семье как дорогая реликвия и были переданы в музей в знак глубокого уважения к жизни и творчеству Шукшина, указано в сообщении.

Мемориальный музей Василия Шукшина был открыт в его родном селе – Сростках — в 1978 году. Первая экспозиция была создана в доме, который он купил матери на гонорар за роман «Любавины». В настоящее время музейный комплекс включает в себя четыре здания, восемь сооружений, а также 1,5 га территории. Вклад в формирование его коллекции внесли свыше 600 человек.

В 2002 году уникальный архив Шукшина нашли на чердаке дома, где раньше жила его семья. Игравшие там мальчишки нашли письма Шукшина его матери, Марии Сергеевне, а также дневники писателя, конспекты лекций, черновики статей в районную газету. Все это было передано в музей-заповедник Шукшина.

Василий Шукшин — советский кинорежиссер, актер, писатель и сценарист. Заслуженный деятель искусств. Автор романов, повестей, многочисленных рассказов о жизни крестьян и рабочих. За свою жизнь он сыграл в более чем 20 фильмах, которые считаются классикой кинематографа. Шукшин умер во время съемок картины «Они сражались за Родину».
http://www.fergananews.com/news.php?id=27099

«Все плакали об их ребенке, как о родном». В России вышла книга в память о младенце Умарали

В Санкт-Петербурге 15 октября состоялась презентация книги «Колыбельные для Умарали». Это сборник таджикских народных стихов для детей в переводах и переложениях, который подготовила группа энтузиастов во главе с литератором Ольгой Кушлиной. Книга издана в память о младенце Умарали – сыне трудовых мигрантов из Таджикистана Рустама и Зарины Назаровых, который погиб в Петербурге два года назад. Ольга Кушлина рассказала «Фергане», как шла работа над этим сборником.

* * *
– Когда и как появилась идея создать «Колыбельные для Умарали»?

– Книжка появилась совершенно случайно – в интернете нашлись старые друзья юности, нахлынули какие-то воспоминания… Мы с Юлием Франком (его иллюстрации использованы в книге. – Прим. «Ферганы») в молодости жили в Душанбе, с этим многое связано, любили и любим эту культуру. Светлана Турсунова-Франк, ныне – успешный художник в Берлине, в те годы была главным редактором детского журнала «Чашма», по типу «Веселых картинок», и мы все там подвизались – что-то писали, рисовали. Это был очень хорошего уровня журнал. Детские книжки мы тогда тоже делали, так что этот материал для нас не чужой. Жаль, что очень многое было потеряно, но что-то Юлик смог вывезти, в том числе книжку, которую сам оформлял – «Себи сари пул» это «Яблоня у моста».

Вот я произношу, а вы уже чувствуете, как это красиво: «Се-би са-ри пул». В 1985-ом году она была издана, ну представляете, что типографский уровень тогда был очень низкий. При этом очаровательные рисунки Юлика и великолепные таджикские стихи. Мне просто было жалко, что такая роскошь пропадет и никто ее не увидит.

В то время, когда мы все были под тяжелым впечатлением от трагических событий, связанным с маленьким Умарчиком, я и предложила Юлику сделать новую книгу. Он поддержал: давай, говорит, действительно попробуем. У него дочка, Яна Франк, известный дизайнер, художник все эти рисунки «вытянула». Я параллельно начала работать с текстом, – сканировать, перепечатывать.

- Переводить?

- Да, скажу два слова, чтобы вы поняли, что все было не так просто. Это же фольклорные тексты, иногда старые – от бабушек и прабабушек, из разных областей и с непонятными диалектными словами, потому, в маленькой детской книжечке было столько примечаний внизу страницы, как в научной статье. Представляете? Детские стишки, в которых звездочки, сноски, чтобы объяснить непонятные слова.

