Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

Фетишизация врага. Почему власти Казахстана не могут забыть про Мухтара Аблязова

Белая футболка с микрофоном-петличкой, синий пиджак, портрет Назарбаева с надписью «Диктатор» за правым плечом президента. Это казахский олигарх, беглый банкир и оппозиционер Мухтар Аблязов вышел в эфир с первой частью цикла «Продукты Назарбаева». Он обещает рассказывать о тех, кто «ворует из бюджета Казахстана», и как «эти продукты воруют у нашей страны». Первая серия – о Диасе Сулейменове, бывшем гендиректоре «КазМунайГаза». Собственно, и название – «КазМунайДиас» - игра аллюзий, а сама стилистика – один в один Алексей Навальный, только более пафосный, а оттого слегка скованный.

Фильм-разоблачение вышел днем 30 октября, и к вечеру набрал на основном канале Аблязова в Youtube – «16/12» – 51 тысячу просмотров, что для продукта, ориентированного на казахстанского зрителя, очень много. При этом сам контент воспринимается достаточно сложно, поскольку Аблязов постарался быть чересчур серьезным, да и Сулейменов, мягко говоря, - «это вам не Димон». Тем не менее, очевидно, что именно этот цикл еще до своего начала послужил для властей Казахстана триггером, перед которым они начали масштабную информационную войну против Аблязова внутри страны. Эффекта от такой борьбы почти ноль: Аблязов давно находится вне пределов Казахстана, и для него оскал казахстанской власти - лишь легкая улыбка с родины. Но официальная Астана исступленно бьется над желанием вернуть Аблязова снова и снова. «Фергана» попыталась понять, к чему все эти старания.

Кто такой Аблязов и с чем его едят

Мухтар Аблязов - одно из главных действующих лиц начала двухтысячных годов в Казахстане. Бывший министр энергетики, бизнесмен и владелец нескольких телеканалов и долей в разных банках страны, в 2001 году он стоял у истоков одного из главных оппозиционных проектов республики – партии «Демократический выбор Казахстана». Вместе с представителями новой волны политиков и бизнесменов-«младотюрков» Аблязов ратовал за демократию, реформы и далее по списку. Назарбаеву, который к тому времени изрядно забронзовел, это не понравилось, и Аблязов отправился в тюрьму. Доставали его из тюрьмы всем демократическим миром, и в 2003 году Нурсултан Назарбаев помиловал бизнесмена и политика с наказом никогда больше не заниматься политической деятельностью. Тогда Аблязов написал прошение о помиловании и публично заявил об отказе от политики (сейчас он это называет «политическим маневром»).

Тут как раз и дело нашлось, связанное чисто с экономикой. Аблязов вновь приближается к Банку Туран Алем, который ранее уже входил в его ФПГ, и который к 2004-му году стал системообразующим банком страны. Во многом благодаря Ержану Татишеву – финансисту, владевшему 20 с небольшим процентами акций этого финансового учреждения.

В декабре 2004 года Татишев погибает на охоте. По официальной версии, машина, в которой он ехал, подпрыгнула на кочке, а ехавший с Татишевым в автомобиле бизнесмен Муратхан Токмади передавал в этот момент ружье: из-за кочки палец нажал на спусковой крючок, и банкир скончался на месте от огнестрельного ранения в голову. После этого Аблязов почти сразу становится полноправным хозяином Банка Туран Алем (формально – председателем совета директоров): по версии его противников, Аблязов основательно «поработал» с братьями Татишева, «отжимая» у них банк; по версии сторонников, потому что он умный и честный. Хотя сам Аблязов не скрывал, что придерживается не самых привычных принципов человека, стоящего во главе банка («Зачем мне кредитовать кого-то, когда я могу кредитовать себя?»).
Дальше у Аблязова были четыре года относительно безоблачной жизни, а потом выяснилось, что с БТА-банком не все хорошо. По мнению Аблязова, все было как раз нормально, но семья Назарбаева решила забрать банк себе из-за его хороших показателей. По версии властей, обнаружились большие хищения. Тут как раз подоспел кризис, и государство, пользуясь и тем, и другим поводами, фактически прибрало банк к рукам. Мухтар Аблязов вместе с соратниками успел уехать из страны, приобрел за рубежом статус оппозиционера Назарбаева, провел какое-то время в разных тюрьмах, ожидая экстрадиции (более подробно можно прочесть в этой статье «Ферганы»). В 2016 году французский суд решил, что экстрадировать Аблязова ни в Россию, ни в Украину, ни в Казахстан нельзя, и 53-летний банкир вышел на свободу.

Вечный враг

С этого момента основным орудием Аблязова в борьбе против «режима» становятся социальные сети. Банкир раз за разом начинает делать записи в Фейсбуке. Во время одной из первых, 16 декабря - на день Независимости Казахстана, - в самой стране «падают» на несколько часов почти все социальные сети. В дальнейшем любой прямой эфир Аблязова становится причиной локальных проблем с интернетом в стране, и над ними сначала подшучивают, а потом они начинают раздражать нейтральных наблюдателей.

При этом ничего принципиально нового Аблязов во время своих выходов в сеть не говорит. Он заявляет, что создает новое движение под старым названием «Демократический выбор Казахстана» и вместе со сторонниками продвигает идею свержения власти в стране – но «демократическим путем». Сам он мечтает о должности премьер-министра (президентство будет отменено), а количество его сторонников в критической массе должно достигать миллиона человек. Правда, с подсчетами лояльной ему аудитории у Аблязова как-то не задалось: в интервью СМИ он призывал смотреть на количество подписчиков в его Instagram, чтобы понять, насколько он влиятелен.

Важно, однако, что примерно так же рассуждает и власть, у которой влиятельность Аблязова почему-то не вызывает особых сомнений. Именно поэтому в ответ на инициативу о создании «нью-ДВК» официальная Астана инициировала показательный заочный суд над Аблязовым и некоторыми вернувшимися в страну его сторонниками. Аблязов за «хищения» получил 20 лет тюрьмы (из Франции ему за этим смотреть было, вероятно, достаточно весело), его партнеры, дав «нужные» показания, отделались условными сроками. Показательна была история Кайрата Садыкова, который сначала не признал полностью свою вину и вину Аблязова в исчезновении денег и получил 15 лет строгого режима. Затем во время апелляции он изменил тактику и тоже ушел на «условку».

По этому приговору Аблязов становился главным источником всех бед в стране, а люди должны были закидать его проклятиями. Поэтому спустя время, продолжая блокировку и малопривлекательный и малоэффективный троллинг в интернете, власть пошла на новый шаг. На прошлой неделе в эфире казахстанского телеканала КТК вышла вторая часть фильма «Звали его Мурка» о том самом бизнесмене Муратхане Токмади, который в 2004 году застрелил на охоте Ержана Татишева. В этом фильме, напоминающем худшие поделки НТВ десятых годов, Токмади, сидя перед телекамерой, говорит, что убийство было заказным, и заказ поступил именно от Аблязова. За это Токмади был списан кредит.

Суток не прошло с момента показа фильма по телевидению, как и МВД, и Генпрокуратура отчитались: это дело будет расследоваться вновь во вжи сех деталях. И можно не сомневаться, к каким результатам придут в итоге правоохранительные органы.

Все, что делает его сильнее

Собственно, «Мурка» - это, видимо, упреждающий удар перед выходом «Продуктов Назарбаева». Битва видеосалонов в XXI веке. Но что любопытно, в Казахстане фильму КТК, судя по общественному резонансу, поверило не очень много людей, а популярности рассказам Аблязова, читаемым с суфлера, это только добавило. Популиста, сидящего далеко за рубежом и не готового вписаться за своих страдающих за него товарищей, внезапно делают популярным сами его противники. И это при том, что практической опасности ни Аблязов, ни его фильмы сейчас не представляют: реальное число сторонников ДВК в стране, мягко говоря, невысоко (сколько – не знает никто: сами сторонники практически не показываются на свет и тщательно скрывают свои взгляды), а интернет-фильмы можно просто игнорировать. Все равно практически никто не станет задавать по ним вопросы «героям»: свободных СМИ в стране два с половиной издания.

