Category: животные

Киргизские маралы переедут за счет Ди Каприо

В Джалал-Абадской области планируется создать маралий питомник, куда переселят десять особей благородного оленя из Нарынского заповедника. Это произойдет в рамках проекта «Реинтродукция маралов в Западный Тянь-Шань», который финансируют Фонды Ди Каприо и Кристенсена при поддержке Общинного Фонда Силиконовой Долины. Проект стартует 15 мая. Об этом АКИpress сообщил руководитель проекта Гамал Соронкулов.

«Переселение маралов поспособствует сокращению случаев браконьерства. Так как с появлением маралов территория будет лучше охраняться. Также через маралов мы хотим сохранить биоразнообразие — марал будет одним из элементов в пищевой цепи, то есть снежных барсов станет больше», - рассказал Соронкулов.

Транспортировка маралов будет произведена посредством спецмашин и вертолета. От Нарына до села Алетим их довезут на автомашине, оттуда - подъем на гору на вертолете сил воздушной обороны Киргизии через одну из туристических компаний Кыргызстана.

Фонды Леонардо Ди Каприо и Кристенсена в январе 2016 года выделили $30 тысяч на реализацию проекта «Интродукция маралов в регионы Кыргызстана». В октябре 2017 года Государственное агентство по охране окружающей среды и лесного хозяйства Киргизии отправило фондам письмо с просьбой о пролонгации проекта на период с 15 мая по 15 июня 2018 года в связи с ранним похолоданием, выпадением снега и преждевременным наступлением периода гона животных.

Отметим, что благотворительный фонд Ди Каприо оказывает поддержку проекту по сохранению популяции снежных барсов в 12 странах, включая Киргизию, Казахстан и Таджикистан. Снежные барсы в Киргизии находятся под угрозой исчезновения. Несмотря на то, что хищник занесён в Международную красную книгу и находится под охраной государства, браконьеры продолжают на него охотиться.

Марал (благородный олень) также занесён в Красную книгу Киргизии. В конце XIX века животные, чей ареал некогда охватывал почти всю северную часть страны, подверглись истреблению из-за мяса и пантов (молодых неокостеневших рогов), которые очень ценятся в восточной медицине. В результате маралы оказались на грани исчезновения. Сегодня они обитают только в Нарынском государственном заповеднике, и их численность составляет не более 300 голов.

Иллюстрация: Марал. Фото с сайта September-t.ru
http://www.fergananews.com/news.php?id=29191

Люди и звери: Почему единственному в Кыргызстане зоопарку грозила смертельная диета

Зоопарк в городе Караколе Иссык-кульской области Кыргызстана хотя и носит статус частного, далеко не коммерческий проект: его директору Салтанат Сеитовой приходится тратить немало сил на поиск финансов для содержания питомцев. Сейчас зоопарк содержится за счет средств золотодобывающей компании «Кумтор», Союза охраны природы Германии (NABU) и Государственного агентства по охране окружающей среды и лесного хозяйства (ГАООСЛХ). Вот с главой последнего, который, казалось бы, больше иностранцев должен быть заинтересован в том, чтобы наши животные, в числе которых есть и краснокнижные особи, были сыты, у Сеитовой и возникли проблемы: еще летом Абдыкалык Рустамов запретил выделять финансы на приобретение кормов для животных зоопарка «до особого указания». В отношении ослушавшихся было обещано принять меры дисциплинарного воздействия вплоть до увольнения. Плюс ко всему Госагентство предъявило иск «Кумтору», в результате чего счета, с которых зоопарку поступали еще и спонсорские средства, были заморожены.