Подстрочник мне делали два человека: хороший друг моей сестры еще со школьных лет – Фарид Салихов, геолог, преподаватель геологии в филиале МГУ в Душанбе, и таджикская поэтесса и переводчица Нори Хамракулова. У них разные совершенно по типу были подстрочники. У Нори – образцовый литературный текст, она вообще замечательный профессионал. А у Фарида – шероховатые многословные, он не заботился о форме, а старался как можно точнее каждое слово объяснить. А там же было много такого, что называют «непереводимой игрой слов», звуковой игры, детских словечек. Эти подстрочники дополняли друг друга, и все очень их хвалили. Когда я передала Фариду восторги русских поэтов, он в шутку сказал: это потому, наверное, что я многодетный отец и дедушка. И все равно постоянно требовались комментарии, спотыкались практически в каждом стихотворении. Вот, например, почему в стихотворении о девочке с двумя косичками ее ласково называют не женским именем Зилола, а редким, бытующем только на юге, мужским именем – Зилол? Оказывается, в некоторых образованных семьях есть такая традиция, – домашнее имя девочки произносится на иранский лад, а в иранском нет различения слов по родам. Вместо того, чтобы просто перевести восемь строчек – из жанра «Ладушки-ладушки» – мы углублялись в лингвистические, университетские диспуты. Да, наверное, и для «Ладушки-ладушки» подстрочник сделать не проще, чем к стихотворению Пушкина. В итоге, оба варианта подстрочников очень пригодились, дополняли друг друга. Эти подстрочники я разослала своим знакомым поэтам.

– Сколько человек работали над переводами?

– Откликнулись все, но для кого-то детские стихи были очень далеки. Один поэт, Андрей Чернов, через два месяца сказал, что прошло слишком мало времени, он не успел войти в материал. Но впервые так тесно соприкоснувшись с поэтическим словом на фарси, был совершенно очарован красотой и образностью таджикской поэзии, понял, что нельзя позволить себе поверхностный подход, – а ведь версификацией он владеет виртуозно. Представляете? Он перевел «Слово о полку Игореве», а на десять строчек детского стихотворения ему хотелось еще месяца два. Это действительно сложно, потому что надо было перестраивать как-то свою психологию. Кто-то присылал переводы из Финляндии, и я «видела» финский пейзаж за окном, кто-то словно украинское село живописал – «яблонька у плетня» вырастала. Плетень вместо глиняного дувала – и вся работа насмарку. То есть, поэты выбирали несколько стихотворений, а переводов получалось в лучшем случае два, чаще – один единственный текст.

Но тем не менее, все откликнулись, откликнулись горячо, я каждому читала, как это звучит по-таджикски, потом нашла песни, как они поются. Та же Марина Вишневецкая (она перевела три стихотворения) говорила, что она ходит, как бы качая ребенка, и поет все это. Ее переводы, наверное, образцовые. Потому что они получились абсолютно точными, и в то же время это – живые русские стихи.

Кто-то делал переложения, как режиссер Гоголь-центра Женя Беркович. Вот это стихотворение «Любимая заколка» – там восемь строчек, а она сделала из него целую сценку. Но это вольный очень перевод, переложение. Так чаще всего и переводят детские стихи. Тот же Самуил Маршак, да? Такая степень вольного обращения с текстом у нас получилась единственная, но это прекрасное живое стихотворение получилось, жаль его было отбраковывать. Тогда я решила добавить в подзаголовок книги: «переводы и переложения», и вздохнула с облегчением.

В целом, география у нас такая – от Финляндии, это Марина Кучинская, до Сибири. В Минусинске живет наш поэт и священник Сергей Круглов. Он как поэт известен и любим в России, лауреат премии Андрея Белого, автор многих книг. Когда я его попросила перевести, он сказал: «Что? Колыбельную? Я никогда такое не переводил», а у него самого такие, знаете, брутальные стихи. Я говорю, попробуй, таджикские колыбельные, они ведь не только мамины, но и папины. И он перевел одну из папиных колыбельных «Вверх подброшу!». У него у самого трое детей, внуки уже. В шутку ему советовала: «Тебе, как батюшке православному, надо переводить припев «алла-аллаё» не как «баю-бай», а как «Господи, помилуй». Это же точнее – действительно просят у Аллаха защитить дитя в колыбели.