Вместо этого власть, похоже, раз за разом наступает на одни и те же грабли, усиливая влиятельность своего фетиша. Почему так происходит? Публицист и оппозиционер Сергей Дуванов считает, что всему причиной то, что Аблязов – последний из могикан. «После зачистки Назарбаевым оппозиционного поля остался только он, - говорит Дуванов. – Кто-то видит в Аблязове лишь демонстратора, а кто-то – реальную попытку создать оппозицию. Но он единственный, кто еще дерзит власти». И именно поэтому врага, который не сдался, уничтожают, добавляет правозащитник Евгений Жовтис. «Врага надо дожать до конца, - пытается объяснить логику власти Жовтис. – Дело даже не в том, что этот враг опасен, а в том, что его уничтожение – сигнал собственным элитам. В противном случае окружение будет считать, что ты ослаб».

Проще говоря, от Аблязова власть не может отделаться потому, что миролюбие и игнорирование – удел слабых. Конечно, его опасаются – хотя даже не его, а взрыва оппозиционных настроений, которые может аккумулировать Аблязов, а поводы для такого беспокойства есть. «В стране даже элита чувствует не совсем хорошую социально-экономическую обстановку, люди недовольны многими вещами, и уже даже власть вынуждена открыто критиковать некоторые силовые институты, говоря о необходимости реформ, - продолжает Жовтис. – Да, если говорить о нынешнем ресурсе Аблязова внутри страны, – он не опасен. Но давайте посмотрим на все «арабские весны». Какие там были ресурсы и у кого? Да ни у кого не было. Но это не помешало сносу режимов. Власть пытается дуть на любую воду».

Сергей Дуванов отмечает, что казахстанская власть в ситуации с Аблязовым стала заложником своих собственных фантомных болей – давно можно было отпустить всю эту ситуацию, но процесс, похоже, идет по кругу: дискредитация Аблязова – рост недоверия общества к заявлениям власти – усиление Аблязова – испуг власти – дискредитация Аблязова. «Они поняли, что проиграли в этой гонке, и теперь нужно перед общественным мнением представить Аблязова в максимально невыгодном свете. Все всё поняли, но никто не может отменить установку «Делайте, что хотите, но достаньте его!», идущую с самого верха. Никто не может пойти и сказать, что все, пора остановиться», - говорит публицист.

И вся эта возня вокруг попытки в очередной раз приписать Аблязову жирный «минус» только дает ему «плюс», резюмирует Евгений Жовтис: это бег по кругу с наступлением на одни и те же грабли. Учитывая, что Аблязов анонсировал продолжение фильмов о людях из окружения казахстанского президента, таких кругов будет еще много. Однако пока и власти, и Аблязов катаются на своем чертовом колесе в разных кабинках, ситуация в Казахстане не становится лучше. И совсем не факт, что ею не захочет воспользоваться кто-то третий. Тот, кто гораздо коварнее человека, искренне считающего свой электорат по количеству подписчиков, и гораздо безжалостнее, чем очень упрямая, авторитарная и малоэффективная власть.

Вячеслав Половинко, специально для «Ферганы»

http://www.fergananews.com/article.php?id=9613

В Фергане за ночь задержали более ста праздно сидевших в кафе «нехороших людей»

В интернет-кафе, караоке-клубах и кальянных города Ферганы на востоке Узбекистана в ночь на 24 октября были задержаны более ста человек, сообщает «Озодлик» (узбекская служба Радио Свобода).

Задержанных заталкивали в автобусы и доставляли в УВД Ферганской области. Здесь их фотографировали, снимали отпечатки пальцев, осыпали нецензурной бранью и, посоветовав больше не выходить из дома в поздний час, отпускали. На это уходило до двух часов.

«Мы с друзьями часто приходим сюда и играем в футбол, - рассказал 21-летний Рустам (имя изменено), который был задержан в кафе PlayStation на улице Сайилгох. – Время перевалило за 11, и вдруг в кафе ворвались милиционеры с видеокамерой, вывели всех игроков и засунули в автобус. Там уже сидели люди, задержанные в других местах. Никаких удостоверений милиционеры нам не показывали. Доставили нас в УВД, постоянно осыпая бранью. Я вот сказал было: «Не пью, не курю, просто сижу и играю в футбол», но меня оборвали: «Заткнись, животное!» Похоже, они нас за людей не считают».

Другой ферганец рассказал, что в ночь на 24 октября сидел в караоке-клубе и распевал с друзьями песни, когда там внезапно появились люди в погонах. «Я сказал: «У меня есть паспорт, я прописан в Фергане», но мне крикнули: «Ты, собакоподобный, встань в общий ряд!» - «Но это же незаконно!» - «Сейчас посажу тебя на 15 суток, там и будешь читать закон». Наша вина в том, что мы гуляем после 11 часов, что ли? Но где написано, что это нельзя? Или в нашем городе введен комендантский час?», - возмущен молодой человек.

В Ферганском УВД подтвердили задержание большого количества людей. Как пояснил один из сотрудников управления на условиях анонимности, такие рейды проводятся в городе ради обеспечения безопасности и порядка.

«Задерживаются праздно слоняющиеся по улицам люди, у них снимают отпечатки пальцев, фотографируют и предупреждают, чтоб больше не бродили бесцельно. Мы беседовали с владельцами ночных клубов и кафе, рекомендовали не работать после одиннадцати ночи. Потому что после одиннадцати хорошие люди в кафе не ходят, дома сидят», - заявил сотрудник УВД. И добавил, что рейды проводятся по приказу МВД.

По словам сотрудника одного из ферганских ресторанов, точкам общепита запрещают работать после 11 часов вечера, хотя большинство из них работает «до последнего клиента». В основном, рейды проводятся в местах скопления молодежи и в те периоды, когда милиционерам нужно выполнить план по задержаниям, считает он.

Для жителей Узбекистана такого рода рейды – обычное явление, с которым они сталкиваются на протяжении многих лет. В период правления Ислама Каримова страна жила без закона, регулирующего деятельность органов внутренних дел. Шавкат Мирзиёев подписал такой нормативный акт 16 сентября 2016 года, через полгода закон вступил в силу. Согласно документу, сотрудники милиции должны обеспечивать защиту прав, свобод и законных интересов граждан «независимо от пола, расы, национальности, языка, религии, социального происхождения, убеждений, личного и общественного положения». Закон, в частности, запрещает милиционерам прибегать к пыткам, насилию и другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению.
http://www.fergananews.com/news.php?id=27120

В Турции футбольных фанатов заподозрили в связях с проповедником Гюленом

Власти Турции начали расследование из-за баннера с героем фильма «Рокки», который недавно появился на стадионе во время матча. Об этом сообщает Reuters. Официальная причина неизвестна. Однако провластные журналисты заявили, что изображение якобы намекает на проповедника Фетхуллаха Гюлена, которого обвиняют в подготовке переворота.

Матч, о котором идет речь, состоялся в минувшее воскресенье, 22 октября, на стадионе «Галатасарай» в Стамбуле. Фанаты «Галатасарая» игравшего против «Фенербахче», перед игрой развернули на трибуне баннер – изображение героя известного фильма в исполнении Сильвестра Сталлоне. Его сопровождали лозунги «Вставай!» и «Они кажутся большими, потому что ты на коленях».

Провластная пресса сочла это намеком на Гюлена. Сторонники этой версии заявили, что проповедник в одной из речей цитировал поэму, которая заканчивается словами «Вставай, Сакарья!» (это регион на северо-западе Турции). Другим аргументом, как передает Turkey Purge, стало то, что герой фильма «Рокки» жил в штате Пенсильвания, и Гюлен сейчас живет там же.

Расследование инициировал премьер-министр Турции Бинали Йылдырым, сообщили источники в его администрации. В чем власти видят состав преступления, не уточняется.

На ситуацию отреагировал «Галатасарай». Он заявил, что такая трактовка баннера не соответствует контексту. Клуб также пригрозил «правовыми последствиями» тем, кто пытается связать его с террористами. На этом фоне, как передает Bloomberg, его акции упали в цене на 5%.

Массовые аресты и увольнения, последовавшие за попыткой переворота, продолжаются уже больше года. Нередко они сопровождаются сомнительными и откровенно нелепыми обвинениями. Такие случаи перечислены в недавнем отчете Стокгольмского центра свободы, посвященном ситуации в Турции.

Человека могут арестовать за подписку на оппозиционную газету «Заман» (саму газету власти ликвидировали ее вместе с десятками других изданий), за наличие счета в Bank Asya или членство в бизнес-ассоциации TUSCON (их считали близкими к движению Гюлена). После мятежа деятельность этих учреждений была прекращена, хотя задержания по таким обвинениям продолжаются. Под подозрением в причастности к мятежу оказались врачи из благотворительных организаций и юристы из профессиональных ассоциаций, которые связывают с движением гюленистов.