Варенье для макак

Суть предъявляемых Сеитовой претензий, основываясь на комментариях Рустамова в СМИ, можно изложить знаменитой мультяшной фразой: «Это всё потому, что кто-то слишком много ест» — то ли животные, то ли Сеитова, непонятно. Рассказывая журналистам о том, почему он распорядился приостановить финансирование, Рустамов скрупулезно подсчитал деньги, перечисляемые зоопарку и «Кумтором» (причем приплюсовал туда и прошлогоднюю, и позапрошлогоднюю суммы), и NABU, и Госагентством — хотел, видимо, впечатлить общественность невозможно огромными цифрами: куда, дескать, девается такая прорва денег? У золотодобытчиков и NABU замечаний по расходованию средств к Сеитовой нет, поэтому иностранные деньги считать мы не будем. Тем более что кумторовские средства расходуются не на кормежку животных, а на благоустройство зоопарка. На текущий год ГАООСЛХ выделило зоопарку 4,5 млн сомов (более $65 тысяч, $1 равен сегодня 69,15 сома. Не дождавшись последнего транша в полмиллиона сомов, Сеитова и обратилась за помощью в СМИ). Много это или мало? Животных кормят, стараясь придерживаться норм, утверждённых в «Книге рационов животных московского зоопарка», которая стала настольной и для сотрудников каракольского зоопарка. Согласно этим нормам, одному только льву в день требуется 10 килограммов мяса, каждой рыси (в зоопарке их четыре) и волку (11 голов) - по 3 килограмма, медведю - 5 килограммов.

- Мясо мы покупаем на скотобойне, иногда его привозят местные жители (корова, к примеру, в овраг упала, сломала шею), берем подешевле, — рассказала «Фергане» Салтанат Сеитова. - Дорогое мясо, с базара, приобретаем только для двух японских макак.

Кстати, для многих наверняка будет открытием тот факт, что японским макакам в зоопарке в обязательном порядке также положены мед, варенье, сливочное масло, яйца, а еще орехи, морковь, свекла, творог, молоко, тыква, огурцы, помидоры и много чего другого.

— Лошадей Пржевальского, пятнистых оленей, лам, козерогов тоже не накормишь просто сеном и зерном, — продолжает Сеитова. — Им нужны морковь, капуста, яблоки, мел, мясокостная мука, глюкоза, особенно в зимний период.

Со старейшей обитательницей зоопарка – 23-летней медведицей Дашей - нам встретиться не удалось: залегла в спячку. Это свидетельствует о том, что перед зимовкой косолапую отлично «откормили». В ее меню тоже не абы что, а каши ведрами, сваренные на основе компота из сухофруктов, мясо, зелень, фрукты, мед. Положены Дарье и рыба, и кукуруза в початках, и тыква с кабачками, и огурцы с помидорами.

В целом на прокорм Даши в период бодрствования уходит свыше 20 тысяч сомов ежемесячно, те же макаки «съедают» примерно 11 тысяч сомов, волки – свыше 10 тысяч сомов, лев – 15 тысяч сомов, дикобразы – 13 тысяч сомов и так далее. А всего в зоопарке живут 35 видов животных (около двухсот голов).

— В прошлом году на кормление животных было потрачено 6,8 млн сомов, — говорит Сеитова. — В этом году мы уже израсходовали 5,5 млн сомов. А еще надо платить зарплату сотрудникам, которых у меня 16, оплачивать коммунальные расходы и налоги.

-Страшнее зверя

Тот факт, что каракольский зоопарк, в числе прочих, выполняет и функции реабилитационного центра, для главы природоохранного ведомства, по всей видимости, новость. Рустамов считает, что Сеитова «откуда-то завозит животных». Но подавляющее большинство из них не откуда-то, а здешние, пострадавшие от рук человека.


— Одну из рысей таможенники аэропорта «Манас» изъяли у пассажира, пытавшегося вывезти её за границу, — вспоминает Сеитова. — Сначала рысёнка выпустили на волю в Ала-Арчинском ущелье, хотя делать это было нельзя: если с маленького возраста дикое животное находится с человеком, оно уже не сможет адаптироваться в дикой природе. Через неделю стало известно, что голодная рысь забрела на мусорку турбазы и стала питаться там объедками. Сотрудники турбазы начали ее подкармливать. Она могла бы и дальше там побираться, но туда же приезжают отдыхающие — взрослых она бы, возможно, опасалась, а вот детей воспринимала бы как объект охоты. Впрочем, взрослый человек тоже успел пострадать: однажды одна из сотрудниц вынесла ей кость с мясом и рысь неожиданно прыгнула на девушку, располосовав ей руку. Хорошо, сухожилия не задела. Три дня мы караулили кошку на территории турбазы, а когда она появилась, заманили в клетку, положив внутрь приманку, и доставили в зоопарк.