И вот так получилось, что о маленьком Умарчике молились и два православных священника. Второй – это отец Дмитрий Арзуманов, служащий в Подмосковье. Фамилия эта знаменитая и уважаемая в Таджикистане, знакома всем, кто изучал таджикский язык. Его дедушка – известный востоковед, из самых первых европейцев, приехавших в начале 1920-х годов в Душанбе, редактор и создатель образцового словаря (до сих пор этот толстый том русско-таджикского и таджикского русского словаря – главный, основополагающий), и учебников таджикского языка. Отец Димитрий горячо откликнулся и талантливо перевел одно из стихотворений.

– У нескольких стихотворений в книге по два перевода, то есть, несколько человек переводили одни и те же стихотворения, а вы потом выбирали?

- Мы всего в двух случаях там себе это позволяем. Первое стихотворение «Головушка» (Сарак-Сарак) переводили Андрей Анпилов и Татьяна Нешумова. У Тани получился очень вольный перевод, но при этом – очень симпатичное русское стихотворение, нежное, материнское. Но я не могла дать только его, оно больше похоже на ее собственные стихи, а не на таджикский оригинал, поэтому заказала точный перевод Андрею. А во втором случае, Максим Амелин просто увидел, чем занимается его приятельница Марина Вишневецкая, и сказал – я тоже хочу, и взял у нее это стихотворение, ему захотелось в шутку посоревноваться.
Мне показалось, что это довольно интересный прием, но это уже как бы для исследователей. Этой книгой заинтересовались таджикские филологи. Они мне честно сказали – такого уровня переводов таджикского фольклора не было. Может, это преувеличение, но мне это было очень приятно. Решительно, всерьез к таджикскому фольклору не подходили, его не переводили.

Действительно, по-таджикски выходит очень мало литературы. Я издателям в Таджикистане предлагала подарить макет, они мне говорят – у нас издательства все позакрывались, некому этим заниматься. Хотя один потрясающий энтузиаст только что мне сообщил, что готов финансировать выход этой книжки в Таджикистане. Конечно, я тут же с радостью выслала готовый макет – пусть берут на здоровье, вдруг это как-то поможет реанимировать издание детских книжек на таджикском, нельзя, чтобы дети росли без них.

- Какой у книги тираж?

– У нее маленький тираж, 500 экземпляров. Если они разойдутся, мы допечатаем. Но я бы предпочла, чтобы этим уже занимался кто-то другой.

– Где вы ее будете распространять?

– Я ее в основном дарю. Еще есть дружественный фонд помощи детям «Адвита». Я им положила стопочку в магазин «Легко-легко», кто захочет, сможет за благотворительный взнос ее приобрести. Что-то на презентации разошлось. Где-то положим потом в Москве (там тоже будет презентация, но позже), может быть в «Фаланстере».

Я хочу сказать всем, пожалуйста, берите у меня эту книгу для интернет-магазинов, потому что меня засыпали вопросами где ее купить. Если бы был какой-то источник, я бы могла сказать, вот, по этому адресу. Часть в консульстве обещали переслать Душанбе, я для них отложила.

– Вы обращались к ним за помощью?

– Да. Но они отреагировали только недавно, когда я пригласила их по электронной почте на презентацию. Очень любезно со мной поговорили, обещали содействие в дальнейших проектах. Может быть, сможем при их помощи осуществить другие проекты. Я мечтаю устроить выставку таджикских художников в Санкт-Петербурге. Сейчас меня с этой книжкой неожиданно стали везде звать, я отказываюсь. И от телевидения, и от презентаций на больших и известных в городе площадках. Скажем, позвали в музей Ахматовой – знаменитый Фонтанный дом. Это прекрасное место, одна из самых живых культурных точек Петербурга. Ну, и какой смысл эту книжку, эту песчинку огромной культуры там показывать? А вот если сделать выставку Юлия Франка, Светланы Турсуновой-Франк, Яны, позвать памирский ансамбль, существующий при Памирской диаспоре, о котором в Петербурге почти никто не знает, - это было бы событие.