Арестовать могут также за книги Гюлена (несколько месяцев назад прокуратура начала расследование, заметив такую книгу на полке в кадре популярного сериала), использование мобильного приложения ByLock (власти считают, что заговорщики якобы пользовались им для секретных переговоров) и отказ от подписок подконтрольного властям цифрового оператора Digiturk (министерство юстиции Турции признавало, что это может служить основанием для увольнения из государственных структур, которые официально почти никак не мотивируются).

Поводом для ареста становились и однодолларовые банкноты. Существует конспирологическая теория, что их, якобы как некий тайный знак, использовали заговорщики. Эту версию практически официально поддержали власти.
Правительство заявило, что в движении Гюлена эти банкноты «играли важную роль». По данным правозащитников, многие люди были арестованы только на основании того, что у них в бумажнике нашли одну из таких банкнот.

Попытка переворота в Турции произошла в июле 2016 года. Группа военных захватила ряд стратегических объектов, но вскоре мятеж был подавлен силовыми структурами, оставшимися на стороне властей. По обвинениям в причастности к перевороту за последний год были арестованы около 50 тысяч человек. Десятки тысяч уволены из государственных структур. Критики официальной версии считают, что мятеж был инсценировкой властей, которую использовали как повод для репрессий.
http://www.fergananews.com/news.php?id=27097

В Киргизии закончились деньги на воспевание Манаса

Киргизские депутаты раскритиковали исполнение закона «Об эпосе «Манас». Этот вопрос обсуждали 23 октября на заседании профильного комитета парламента по социальным вопросам, образованию, науке, культуре и здравоохранению, передает AКИpress.

Закон об эпосе «Манас» в Кыргызстане был принят в 2011 году. В январе 2012-го правительство утвердило пятилетнюю национальную программу, которая, по данным 24.kg, предусматривала создание школы юных манасчи (манасчы, профессиональные чтецы эпоса. – Прим. «Ферганы»), издание детской энциклопедии по эпосу «Манас» и малым эпосам, проведение манасиады. Власти также планировали создать анимационные фильмы об эпосе и провести научно-исследовательские работы в историко-архитектурном комплексе «Кошой коргон».

Всего программа включала 24 пункта, однако из-за отсутствия финансирования к настоящему моменту выполнены лишь 11 из них. Программа истекает в 2017 году, ее продолжение пока не запланировано.

«Финансирования нет. Кто в этом виноват? В школах по два часа в неделю, семь лет проводятся уроки кыргызской литературы, и только 62 часа уделяется эпосу. Ни в какие рамки это не лезет», - возмутился на заседании депутат от Социал-демократической партии Рыскелди Момбеков.

С ним согласился Садык Шер-Нияз (фракция «Ата Мекен»). Он напомнил, что сейчас нет ни одного мультфильма про Манаса. «Дети любят комиксы. Нам не нужны черепашки ниндзя или человек-паук. Неужели про нашего героя нельзя мультипликационный фильм сделать? Детям ведь это так нравится», - сказал депутат.

Представитель министерства культуры, туризма и информации, присутствовавший на заседании, ответил, что на мультфильм должны были выделить 2 миллиона сомов ($29 тысяч), но этого не было сделано. «На коньяк-закуску деньги находятся», - заметил Шер-Нияз.

Киргизский эпос «Манас» (его делят на три части: «Манас», «Семетей» и «Сейтек»), рассказывает о жизни и деяниях богатыря Манаса, его сына Семетея и внука Сейтека. Согласно преданию, герой, имя которого дало название эпосу, объединил разрозненные племена киргизов в единую нацию.

Закон об эпосе «Манас» регулирует вопросы, связанные с сохранением, развитием и популяризацией трилогии. В нем, в частности, содержатся положения о том, что граждане Киргизии, а также лица, находящиеся на территории республики, обязаны относиться к трилогии эпоса «Манас» «как к предмету особой гордости народа Кыргызской Республики», и что проявление уважения к трилогии эпоса – патриотический долг каждого гражданина Киргизии.
http://www.fergananews.com/news.php?id=27093

Турчанка рассказала о похищении мужа в аэропорту Алматы

Гражданин Турции Забит Киши пропал в аэропорту «южной столицы» Казахстана Алматы. Об этом, как передает Turkey Purge, рассказала его жена. По ее словам, он был похищен неизвестными людьми.

Женщина рассказала, что ее муж находился в Казахстане транзитом. Он прибыл туда из Бишкека, планируя вылететь в одну из европейских стран. Но в Алматы мужчину задержали, заявив, что у него не в порядке документы. Ему запретили покидать город, но в остальном его свободу не ограничивали.

Через несколько недель, 30 сентября, состоялся суд, который постановил выдворить его обратно в Кыргызстан. Его должны были посадить в самолет, вылетавший в тот же день. Но в Бишкек мужчина так и не прибыл.

По словам жены, его адвокаты выяснили, что его забрали прямо из самолета неизвестные люди. Она назвала это похищением. Где он находится сейчас – неизвестно. Жена пыталась узнать об этом от местных властей, но какой-либо информации не получила.

Ранее стало известно о пропаже другого гражданина Турции – Энвера Килича. Как рассказала его жена, он также летел из Алматы в Бишкек, и пропал в аэропорту при схожих обстоятельствах.

Супруга Забита Киши не сказала, кого именно подозревает в похищении. Однако она отметила, что в последнее время «в Турции и других странах неоднократно происходили похищения людей». В социальных сетях высказывались предположения, что мужчина мог быть связан с движением гюленистов, которое власти Турции считают причастным к прошлогодней попытке переворота. Однако связано ли с этим его похищение – неизвестно.

В самой Турции продолжаются аресты людей, которых подозревают в связях с движением гюленистов. Власти страны также ищут подозреваемых среди эмигрантов за рубежом, и добиваются их выдачи. Таким образом уже были экстрадированы десятки людей – выдать их согласились Саудовская Аравия, Болгария и некоторые другие страны. Один из последних случаев – выдворение бывшего директора турецкой школы и его семьи из Пакистана. В то же время представители Евросоюза обвинили Турцию в злоупотреблении механизмом поиска и ареста людей через Интерпол. Депутаты Европарламента заявили, что Анкара пользуется этим средством для преследования политических оппонентов.

В Турции наряду с формальными происходят и произвольные аресты – людей забирают на улицах неизвестные, которые представляются полицейскими, а затем увозят в неизвестном направлении. Эти инциденты описаны в недавнем отчете Human Rights Watch, посвященном нарушению прав человека в Турции. Один из пострадавших рассказал, что его держали в неком тайном изоляторе, подвергали пыткам, а позднее перевели под официальный арест. Провластный журналист Абдурахман Шимшек, освещающий работу силовых структур, подтвердил, что некоторых гюленистов спецслужбы похищали, нелегально допрашивали, а затем передавали полиции.

Его коллега Чем Кючюк, также поддерживающий руководство Турции, на днях заявил, что турецкие спецслужбы готовы похищать гюленистов и за рубежом. Действует ли эта практика сейчас, он не уточнил. Известно, что турецкие спецслужбы, в частности, собирали информацию о предполагаемых сторонниках движения в Германии. В связи с деятельностью турецкой разведки немецкие власти начали расследование.

Попытка переворота в Турции была совершена в июле 2016 года. Группа военных захватила ряд стратегических объектов, но вскоре мятеж был подавлен силовыми структурами, оставшимися на стороне властей. Власти Турции обвинили в организации переворота проповедника Фетхуллу Гюлена, проживающего в США (сам он это отрицает). По подозрению в причастности к этим событиям были арестованы десятки тысяч людей, многие были также уволены из государственных структур. Критики официальной версии считают, что мятеж был инсценировкой властей, которую использовали как повод для репрессий.
http://www.fergananews.com/news.php?id=27085

Шухрат Иргашев: «В юности я был чересчур пижонистым»

На визитке актёра – три контакта: «тел. Ташкент», «тел. Москва», «тел. Бельгия». Ровесник Победы, свидетель Большой Истории (даже его появление на свет не обошлось без косвенного участия Иосифа Виссарионовича!), за минувшие полвека он сыграл, кажется, во всех значительных проектах киностудии «Узбекфильм». Российский кинематограф тоже многим ему обязан. У актёра феноменальная память. И если кому-то вдруг понадобится узнать, кто был, например, шестым ассистентом осветителя на той или иной картине с участием Иргашева – пусть обратится к самому Шухрату Ибрагимовичу. Правда, телефон, скорее всего, будет занят.