Другая рысь, Кити, была изъята у англичанки, занимавшейся в Джалал-Абаде заготовкой орехового капа. Дама утверждала, что нашла дикую кошку совсем маленькой, но, как полагает Сеитова, история у рысёнка была другой: скорее всего, его мать убили браконьеры, а детёныша продали иностранке по выгодной цене. Кити была совершенно домашней, как обычная кошка терлась о ноги, правда, не любила, когда ее гладили. Умерла она уже в зоопарке от старости.

— Еще одного рысёнка принес иссык-кульский фермер: детёныш забрался в курятник и передушил 80 кур, — рассказывает Сеитова. — Мужчина пришел к нам с курами в мешке и с рысёнком и сказал: «Забирайте, или я его убью!» Рысёнка мы, конечно, взяли, а NABU возместил фермеру нанесённый кошкой ущерб. Буквально в прошлом году к воротам зоопарка подбросили в коробках двух рысят и манула. Манулы, кстати, отличаются тем, что практически не приручаются, даже если выкормлены с соски. Это очень капризная в содержании кошка. Так что после реабилитации мы выпустили его на волю.

Волчат, по словам директора зоопарка, им также пачками ежегодно приносят охотники. Но зоопарк не может принимать их в таком количестве. «Приходится отказывать. Сердце болит, конечно, потому что участь их печальна – чаще всего их продают притравочникам, которые натравливают на них тайганов», — говорит Сеитова.


Птиц в огромном количестве приносят горе-фотографы с иссык-кульских пляжей: летом фотографируют туристов вместе с пернатыми, а осенью предлагают сотрудникам зоопарка забрать их: неохота кормить птицу, на которой зимой не заработаешь.

— У этих людей хватает наглости приходить к нам следующим летом и требовать пернатых обратно! — возмущается Салтанат.

Один из козерогов попал в зоопарк также из Джалал-Абада: детёныша попросил забрать местный житель, у которого тот жил вместе с овцами. Маленького козерога вылечили и выкормили детскими смесями. Другой козерог был конфискован на скотном рынке. Степного орла со сломанным крылом и верёвкой на шее в зоопарк привёз человек, подобравший птицу на трассе.

Таких историй Сеитова может рассказать много — все не переслушаешь. А вот лев Симба, к которому Рустамов, по всей видимости, испытывает особую неприязнь, действительно привезен «откуда-то» — из Дагестана. Но это дело рук не Сеитовой, которую Рустамов обвинил в незаконном ввозе животного в страну. Льва ввезли в Кыргызстан (законно или незаконно, за этим, должен следить как раз ГАООСЛХ) непонятно для чего люди, которые позже поняли, что содержать его не смогут. Они попытались пристроить льва в бишкекский цирк, но не удалось, затем обратились за помощью к руководству зоопарка.

— Все документы на льва у меня есть, — говорит Сеитова. — Я не скрывала, что взяла царя зверей в зоопарк, и ждала, что ГАООСЛХ инициирует проверку, но ничего подобного не произошло.


Зачем зоопарку лев или, скажем, японские макаки, которые были получены по обмену с другими зоопарками? «Нам надо развиваться, поэтому небольшое количество экзотов у нас должно быть: местные жители не пойдут в зоопарк ради волков или лис, им интереснее понаблюдать за жизнью заморских животных, а вот иностранцы посещают зоопарк, чтобы не на льва посмотреть, а познакомиться с представителями местной фауны», — говорит Сеитова.

В этом году Общественный фонд «Бугу-эне», на балансе которого и находится зоопарк, был принят в члены Евроазиатской региональной ассоциации зоопарков и аквариумов (ЕАРАЗА). Ассоциация координирует систему межзоопарковских связей в деле сохранения и разведения диких животных. Членство в ассоциации дает большие возможности в плане развития, о котором мечтает директор зоопарка. «Теперь мы можем обмениваться опытом и информацией о содержании и разведении диких зверей с зоопарками других стран, посещать обучающие семинары для повышения квалификации, обмениваться животными, — говорит Сеитова. — Осенью мы участвовали в практическом семинаре по программе ZIMS (система управления зоологической информацией), проходившем в Алма-атинском зоопарке. ZIMS – это программное обеспечение, используемое в режиме онлайн членами международной некоммерческой организации Species 360, которой пользуются свыше 1000 зоопарков в 89 странах».