– Вы знакомы с семьей Назаровых?

– Нет, мы сейчас пытались Рустама найти, через журналистов, через общину таджикскую, но не смогли. Никто не знает – уехал он из Петербурга или здесь остался. После того, что случилось, и Рустаму, и их бабушке было тяжело общаться. Мы какие-то деньги им переводили, по телефону говорили с ними, а сейчас даже на презентацию позвать не смогли.

Хоть я с ними не была знакома, знаете, все незнакомые плакали об их ребенке, как о родном. Если человек с какими-то неубитыми живыми рефлексами, он не может к этому относиться равнодушно. К вопиющей этой истории… Все, что мы делаем – не для того, чтобы людей мучить этим воспоминанием, мы не хотим допустить, чтобы подобное повторилось, чтобы стало нормой. Никто же по большому счету за них не вступился, никто не понес наказание.

– Это, наверно, в первую очередь, история о безразличии...

– О безразличии тоже, да. По-моему, ни в одной стране не может быть таких законов, которые позволили бы отобрать ребенка у матери, когда для этого нет какой-то суровой необходимости. Но мы не хотели на этом спекулировать, поймите нас правильно. Мы наоборот пытались как-то избыть свою боль, свою вину. Совершенно правильно говорят, давно это замечено и о стихах, и о картинах – с каким импульсом человек это делает, этот же импульс на выходе передается зрителю или читателю. Здесь не обманешь, не притворишься. И, наверно, в этой книге остался этот импульс. Это импульс многих людей, многих сердец. Никто не делал ее равнодушно.

Беседовала Анна Козырева

* * *
13 октября 2015 года в Адмиралтейском районе Санкт-Петербурга полиция задержала Зарину Юнусову и Далера Назарова – мать и дядю пятимесячного Умарали. Полицейские отняли грудного ребенка у матери и на машине «Скорой помощи» отправили в Центр медицинской и социальной реабилитации детей, оставшихся без попечения родителей. В то же день суд постановил депортировать задержанных из России за нарушение миграционного законодательства (пребывание без регистрации). Когда Юнусова пришла в отделение полиции за сыном, ей не сказали, где находится ребенок. На следующее утро, 14 октября, ей сообщили, что младенец умер по неизвестным причинам. По версии экспертов, причиной смерти Умарали стала генерализированная смешанная вирусная инфекция. Однако родители малыша утверждали, что он был совершенно здоров. Расследование гибели ребенка длилось более года, затем дело было закрыто – ни в действиях врачей, ни в действиях полицейских следователи не нашли состава преступления.
http://www.fergananews.com/article.php?id=9591

«Холмик с горсточку». Восемь лет без Александра Файнберга... и памятника на его могиле

Четырнадцатого октября исполнилось 8 лет со дня кончины любимого миллионами народного поэта Узбекистана, публициста, переводчика, кинодраматурга и сценариста Александра Файнберга. Однако на могиле классика русскоязычной литературы страны, находящейся на Боткинском кладбище Ташкента, об этой легендарной личности ничто не напоминает.

К досаде и разочарованию всех, кто знал этого замечательного человека, место его захоронения сегодня встречает паломников какой-то необъяснимой убогостью, ощущением нехватки чего-то очень важного. Простенькая могилка с «холмиком с горсточку» (строчка из стихотворения Файнберга «Плач». – Прим. «Ферганы») — пусть не в запустении, но явно проигрывает соседним и теряется среди других — ухоженных и «элитных». Даже табличка с фотографией и датами рождения и смерти Александра Аркадьевича почему-то приколочена к забору чужого захоронения.

Что помешало родным за столь долгое время — 8 лет, прошедших после смерти Файнберга, — решить вопрос о сооружении ему памятника? Почему до сих пор на месте упокоения известного далеко за пределами Узбекистана поэта отсутствует не только полноценный постамент, но даже самый скромная могильная плита? Четыре года назад «Фергана» уже пыталась найти ответ на этот вопрос.