О том, как узбек играл грузина

- Начинал я в театральной студии при Дворце культуры швейников. Было это в начале 60-х, я уже работал на заводе, сперва столяром, потом слесарем-ремонтником, параллельно заканчивал вечернюю школу. Студию вела Анна Ефимовна Гацулер. Там я научился курить. В спектакле «Наташкин мост» играл курящего бригадира-монтажника Тимофея. Друзья пришли на генеральную репетицию и стали смеяться: кто так курит! Тогда я стал специально учиться. Втянулся. Бросил только через 25 лет, когда внук родился. И уже почти 25 лет не курю.

– Вы играли русского парня Тимофея – при том, что обладали фактурой восточного принца.

– В те годы никаких различий не было: узбеки играли русских, русский мог сыграть узбека.

В 1984 году Равиль Батыров снимал картину «Вина лейтенанта Некрасова». Там я играл армянина по фамилии Казарян. Недавно в фильме «Вероника. Беглянка» – индийца по имени Чопра. А в картине 1977 года «Это было в Коканде» я сыграл грузина Цигарели.

– А Берию – не предлагали? Мне кажется, вы типажно подходите на роль Лаврентия Павловича…

– А я и играл! В фильме «Мой лучший друг – генерал Василий, сын Иосифа». Но, к сожалению, режиссёра отстранили и картину заканчивал другой режиссёр. Он всех актёров поменял. Потом я пробовался на Берию в фильме «Ближний круг» Андрея Кончаловского. Роль в результате досталась прекрасному британскому актёру Бобу Хоскинсу.

– Вспомнил, где вы играли почти Берию: главного кгбшника Узбекистана в фильме «Высоцкий. Спасибо, что живой»…

– Во времена Высоцкого этот пост занимал Левон Мелкумов.

– А, так вы Мелкумова играли… Еще один армянин!

– Не-не, мой персонаж был узбек. Александр Наумович Митта (сперва планировалось, что «Высоцкого» будет снимать он) мне говорит на пробе: «А можешь изобразить акцент?». «Вообще-то, – отвечаю, – в те времена говорили на чистом русском языке; они ж все заканчивали Высшую школу КГБ – в Москве или, там, в Минске... Но давайте попробуем, акциент так акциент» (смеётся.)

– Вы даже, кажется, ругнулись по-узбекски.

– Не, не ругнулся. Все думают, что ругнулся. В сцене со Смоляковым я говорю: «Арестовываем-имыш?» С узбекским окончанием: мол, что ли арестовываем?

На съемках фильма «Юность гения», 1982 год

– Молдаханов, который играл врача скорой помощи, – вот он точно выматерился (с окончанием -сыки).

– Да, да… (Смеётся).

О том, как я летал в Хиву ради одной фотографии

– Шухрат Ибрагимович, какую роль вы вспоминаете с особой, скажем так, нежностью?

– Фильм «Нежность»! (Смеется). Это первая работа в кино, 1966 год. Я только женился: медовый месяц и всё такое…

– А землетрясение не помешало… съёмочному процессу?

– Не-е-е, мы же почти всё снимали в Фергане. Помнишь: холмы, крепость разрушенная… Это под Ферганой. Какие-то эпизоды – в Киргизии…

– А знаменитые кадры во «Влюблённых» с плывущими по реке арбузами и Родионом Нахапетовым?

– Это в горах какой-то нашли водопад… Естественно, Нахапетов в него не нырял, куклу бросали. А вот когда его сетью вылавливают – это уже река Чирчик… Какие-то эпизоды снимали в Хиве. Я, помню, специально туда прилетал – чтоб сделать одну только фотографию: ту, что Нахапетов случайно видит на витрине у фотографа. Обратно летел с Настасьей Вертинской. Она как раз в это время разводилась с Никитой Михалковым. Только в самолёте и удалось с ней пообщаться. В ходе съёмок-то мы практически не пересекались…

– Хотя по фильму вы – жених, отбивающий ее у Нахапетова!

– Да-да. А по жизни я только слушал пластинки ее отца Александра Вертинского. (Смеется).

…С Эльёром (Эльёр Ишмухамедов, режиссёр «Узбекфильма»; дилогия «Нежность»/ «Влюблённые», картины «Юность гения», «Прощай, зелень лета…». – Прим. «Фергана.Ру») мы так по жизни и идём вместе. Он был помешан тогда на Феллини; носил с собой маленький магнитофон на батарейках и всё время ставил нам музыку Нино Рота из «Восьми с половиной».

– Помню, был еще в той дилогии персонаж по имени Санджар…

– Актёр Равшан Агзамов. Он сейчас в Америке живёт.

О том, как на меня свалился «Заслуженный артист»

- Сперва меня уволили из театра. С 1968 года я числился штатным актёром Русского театра драмы имени Горького. Главным режиссёром тогда был Виктор Максимович Стрижов. И вот в 69-м меня утвердили на главную роль в фильме «Он был не один» – про подвиг узбекского лётчика, ставшего советским разведчиком. Съёмки проходили в Таллинне, Риге, Калининграде… Калининград стоял еще полуразрушенный. Недавно, кстати, я туда вернулся: ездил в гости к Максу Ибрагимову, знаменитому мебельщику. Кафедральный собор знаешь, где Иммануил Кант похоронен?

– Конечно! Меня там однажды за Фарруха Закирова приняли!

– Ну вот, в этом соборе Макс Ибрагимов отреставрировал орган. Вообще, он крутой мебельщик, тебе надо с ним интервью сделать. Выходец из кишлака Бергалик под Ташкентом, он окончил ташкентское художественное училище имени Павла Бенькова, семь лет ходил морозильщиком на рыболовецких судах, а когда началась вот эта перестройка-мелестройка, открыл своё дело – стал «мебельным королём», даже самолёт Путина оформлял.

Но я отвлёкся. Значит, съёмки проходили в Прибалтике, а театр мой в это время гастролировал с «Ревизором» в Новосибирске. В спектакле у меня была небольшая, зато оригинальная (потому что в пьесе ее нет) роль дирижера оркестра. Стрижов говорит: «Что делать, будешь прилетать и улетать». Я к директору фильма: так, мол, и так. «Не, – отвечает, – никуда мы тебя не отпустим». В общем, в результате из театра меня уволили за прогулы. Правда, потом восстановили: коллектив взял на поруки.

И тут – новая роль, в фильме «Гибель Черного консула», и не у кого-нибудь, а у самого Камила Ярматова! А кто такой Ярматов? Народный артист СССР, Герой Соцтруда, депутат Верховного Совета СССР… В общем, ты понял. Лауреат Сталинской премии – ещё за фильм «Алишер Навои».

И снова – экспедиция: в Бухару, Хиву, в пустыню… А тут – 1970 год, сто лет со дня рождения Ленина. В театре готовится юбилейный утренник, один из сюжетов такой: узбеки дарят Владимиру Ильичу национальный расписной столик. Я читаю стихи по-узбекски. Телевидение снимает. Руководство республики смотрит. В общем, не сбежать… И я не прилетел к Ярматову на съёмку. Меня спасло только то, что в этот день была пыльная буря и съёмку отменили. Камил Ярматович – как я от него ни прятался – всё равно меня, конечно, отругал. В конце концов я плюнул и сам написал в театре заявление об уходе.

Когда фильм сдавали, Ярматов на каком-то собрании сказал: «Этот парень из-за нас ушёл из театра. Давайте как-то отблагодарим его: хоть звание, что ли, дадим!» Люди за звание всю жизнь борются, мне же на тот момент было 26 лет.
Так я стал заслуженным артистом Узбекской ССР.

Об актёрских причудах

- Я работал с великими актёрами. С Шукуром Бурхановым снимался в двух картинах. В фильме «Скажите Маузеру» я играл его сына. А он – героя Гражданской войны, который даже сына своего назвал Маузером. Кинопробы проходили где-то на Кукче. Нашли какой-то бедный дворик, натуру подостовернее. И Бурханов устроил громкий скандал. Всех поставил на уши: гримёршу, костюмершу, ассистентов режиссёра. Эти брюки ему не подходят – послали на студию за другими… Вот он себя завёл, разбередил… А потом сцену ТАК сыграл, что вся группа рыдала.

– У вас тоже есть свои тайные приёмчики?