Было бы желание

Местные чиновники, как и столичные, не рвутся помогать животным, хотя все официальные делегации, приезжающие в областной центр, посещают зоопарк бесплатно (видимо, стоимость взрослого билета в 70 сомов, меньше одного доллара, кажется им неподъёмной).

— Город раньше назывался Пржевальск, у нас есть музей Пржевальского, а в зоопарке — лошади Пржевальского. Вид занесен в Красную книгу и сохранился-то благодаря зоопаркам, — говорит Сеитова. — Мэрия могла бы сделать хороший жест, взяв на себя хотя бы содержание лошадей. А на данный момент их опекает NABU. На его же деньги содержатся белокоготный бурый медведь, беркуты, степной орел, четыре рыси. В общем, все наши эндемики обеспечиваются на иностранные деньги.
Мэр города Данияр Арпачиев на вопрос «Ферганы», может ли муниципалитет взять под свой патронаж лошадей Пржевальского, ответил: «Мы можем не только лошадей взять, надо просто поискать спонсоров». Если это так просто, за чем же дело стало?

— В любом случае животные не должны остаться без питания, потому что зоопарк - единственный в республике, а Каракол развивается сейчас как туристический центр, и зоопарк актуален в деле привлечения туристов, — заявил Данияр Карагулович. — Мы будем лоббировать интересы нашего зоопарка в столице.

С мэром согласен и спикер городского кенеша (совета) Эрлан Айсаракунов: «Мы заинтересованы в том, чтобы финансирование зоопарка не срывалось. Чем можем, совместно с мэрией будем помогать. Сейчас бюджет города растет, можем рассмотреть эту статью расходов в бюджете на 2017 год, софинансирование сделать. Ждем предложений от директора зоопарка».

Оказывается, можно взять и решить все проблемы. Непонятно только, почему для этого нужно доводить ситуацию до точки кипения: пока СМИ не начинают пестреть заголовками типа «животным в зоопарке грозит голод», чиновники не чешутся.


На прошлой неделе пресс-релиз с разъяснением сложившейся ситуации распространило и природоохранное ведомство. Если коротко, то из него следует, что вина Сеитовой состоит в том, что она вовремя не сдала отчет по расходованию перечисленных ранее 4 млн сомов (остаток средств в сумме 500 тысяч сомов обещают все же отдать). Однако, по словам директора зоопарка, в договоре сроки сдачи отчетности не оговорены, обычно это делается в конце года, так что никаких нарушений с её стороны нет.

Корреспондент «Ферганы» настоятельно просила Абдыкалыка Рустамова о встрече или разговоре по телефону. Список вопросов был составлен и отправлен главе ведомства еще на прошлой неделе. Но времени у чиновника так и не нашлось. «Фергане» известно, что в минувшую субботу Рустамов со свитой лично побывал в зоопарке и, по словам Сеитовой, вынужден был признать, что выделяемые зоопарку средства расходуются по назначению — животные сыты.

Остается добавить, что сегодня Каракольский зоопарк, как и многие другие, выполняет не только образовательную и воспитательную функции, но и служит сохранению редких и исчезающих видов животных (ту же лошадь Пржевальского уже не встретишь в дикой природе). Поэтому думать о его содержании и развитии должна не только Сеитова, но и чиновники от природоохраны.

Елена Агеева, фото автора
http://www.fergananews.com/article.php?id=9180

Государство в государстве, или Ташкентский Ипподром остался без «хозяина»

Крупнейший вещевой рынок Ташкента и Узбекистана – ОАО «Чиланзар буюм бозори» («ЧББ» - бывший Ипподром) – вот уже несколько дней пустует: за исключением сотрудников милиции да снующих взад-вперед представителей проверяющих органов на рынке не видно ни продавцов, ни покупателей. Эту ситуацию здесь связывают со смещением в середине декабря с должности местного «олигарха» – руководителя акционерной компании Комила Мирзаева, занимавшего эту должность почти семь лет. Collapse )