Нынешней весной на радость многочисленным поклонникам и друзьям поэта желанный памятник на могиле Файнберга всё же появился. Однако, простояв считанные дни, воздвигнутое посторонним человеком творение скоропостижно исчезло, а если точнее — было снесено родственниками поэта, с громкой руганью в адрес автора и привлечением рабочей силы. На снос-разрушение готового памятника и деньги, и силы нашлись, а на создание – нет.

Посвященные в эту историю люди рассказывают, что памятник на свои собственные денежные средства решил заказать и установить молодой человек из Ташкента по имени Азим. Ему просто стало обидно за любимого поэта, и он хотел сделать как лучше, не посвящая в это благородное дело никого, даже своих близких. Этот случай стал предметом горячих дискуссий во всем интернет-сообществе, появился целый ряд восторженных публикаций на местных веб-ресурсах, в частности, на популярном портале «Письма о Ташкенте».

Родственники Файнберга, которые называют себя «большой дружной семьей», поступок Азима посчитали для себя оскорблением, вмешательством в их внутрисемейные дела. Разгорелся скандал, финалом которого стало уничтожение как надгробия на могиле поэта, так и, по настоянию родственников, всех публикаций об этом памятнике на том же сайте «Писем о Ташкенте». Лишь чудом в сети «выжил» единственный снимок того самого памятника, самодеятельно изготовленного неизвестным парнем.

Рискуя быть «закиданными камнями» со стороны недовольных поступком молодого человека, всё же заметим: большинство тех, кто видели этот памятник, остались довольны – скромный, не вычурный, аккуратный и достойный. Азим даже цитату в виде эпитафии из стихотворения Файнберга «Утешение» выгравировал (не сам, конечно): «Но и могила – не конец дороги».

После сноса памятника в соцсетях началось что-то невообразимое. На вдову поэта Инну Коваль и ее сестру обрушился шквал негодования. Большая часть пользователей сошлась в едином мнении: поэт-публицист Файнберг – достояние республики, а посему народ имеет право требовать, чтобы могила почитаемого мастера поэзии перестала быть «бесхозной». «Неужто «голая» земля, едва возвышающаяся над могилой великого человека, гораздо привлекательнее достойно выполненного (а впоследствии стертого с лица земли по чьему-то капризу) памятника?» - задается вопросом один из поклонников поэта.

На интернациональной карте Боткинского кладбища за последние годы участок захоронений значительно расширился, и практически все погребенные уже много позже Александра Аркадьевича давно обрели памятные плиты и бюсты.

По словам специалистов, занимающихся ковкой и изготовлением памятных сооружений (вокруг Боткинского кладбища таких точек немало), на сегодняшний день цены на их изделия очень упали. Приличные памятники из мрамора, которые лет 5-6 назад стоили в пределах $500-600, сегодня уже можно заказать всего за 2-2,5 миллиона сумов ($250-310). Самая бюджетная цена на мемориал из гранита или мрамора – всего 1-1,5 миллиона сумов ($125-190). Вскладчину для большой семьи — это сущие копейки. Достаточно только бросить клич – в любой момент готовы будут внести свой вклад в это доброе дело также сотни людей из числа фанатов поэта. Но ни того, ни другого почему-то не происходит.

В сборнике воспоминаний о замечательном поэте Александре Файнберге, автором которого является ташкентский журналист и поэт Марта Ким, есть такие строки: «В один из вечеров, когда Инна Глебовна разговаривала по телефону, он тихо сказал: “Я должен уйти первым. Она [жена] сделает всё, как надо”».

Так оно и случилось — он ушел первым. А в последнем двухтомнике стихов Александра Аркадьевича, который был отпечатан буквально на следующий день после его смерти, своим пророчеством потрясает стихотворение «Плач» (цитата, том 1, стр. 237):

«Я стою. В грязи пальто.
Липнут волосы.
Не споет уже никто
Этим голосом.
Что ж вы, отчие края?
Холмик с горсточку…».