– Да нет, я просто много думаю о персонаже. Михаил Чехов говорил: «О роли надо мечтать». Вот я и мечтаю.

…С Алимом Ходжаевым снимался. Весёлый был человек. Говорил: «Что такое – демагог? Это когда пожилой мужчина объясняет молоденькой девушке, что мягкий лучше, чем твёрдый» (смеётся).

Кстати, с Шукуром Бурхановым они друг друга не переваривали. Оба работали в театре имени Хамзы. Если один приходил на работу, то другой в этот день не приходил.

Однажды обоих пригласили в Москву на декаду узбекского искусства. Бурханова с Ходжаевым вызвали в ЦК партии. «Как так, – спрашивают их в ЦК, – два народных артиста, а друг с другом не разговариваете?» Ходжаев отвечает: «Майли (ладно, узб. – Прим. «Ферганы»), сколько дней я должен с ним разговаривать?» – «Десять дней. Ну, хотя бы неделю!» – «Хорошо. Неделю буду разговаривать» (смеётся).

О том, как живут простые киноактёры

– После театра я официально устроился на Студию киноактёра, где проработал двадцать с лишним лет…

– Мне всегда было интересно: чем актёр занимается, работая на Студии киноактёра? К примеру, в театре он играет на сцене, в кино – тоже понятно…

– Ну, у нас были занятия. Движения были. Плавание. Верховая езда…

– Так это занятия для миллионеров!

– Ну да (смеётся). Знаешь, сколько мне пришлось верхом ездить? Однажды, помню, на съёмках фильма Шухрата Аббасова «Абу Райхан Беруни» была такая сцена: султан Махмуд со своей свитой входит в Хорезм. Махмуда играл Бимболат Ватаев, я играл его визиря. Художник был очень хороший, сделал нам сёдла из фанеры. Буквально. Фанеру обили роскошной парчой: смотреть – красиво, а сидеть невозможно! Ну, мы натерли себе основание – долго потом художника того вспоминали хорошими словами.

О том, как я сыграл убийцу друга

– А помните свою роль в фильме про Талгата Нигматулина «К вам пришёл ангел»? Вы играли Усмана, прототипом которого был Мирза из секты Абая Борубаева, того, что погубил Талгата.

– Конечно, помню! Я и Талгата хорошо знал. Задолго до того, как он связался с этими чертями. Однажды в Душанбе он показал мне десятиминутный фильм про этого самого Абая. Я смотрел и мне было плохо: такая с экрана шла энергетика…

– А что, Талгат этого не чувствовал?

– Не знаю! Он ходил с ними по каким-то помойкам, просил милостыню (учился, что ли, смирению?), унижался. Я не стал ему ничего тогда говорить: человек имеет право на ошибки.

Этот Абай жил какое-то время у Талгата. Однажды Талгат принёс ему деньги: сто рублей десятками – тот взял и порвал. Дескать, вот какой я бескорыстный. Понты развёл.

– В вашей фильмографии очень много таких вот отрицательных персонажей…

– Конечно, их интересней играть! Актёр Игорь Миркурбанов как-то сказал: «Труднее всего играть положительные роли». Там не за что зацепиться.

О том, как я учил узбекский язык

- Отец не хотел, чтобы я становился актёром. «Ты кончай этот балаган! – ругался он. – Будешь поступать в Политехнический». А я ноль на единицу разделить не мог. Если б не моя первая любовь Галя Ивченко, я бы вообще не закончил школу. Она со мной всё время занималась.

Но я настоял на своём. «Папа, – говорю, – я уйду из дома». Мама тоже принялась его обрабатывать. В конце концов он сдался и даже помогал мне. Нашел какого-то друга-театроведа. Тот был знаком с ректором Театрального института. Но мастер курса Иосиф Вениаминович Радун (из тех, что приехали в Ташкент во время войны и остались) сначала не хотел меня брать. Я был чересчур пижонистый, девчонки шушукались: «Как на Тихонова похож!»…

– Тихонов потом вас озвучивал…

– И даже не один раз! (Смеётся.) Но я сыграл этюд под названием «Первый поцелуй» – в паре с Наташей Нелюбовой. Мы кидали друг в друга «снежки», и Радуну это понравилось.

– Скажите, а на узбекском языке вы когда-нибудь что-нибудь играли?

– Нет. Хотя… Был такой фильм-опера «Дилором». Я там на узбекском языке пел арии!

– Сами?

– Нет, под фонограмму. Пел на самом деле Саттар Ярашев, но я выучил все партии по пластинкам – чтобы рот правильно открывать (смеётся.)

Узбекский-то я плохо знал. Мама с отцом между собой говорили на узбекском, а с нами – только по-русски. Отец, когда уезжал в Ленинград учиться, по-русски мог только материться; но за пять лет выучил язык и говорил очень чисто. Один раз он меня на два месяца в Коканд отправил к бабушке: чтоб я выучил узбекский. Я там ходил, как немой. Пацаны, узнав, что моя мать татарка, меня дразнили: «Татар бўққа ботар, бўқдан чиқиб, милтиқ отар!» («татарин ныряет в говно, выныривает и стреляет из винтовки!»). (Смеётся.)

О том, как папа встретил маму

- В 1927 году мамина семья переехала из-под Симбирска, из татарской деревни на Волге - в Маргилан. А через семь лет мама уже поступала в Самаркандский университет на географический факультет. И вот там произошла история. Муж маминой подруги однажды подошел к изваянию Сталина и свою ногу приставил к ноге вождя: чья больше? Его, разумеется, тут же замели. А маму мою «за небдительность» исключили из комсомола.

Отец же работал в ташкентском обкоме и занимался реабилитацией таких вот «небдительных». Мама поехала в Ташкент доказывать свою правоту. Так они познакомились.

Она родила ему восемь детей (в том числе близнецов: Хасана и Хусана). Я был третьим ребёнком.

О детстве

- Хочу сказать, что детство у меня было хорошее. Поскольку отец мой был первым узбекским инженером-металлургом (он окончил Ленинградский технологический институт), его после войны командировали вместе с семьёй в Бекабад, на металлургический завод. Там и прошли мои ранние годы.

Детство и юность
Мы купались в каналах, играли в чехарду-шмехарду, в общем, были абсолютно счастливы. На баллонах, кстати, плавали, как герои фильмов Эльёра… Потом катили их обратно по горячему песку. Знаешь, как тогда говорили? «Заплыли ТАК далеко, что, пока возвращались, на трусах резинка просохла» (смеётся.)

Зимы были почему-то холодные, ветреные. Встаёшь на коньки, полы куртки разводишь, словно парус, и тебя несёт!..

А в 57-м вернулись в Ташкент.

Семья в Брюсселе, я в Москве

- Жена и две мои дочки живут в Бельгии. Работы ведь никакой не было после развала СССР. Я только что получил звание Народного артиста, высшую ставку, стал секретарём Союза кинематографистов… И тут – ба-бах! А у меня две маленькие девочки. Ну что, стал челночником: в Турцию ездил, в Дубай. Потом всерьёз задумались об эмиграции, решили съездить в Бельгию, осмотреться.

Тут вдруг друзья предлагают работу: оформление узбекских ресторанов в Москве. Ну, думаю: зачем мне Бельгия, тем более что языка я не знаю. Девчонки-то мои учились в английской школе в Ташкенте, второй язык был французский; они быстро там освоились... Теперь в Брюсселе живут. Жена – в Вервье. Она по специальности инженер-химик, раньше работала в лаборатории «Узбекфильма». Но она любит учиться, так что у неё тоже никаких проблем с адаптацией не было. Машину водит.

А я по Москве пешком хожу. Права есть – просто не люблю водить, не моё это.

– Вы оформляли московские рестораны – это как? Вы ведь не художник.

– У меня в Ташкенте целая бригада реставраторов работала. На Чиланзаре была мастерская. Мы находили через толковых людей старые ковры, сюзане, кумганы, что-то скупали у цыган. Один художник писал восточные миниатюры в персидском стиле на бараньих шкурах. Большим спросом пользовались хивинские резные двери. Поиск этих дверей – отдельная история. Некоторые использовались в качестве мостика через арык или подставки для бочки из-под солярки.

Первое место, которое я оформил – кафе «Учкудук» на Таганке, потом ресторан «Насреддин в Хиве»… Такие двери привёз – они все офонарели!
Дела пошли хорошо: я купил четырёхкомнатную квартиру на Бодомзоре, прямо над мечетью, ремонт сделал… А потом дочка старшая (от первого брака) говорит: «Что ты будешь там один?» – и перетащила меня в Москву. Теперь живу здесь: со своими внуками.

– Шухрат-ака, под занавес хочу спросить: какое главное ваше правило, принцип, там, или кредо?

– Не врать. И о родных своих заботиться.

Беседовал Санджар Янышев
http://www.fergananews.com/article.php?id=9222

В Ташкенте снимают современный вариант культовой кинокомедии «Об этом говорит вся махалля»

Название фильма «Маҳаллада дув-дув гап» («Об этом говорит вся махалля») на слуху у узбекистанцев старшего поколения, многие помнят «крылатые» фразы из этой картины и могут их процитировать. Кинокомедия Шухрата Аббасова, вышедшая на экраны 56 лет назад и сразу же полюбившаяся зрителям не только в Узбекистане, но и в других республиках СССР, стала классикой советского узбекского кино и до сих пор считается одним из лучших фильмов, снятых в этом жанре. Сейчас известные узбекские кинорежиссёры, отец и сын Шухрат и Назим Аббасовы, заканчивают в Ташкенте съёмки нового фильма – своего рода продолжения этой культовой картины.

Новая работа творческого тандема представляет собой современную интерпретацию вечной национальной темы махалли (узбекский квартал, община). И если действие первого фильма происходит в ташкентской махалле начала 60-х годов прошлого века, то герои нынешнего фильма – жители современной махалли города Ферганы.

Напомним вкратце сюжет ленты 1960 года. В одной из махаллей старой части Ташкента, в глинобитных домиках напротив большого нового корпуса живут семьи строителей: каменщик с женой и дочерью Сайёрой, старушка Мехрихон (Лютфи Сарымсакова), сын которой Азимджан завершает учёбу в Москве, завскладом Арслан с сыном-крановщиком Умаром (Хамза Умаров). Сайёра только что окончила школу, тайком от родных поступила на завод. Соседки усиленно пытаются вмешаться в её судьбу: Мехрихон хочет женить на ней Азимджана, а жена Арслана - своего сына. После ряда недоразумений оказывается, что Азимджан уже женился в Москве, а Умар влюблён в Умиду, работающую с ним на стройке. Молодежь помогает Умару преодолеть сопротивление родителей и жениться на Умиде. Счастливые семье переселяются из махалли в только что отстроенный дом.

Картина с успехом прошла в кинотеатрах, она и сейчас одна из самых любимых кинолент в Узбекистане. В ней показаны два поколения – старое и молодое, но по общему колориту он получился молодёжным. Фильм снимался в те годы, когда ташкентцев учили жить в многоэтажках. Город строился, а старые дома, где привыкли жить общинами, сносили. Спор двух поколений Шухрат Аббасов воплотил в музыкальную комедию. (Википедия, Кино-театр.Ру).

«Это ни в коем случае не повтор того фильма»

85-летний мэтр узбекского кино Шухрат Аббасов рассказал «Фергане.Ру» предысторию создания фильма «Об этом говорит вся махалля» и его сегодняшнем воплощении.

- В 1959 году я окончил высшие кинорежиссерские курсы при «Мосфильме», и мне нужно было самостоятельно поставить свой первый большой фильм. Я прочитал много книг: романов, повестей, рассказов, но это не предвещало ничего хорошего для меня в смысле кинематографии. Все это было интересно как литература, но кинематограф имеет свой язык. Тут сыграли роль еще и мои личные кинематографические интересы, мои позиции: я учился у Довженко, Ромма, Козинцева, Трауберга, Рошаля, Пырьева – это была великая школа, очень требовательная, критерии были высокие, поэтому хотелось сделать хорошую картину.

И как-то мой учитель Александр Иосифович Гинзбург, в то время главный режиссер узбекского академического театра имени Хамзы, будучи в Москве, позвонил мне на курсы и сказал: «Шухрат, ты студент, может быть, хочешь покушать что-нибудь вкусное, тогда я приглашаю тебя в ресторан «Арагви», познакомлю с очень интересным человеком». Тогда Гинзбург познакомил меня с Георгием Товстоноговым, с которым они были старыми друзьями, вместе учились в тбилисской школе, окончили один институт, не виделись много лет и решили отметить встречу.

Товстоногов внимательно посмотрел на меня и спросил: «Что вы думаете ставить?», я сказал, что не знаю, что мне ничего не нравится. Он говорит: «Тогда я вам скажу одну вещь: первый фильм художник должен сделать гениальным, второй - может быть очень хорошим, третий - просто хорошим, следующие фильмы могут быть посредственными, но вы всё равно останетесь «гениальным художником». Но если вы начнете с неудачи, то вам придется много лет убеждать людей вокруг и разные организации, что вам «нужно дать снять фильм».

Тогда я его спросил: «Что же я должен делать, посоветуйте?!» И он ответил: «У меня в театре есть заведующий литературной частью Юлий Рест, во время войны он был эвакуирован в Узбекистан, жил там много лет, часто вспоминает и хвалит узбеков. Говорит, что породнился с этим народом, что ему предоставили дом и двор, кормили его. И столько было хороших людей, которые отнеслись к нему по-человечески, что эту доброту он никогда в жизни не забудет. Этот человек с удовольствием поедет к вам в Ташкент и напишет сценарий для вашего фильма, но поскольку в силу своего почтенного возраста (к тому времени Ресту исполнилось 86 лет) он самолетами не летает, вы привезете его и отвезете обратно на поезде».

Я так и сделал. За двенадцать дней Юлий Рест написал мне сценарий совместно с Абдуллой Рамазановым, преподавателем русского языка, любителем, который никогда не писал сценарии. У Рамазанова было две страницы замысла, и на этих листках я прочитал коротенькую запись. Там мать пишет своему сыну, который учится в Москве: «Сынок, я тебе тут приготовила невесту, ты приедешь, женишься. Ради Бога, не привози мне жену из Москвы. Твоя невеста - чудесная девочка, соседка, она тебя ждет». Когда я прочитал это, подумал: «Это же прямо о моей матери!» (смеется). Моя мама мне такое же письмо написала, когда я учился в Москве. Ну, все матери хотят знать, на ком женятся их сыновья, знать – откуда и кто она, мало ли кого сын может привезти.

Я сразу же стал работать над сценарием, но он был написан на русском языке, а на следующий день нужно было выходить на съёмочную площадку к узбекским актёрам. Я посчитал это просто неприличным, думая о том, как актёры, говорящие на узбекском, будут играть русский текст. Это будет фальшиво, неорганично. И я поехал к писателю Абдулле Каххару, который в тот момент лежал на лечении в первом стационаре на Луначарском шоссе.

Я попросил его перевести диалоги на узбекский язык, он взял сценарий и говорит: «Вы думаете, это так просто делается? Мне нужно посмотреть, подумать, приходите за переводом недели через две». Я говорю: «Нет! Завтра первый день съёмок, я прошу вас сделать это сейчас!». Он отвечает: «Вы странный человек, берёте меня за горло, я же болен, сейчас иду на процедуры». Я в ответ: «Но у меня нет другого выхода, спасите меня!» Тогда он сел на скамейку, я дал ему бумагу, ручку, он стал писать, а я говорю: «Ой, нет-нет, в этом месте не так, мы задумали такую-то реплику, прошу ее перевести точнее». «О, молодой человек, - говорит Каххар, - вы, оказывается, сами всё знаете, возьмите и напишите», и вернул мне бумаги. «Извините, - говорю, - больше мешать не буду, вы знаток узбекского языка, большой мастер».

Тогда он сказал: «Вон, видите, девушка гуляет, медсестра, у нее очень красивые глаза, а вы, я вижу, холостой, идите, покрутите ей мозги часа два, и я вам все сделаю». И действительно, я познакомился с голубоглазой красавицей, побеседовал с ней, через некоторое время вернулся, заглянул в тетрадь, в которую записывал свой перевод Каххар, и стал хохотать: такие невероятные реплики, очень национально, великолепно! Вот такой блистательный знаток языка – писатель Абдулла Каххар.

Он был хорошим сатириком, писал прекрасные пьесы. И когда я ему дал денег за работу, тысячу рублей, он сказал: «Я не возьму ни копейки, только обещайте, что после этого фильма вы прочтете мои рассказы и, может быть, захотите воплотить их в кинофильм. Дайте мне вашу руку, я её пожму, пожелаю вам успеха, и чтобы вы не изменили своему слову». Мы пожали друг другу руки, и когда он отвернулся, я эту «тыщу» незаметно положил ему в карман халата.