Будто в воду глядел…
http://www.fergananews.com/article.php?id=9590

Президент Бердымухамедов стал дважды Героем Туркменистана и написал две книги за несколько дней

Президент Туркмении Гурбангулы Бердымухамедов во второй раз получил высшую государственную награду - звание Героя Туркменистана. Об этом на заседании Совета старейшин объявила председатель Меджлиса (парламента) Акджа Нурбердыева, сообщает «Туркменистан: Золотой век».

Глава государства был удостоен награды по представлению Совета Старейшин «за личный вклад в совершенствование демократических, правовых основ государства, укрепление суверенитета, конституционного строя, независимости и постоянного нейтралитета страны. А также за обеспечение гражданского согласия и национального единства», - говорится в сообщении.

Присутствовавший на заседании Бердымухамедов «сердечно поблагодарил собравшихся за оказанную ему честь, пожелал им счастья и благополучия». Как передает РИА Новости, теперь президенту должна быть выплачена премия в размере $100 тысяч. За счет бюджета ему также положена ежемесячная стопроцентная надбавка к зарплате, не облагаемая подоходным налогом. Кроме того, Герою Туркменистана вручается знак особого отличия — золотая звезда «Алтын Ай». Бердымухамедову будет установлен бронзовый бюст как человеку, дважды удостоенному геройского звания.

Впервые звание Героя Туркменистана было присвоено Бердымухамедову в 2011 году. Его предшественник, первый президент Туркмении Сапармурат Ниязов, получал высшую государственную награду шесть раз.

Гурбангулы Бердымухамедов занимает пост президента Туркмении с 2007 года и носит титул Аркадаг (на туркменском — «Покровитель»). Помимо его государственных заслуг, в республике неоднократно отмечали творческие достижения президента. Девятого октября на расширенном совещании с участием вице-премьеров, руководителей силовых структур и местных администраций президент подарил собравшимся экземпляры своей очередной книги «Туркменистан - сердце Великого Шелкового пути».

Свои новые произведения Бердымухамедов представляет с завидной регулярностью. К примеру, как передает «Хроника Туркменистана», 28 сентября, по завершении Азиады, Бердымухамедов презентовал книгу «Спорт – это путь к дружбе, здоровью и красоте». Ранее, 12 августа, мир узнал о новом труде туркменского президента, посвященном МВД Туркменистана и работе в этой структуре его отца Мяликгулы Бердымухамедова. А 14 сентября глава Туркмении начал писать книгу о лошадях. Очередную: в апреле 2016 года вышла в свет его «Стремительная поступь скакуна» об ахалтекинских конях.
http://www.fergananews.com/news.php?id=26996

Узбекистан: Писатель-диссидент Нурулло Отахонов освобожден из-под ареста http://www.fergananews.com/news/26934

Узбекский писатель и диссидент Нурулло Отахонов (Нурулло Мухаммад Рауфхон), 27 сентября вернувшийся в Узбекистан из Турции и задержанный в аэропорту Ташкента, освобожден из-под стражи. Об этом сообщил на своей странице в Фейсбуке сын писателя.

Напомним, ранее милицейские власти Узбекистана сообщали, что Отахонов обвиняется по двум статьям Уголовного кодекса страны – 159 («Посягательство на конституционный строй Республики Узбекистан») и 244−1 («Изготовление или распространение материалов, содержащих угрозу общественной безопасности и общественному порядку»).

По сообщениям родственников Отахонова, с 27 сентября его содержали в РОВД Яшнабадского района Ташкента, потом в городском управлении внутренних дел, а последние сутки – в следственном изоляторе Таштюрьмы.

Освобожденному писателю еще не выдали на руки паспорт. О конкретном решении, которое приняли следственные органы или прокуратура в отношении Отахонова, пока неизвестно. По словам его сына, в ближайшее время Нурулло Мухаммад Рауфхон выступит в социальных сетях с видеосообщением.