Фильм пошел в народ, он популярен и сегодня. Диалоги из него расхватаны, реплики повторяют без конца, они очень смешные, жизненные, не выдуманные, не искусственные.

И вот появилась идея снять продолжение этого фильма. Пять лет назад я написал сценарий, но один из тогдашних руководителей кино прочитал и не захотел запускать фильм в производство. Сценарий валялся несколько лет. А в начале этого года ко мне обратились из кинокомпании «Dono Productions», сказали: «Мы хотим запечатлеть ваше творчество документально, пока вы живы, здоровы, пока вы весь в творчестве, преподаете. Напишем о вас книгу, сделаем фильм, как вы работаете над своей очередной картиной. Вы будете снимать сколько угодно, мы вам создадим условия».
Я безумно люблю свою работу, с таким увлечением работаю, но это ни в коем случае не повтор того фильма, это совсем другая картина, я уже повзрослел. То был мой первый фильм, я был молод, был влюблен, одухотворен надеждами, это была пора удивительных мечтаний, и все это вошло в мою картину, волнение души, страсть моя вошла в эту картину, поэтому она бессмертна, уже 56 лет народ ее с удовольствием смотрит. А новый фильм я делаю про сегодняшнюю махаллю.

- Шухрат Салихович, в чем идея вашего нынешнего фильма?

- Махалля – это образ жизни узбеков. Другой жизни у нас нет, понимаете? Поэтому, с одной стороны, мне хочется сохранить эти национальные традиции, наш так называемый менталитет, и вместе с тем дать полную картину сегодняшней жизни общества. Там показан образ председателя махаллинского комитета, женщины, она хромает на правую ногу: в свое время ее бросил муж, кинул в нее «поганое» ведро и сломал ногу. Эта женщина родила от него трёх сыновей, которых он оставил и уехал куда-то на заработки еще в период горбачёвской перестройки, когда у нас здесь уже ничего не было в магазинах, даже зубной пасты, всё было лимитировано. Он бежал из Узбекистана и оставил её с тремя детьми.

Она одна вырастила своих сыновей. Первый сын стал очень крутым бизнесменом, а мать всё время просит у него денег - то на одно, то на другое. То нужно построить в махалле футбольную площадку для детей, которые играют на улице, и их чуть не сбивает машина, к тому же, они мячом попали в голову его мамы. То нужно открыть швейную фабрику, чтобы устроить безработных девушек махалли.

Второй сын стал поэтом. Третий – мечтатель: всегда мечтал стать архитектором, но не попал в институт, провалил экзамен. Вернувшись домой в Фергану, он обманывает близких, утверждая, что архитектор, что по его проектам в Ташкенте строятся какие-то великие здания. Затем он едет в Ташкент, потому что там он влюбился в девушку, которая тоже не смогла поступить в консерваторию. И далее идет история трёх сыновей, которых мать хочет женить. По узбекским обычаям, если старший сын не женился, то младшим неприлично жениться раньше старшего брата...

Вот такая история, где все друг друга подталкивают, чтобы старший женился, на этом строится у нас комедия. И, конечно, всё кончается свадьбой, гармонией. Но прежде, чем прийти к такому счастливому финалу, они проходят через ряд почти трагических испытаний, клеветы. У старшего брата отнимают бизнес, лишают всего, есть у нас ещё такие злые люди в махалле. Но, как я уже говорил, все заканчивается хорошо.

Этот фильм мы делаем совместно с моим сыном – режиссёром Назимом Аббасовым. Работаю с увлечением, импровизирую на ходу. Актёры раскрываются - один лучше другого. В главной роли, в образе матери – Дильбар Икрамова, известная комедийная актриса, Народная артистка Узбекистана. Говорят, что вот, мол, раньше были актёры, а сейчас их нет. Всё это чепуха. Я удивляюсь, какие таланты у нас сегодня есть, и пытаюсь так создать драматургию, чтобы каждый актёр в моем фильме понял, что он может сделать величайшие открытия - как для себя, так и для зрителя. К сожалению, у нас в стране дефицит литературы, драматургии, дефицит ролей, образов, характеров, дефицит сценариев – нечего играть. Очень поверхностные истории, ситуации, не полнокровные, не живые характеры…

И сейчас я переделываю всю драматургию. Имея великолепное образование, 60 лет педагогической деятельности, я постоянно работаю с актерами в институте над этюдами, спектаклями, нахожусь в творчестве, при том, что пятнадцать лет мне не давали снимать фильмы (в прошлом году после 15-летнего перерыва вышел фильм Шухрата и Назима Аббасовых «Дилор, Дилор… Дил ва Ор» («Дилор, Дилор… Душа и Честь») - Прим. «Ферганы»). И можно сказать, что я дорвался, с таким наслаждением я сейчас работаю.

- Кто финансирует съёмки?

- По сюжету фильма старший сын участвует в доле знаменитого Кокандского текстильного комбината «Indorama». Огромное, могучее предприятие показано в картине. Это кокандцы и ферганцы дают нам деньги. Они хотят, чтобы мы сделали фильм от имени Ферганы. Тем более, что Фергана, Коканд – моя родина. Часть съёмок была сделана в Ферганской долине, основные съёмки проведены в Ташкенте, но делались «под Фергану». Есть и ташкентские эпизоды, где парень полюбил девушку. Фильм будет грандиозный, большой по объему, нами уже снято материала на шесть часов экранного времени. Ведь махалля – это целое «государство», где происходит своя, полная событий, жизнь.

Сейчас мы монтируем отдельные куски и пока не знаем, какой именно будет фильм. Возможно, многосерийный для телевидения, если они захотят. Посмотрим, как всё сложится. А пока мы снимаем материал о том, как складывались любовные истории этих ребят, даем жизнь целой махалли, где главная героиня не только мать своих детей, она - «мать» махалли, где все ей близки.

Сама она живёт очень бедно, а сын – миллионер. Она не хочет жить в его богатом доме, потому что не привыкла так жить, не хочет, чтобы люди смотрели на неё как на чужую. Люди там живут разные - кто богаче, кто нуждается. Но она хочет жить так, как жила всегда: в своем старом доме, где вышла замуж, где похоронила родителей, где родила и вырастила троих сыновей.

Но вот старший сын ушел – она поссорилась с ним, потому, что не захотела у него жить. Сын построил трёхэтажный дом, а тень от него упала на дом соседа, который много лет выращивал цветы, и те погибли от недостатка солнечного света. Сосед устроил скандал, они стали врагами, но, по иронии судьбы, сын героини влюбляется в дочь соседа. Вот такая удивительно интересная история – всё через остроту конфликта.

- Шухрат Салихович, свободны ли, на ваш взгляд, нынешние узбекские режиссёры в своём творчестве, подцензурно ли ваше творчество, насколько оно «идеологически выдержано» в условиях современного Узбекистана?

- В советское время я на каждый фильм получал по две сотни замечаний, потому что всё должно было соответствовать коммунистической пропаганде. Цензура была очень сильной. Вместе с тем мне давали работать, давали государственные премии, получил высокое звание Народного артиста СССР и так далее. Но прежде чем фильмы выходили, была огромная борьба. Я лишался ног, лежал по четыре месяца в больницах с фильмом «Ташкент – город хлебный». А вот когда я сделал свой недавний фильм «Дилор, Дилор… Дил ва Ор», то не получил ни одного замечания, ну, кто-то там сделал незначительное замечание и всё, фильм вышел на экраны и сейчас успешно идёт.

Самое страшное не государственная цензура, а самоцензура. А еще – близорукость, безграмотность, невежество, поверхностное суждение о жизни. Нечего сказать «художникам», понимаете? Когда их единственная цель - заработать деньги. Очень дёшево снять картину в одной комнате с двумя персонажами. И ничего не вкладывая, они хотят так прожить.

Если говорить об «идеологии», то есть разные идеи – идеи государства, личности, общества, оппозиции и так далее. Если в творчестве эти идеи высказываются напрямую, без поэтического преобразования, поэтического осмысления, поэтической образности, не через живые национальные характеры, и есть только голая пропаганда, то это - фильмы-плакаты, такие тоже существуют. Тогда мы остаёмся на уровне фильмов-плакатов. Это особый жанр.

Все жанры хороши, кроме скучного, сказал Вольтер. Может, и жанр плаката нужен. Пожалуйста, делайте. Делайте глубоко психологический фильм. Делайте триллер. Делайте комедию, трагикомедию. Но всё - через характер, через образы людей. Как сказал Максим Горький, перефразируя Архимеда: «Дайте мне характер, и я вам создам великолепную литературу» (смеется).

Самое главное – дать характер человека. И здесь важно умение создать диалектически сложный характер, а не примитивный, когда идея выражается прямолинейно. Идея должна быть запрятана, она должна рождаться в голове у зрителя.

Как сказал Кант, «идеи не падают с неба, идеи рождаются в людях». Художник должен стремиться к этому. В противном случае это будет поверхностная дидактика от автора - идеи прямо высказанные. Это скучно, ни один человек не любит, чтобы ему читали нотации. И уже появляется стена между художником и зрителем, который перестает уважать художника, когда видит, что тот абсолютно «правильные» вещи высказывает впрямую.

К этим истинам зритель должен идти совместно с персонажем. Обогатившись опытом его сюжетных движений, зритель должен прийти к принятию этих идей или к их отрицанию. Если этим не заниматься, будет поверхностное произведение.

Гегель был гениальным, написав свою «Эстетику», где он говорит, что характер – это борьба противоречий в каждом человеке. И мораль, и нравственность – это борьба. Никто не верит, когда мужество написано на лбу. Наоборот, интересно, когда трусливый человек совершает мужественный поступок. А мы все – трусы, нет среди нас героев. Но один сможет преодолеть свою трусость, а другой – нет. И тот, кто преодолел, считается героем.

Ещё древние сказали: «миром движет страх». Страх уронить свое достоинство. Страх остаться одиноким. Страх остаться без матери, без друзей. Страх остаться без идеи, остаться наедине со своими муками и сомнениями. Видите, все время человек живет в каком-то страхе. И если ты сможешь его преодолеть, то ты – мужественный человек, ты – жизнеспособен.

Беседовал Павел Кравец

«Об этом говорит вся махалля» (узб. «Mahallada duv-duv gap/Маҳаллада дув-дув гап») — художественный фильм режиссёра Шухрата Аббасова. Фильм создан на киностудии «Узбекфильм» в 1960 году. Считается одним из лучших узбекских фильмов. Премьера: август 1960 (Ташкент), 25 января 1961 (Москва). Сценаристы - О.Рамазанов, Б.(Юлий) Рест; литературный перевод на узбекский язык - А.Каххар; оператор – В.Владимиров; композитор – М.Левиев. Актеры: Халида Исхакова, Р.Мадрахимова, Хамза Умаров, Тулкун Таджиев, Лютфи Сарымсакова, Икрома Болтаева, Марьям Якубова, Раззак Хамраев, Рахим Пирмухамедов, Роза Ризамухамедова, Сагди (Сегидход) Табибуллаев
https://youtu.be/zuyFnXy4qaI
http://www.fergananews.com/article.php?id=9192

Казахстан: Министр культуры Арыстанбек Мухамедиулы оказался в центре некультурного скандала

В центре нового скандала оказался министр культуры и спорта Казахстана Арыстанбек Мухамедиулы. Десятого октября 2016 года бывшая студентка обвинила министра в сексуальных домогательствах в его бытность ректором Казахской национальной академии искусств имени Жургенова.

В 2011 году, как рассказывает Енлик Сыдыкова, выложившая свое видеообращение в социальных сетях, она опоздала на вступительный экзамен и попыталась решить эту проблему с ректором. На что последний, по словам Енлик, позвал ее в гости «пить вино, танцевать, общаться, веселиться». Девушка ответила отказом. К чести ректора, он не стал чинить ей препятствий. Позже Енлик смогла поступить в вуз и доучиться в академии, хотя, как рассказывает девушка, ректор якобы еще вымогал у нее 3000 долларов за помощь при поступлении. Пользователь Facebook Zhanara Akhmet уверяет, что признание Енлик - не единственное.

Однако основными искателями компромата на министра стали друзья и сторонники режиссера Талгада Жаныбекова, в свою очередь обвинившего министра в вымогательстве. Это произошло летом текущего года, еще 12 июля, также через видеообращение . Министр Мухамедиулы, по мнению кинорежиссера, сорвал финансирование фантастического фильма «Феникс», в котором принимают участие российская и американская стороны. По словам Жаныбекова, за размораживание финансов с казахстанской стороны министр культуры и спорта требовал с режиссера «откат» в 100 тысяч долларов. Правда, в августе в ходе допроса в Национальном бюро по противодействию коррупции Т.Жаныбеков отказался от своих слов. После этого министр культуры и спорта привлек его к уголовной ответственности за клевету, первое судебное заседание по этому делу должно было состояться 4 октября, но сорвалось по техническим причинам.

Вполне возможно, что на пост министра культуры и спорта метит кто-то со стороны, так как обвинения в его адрес слишком серьезны для тех, кто не чувствует за собой мощной поддержки.

Однако и сам господин Мухамедикулы за период своего пребывания на министерской должности предоставил своим оппонентам уже достаточно оснований для критики. В мае этого года он довольно нетактично пожалел киргизских уборщиц, а еще раньше подписал приказ на казахском языке, в котором знатоки обнаружили почти 50 ошибок. Данный приказ утверждал положения Комитета по развитию языков и общественно-политической работы. Ошибки Арыстанбек Мухамедиулы объяснил «техническим сбоем».

В августе 2015 года кто-то выложил в интернет аудиозапись с закрытого совещания в министерстве культуры касательно затруднений со съемками широко разрекламированного сериала «Казахская страна», приуроченного к 550-летию Казахского ханства. Во время совещания министр поучал руководителей студии «Казахфильм» как подгонять сметы к истраченным средствам, как снимать сериал на оставшееся и что отвечать на пресс-конференциях, если зайдет речь о деньгах. 550-летие давно отметили, сериал к назначенному сроку так и не вышел, и только несколько недель назад появился тизер к этой постановке, но без каких-то конкретных дат релиза.

Еще один момент, абсолютно не украшающий министра культуры – его суждение о казахстанских фильмах, ставших открытием на многих кинофестивалях и принесших награды своим создателям. Выступая на заседании Совета по культуре и искусству, господин Мухамедикулы привел свой список «позорящих» страну фильмов, куда вошли «Уроки гармонии» Эмира Байгазина, «Риэлтор» и «Хозяева» Адильхана Ержанова. Первый фильм собрал почти 30 международных наград, в том числе «Серебряного медведя» на Берлинском кинофестивале. Немногим меньше наград удостоилась лента «Хозяева», ставшая номинантом Asia Pacific Screen Awards – «Оскара» австралийского и тихоокеанского региона.

Сегодня же министр культуры и спорта провел брифинг, где высказал свое отношение к новой «атаке».

«Очень странно, что такое видеообращение появилось именно сейчас, а не сразу после якобы случившегося несколько лет назад. Видимо, кому-то очень нужно дискредитировать меня и мою работу», - сказал он. Также Мухамедиулы сообщил, что обращение Сыдыковой – часть спланированной кампании против него, так как «возможно, у некоторых лиц сдают нервы, раз они используют такие грязные методы, действуя в неправовом поле». Он пригрозил, что девушку, скорей всего, тоже ждут судебные разбирательства за распространение клеветы.

Соб. инф.

https://youtu.be/kWYOZDWmmYE
http://www.fergananews.com/news.php?id=25446

Заключенные узбекских тюрем взывают о помощи

Такие письма мы получаем нередко. Освободившиеся узники узбекских тюрем и колоний рассказывают о тех ужасах, с которыми они встретились в местах лишения свободы. Редакция "Ферганы" приняла решение публиковать все такие письма в нашем Блоге. Орфография сохранена.

Collapse )

Обид Асомов: «Я жив и надеюсь еще поесть узгенского плова»

С заслуженным артистом Узбекистана Обидом Асомовым читатели «Ферганы» встречались год назад. Артист, как и прежде, здоров и процветает. И хотя его по-прежнему не приглашают на республиканское телевидение и правительственные концерты, популярность Асомова, возможно, благодаря и этим самым негласным запретам, а также разным слухам («арестовали», «убили»), растет изо дня в день.



В интервью «Фергане» Обид Асомов высказал мнение о состоянии узбекского шоу-бизнеса, тенденциях в современном отечественном кинематографе. Поделился артист и своей тревогой о судьбе соседнего Кыргызстана, где у него много друзей – узбеков и киргизов.
Collapse )