?

Log in

No account? Create an account

March 9th, 2017

Каждая вторая таджикская женщина, согласно исследованиям, в какой-то момент своей жизни подвергается домашнему насилию со стороны своего мужа, свекрови или других членов семьи. При этом домашнее насилие может принимать форму физического, психологического или экономического насилия. В Международный женский день Общественный фонд «Нотабене» (Таджикистан), Международное партнерство по правам человека (МППЧ, Бельгия) и Хельсинкский фонд по правам человека (ХФПЧ, Польша), опубликовали совместный доклад «Он оставил след в моей жизни. Домашнее насилие в Таджикистане: время восстановить справедливость», в котором эксперты анализируют, почему многие жертвы домашнего насилия до сих пор остаются без эффективной защиты и поддержки, спустя 4 года после принятия властями Таджикистана нового закона о предупреждении насилия в семье.

Доклад основан на информации, собранной путем исследования на местах, а также на изучении документальных материалов и интервью, проводившихся исследователями МППЧ в октябре-ноябре 2016 года. В нем рассматриваются социальные установки и порядки, способствующие бытованию домашнего насилия и слишком часто подвергающие общественному порицанию не преступника, а пострадавшего. Публичные заявления правительственных чиновников зачастую способствуют дальнейшему закреплению устоявшихся гендерных стереотипов и гендерного неравенства, создающих благоприятную почву для домашнего насилия.

На сегодняшний день довольно сложно составить четкое представление о масштабах домашнего насилия в отношении женщин в Таджикистане ввиду отсутствия исчерпывающих, детальных статистические данных. На правительственном уровне до сих пор не создана единая централизованная база данных для сбора национальных статистических данных о случаях домашнего насилия в подробной разбивке. Кроме того, используются непоследовательные и несогласованные методы сбора данных. Занижение отчетных показателей является постоянной проблемой. Тем не менее, результаты исследований свидетельствуют о том, что без малого 50 процентов таджикских женщин в какой-то момент своей жизни подвергаются домашнему насилию.

Принятие Закона «О предупреждении насилия в семье» в 2013 году и другие положительные шаги правительства, направленные на борьбу с домашним насилием, сводятся на нет из-за пробелов в защитном механизме, законодательстве, системе уголовного правосудия, а также вследствие неспособности властей систематически и полностью устранить причины домашнего насилия. В докладе отмечены недостатки в Законе «О предупреждении насилия в семье», в частности: неспособность установить четкие механизмы имплементации; отсутствие точного определения родственников, охватываемых понятием «домашнее насилие»; неспособность криминализировать все формы домашнего насилия, что позволило бы подать обществу недвусмысленный сигнал о недопустимости домашнего насилия и тем самым посодействовать успешной борьбе с безнаказанностью; неспособность гарантировать право жертв домашнего насилия на бесплатную юридическую помощь. Закон не предусматривает обязательств местных органов власти по предоставлению убежищ жертвам домашнего насилия, и, как следствие, государством было создано крайне малое количество приютов.

На территории Таджикистана широко распространена традиция жить вместе с близкими и дальними родственниками, в том числе по причине того, что молодым семьям не хватает средств на отдельное жилье. Таким образом, отсутствие положений законодательства, предусматривающих возможности получить убежище в приютах после ухода из дома, ставит под угрозу жизни жертв домашнего насилия. В докладе рассматриваются проблемы, связанные с вмешательством милиции в случаях домашнего насилия. В Таджикистане создано 10 новых постов специальных инспекторов милиции, работающих исключительно над делами о домашнем насилии. Представители НПО сообщили об улучшении качества реагирования милиции в тех городах, где работают специальные инспекторы. Однако, учитывая масштабы домашнего насилия в Таджикистане, десяти инспекторов недостаточно, чтобы охватить всю страну. Как сообщается, сотрудники обычной милиции зачастую неохотно принимают и рассматривают жалобы потерпевших.

Кроме того, жертвы домашнего насилия, получившие телесные повреждения легкой тяжести и желающие привлечь своих обидчиков к уголовной ответственности, должны инициировать открытие дела по частному обвинению путем подачи жалобы в суд. Данная система ограничивает доступ потерпевших к эффективным средствам правовой защиты и правосудию. Потерпевшие часто испытывают трудности с прохождением и получением заключений бесплатной медицинской экспертизы, а также со сбором доказательств систематического насилия в виде показаний свидетелей. Жертвы домашнего насилия, пытающиеся возбудить уголовное дело через суд, сталкиваются с отсутствием значимой поддержки, что приводит к безнаказанности преступников. В ходе судебных разбирательств судьи иногда придают приоритетное значение сохранению семейной ячейки и не в состоянии адекватно рассматривать дела, связанные с домашним насилием. При определенных обстоятельствах уголовное производство по делу о совершении домашнего насилия может быть прекращено в случае примирения пострадавшего с правонарушителем.

Применение амнистии к лицам, совершившим домашнее насилие, приводит к их безнаказанности и подрывает усилия, направленные на пресечение домашнего насилия. Оказание услуг и поддержки жертвам домашнего насилия является обязанностью государств согласно международным обязательствам. Однако объем услуг, оказываемых жертвам домашнего насилия в Таджикистане, остается крайне недостаточным. Государство не придает первостепенное значение финансированию данных видов услуг из национального бюджета. Финансирование выделяется международными донорами, а гражданское общество является ключевым партнером в реализации инициатив по оказанию помощи жертвам домашнего насилия. Однако сейчас многие НПО высказывают опасения, что они не смогут продолжать оказывать необходимые услуги в 2017 году и последующие годы в связи с отсутствием достаточных финансовых средств. В заключительной части доклада содержатся рекомендации, адресованные правительству Таджикистана и международному сообществу.
http://www.fergananews.com/news.php?id=26113
Узбекистан и Польша выразили заинтересованность в отправке узбекских трудовых мигрантов в эту европейскую страну. Как сообщает Uzbekistan Today, речь об этом шла во время пребывания в Польше делегации Министерства труда Узбекистана.

Узбекские делегаты встретились с губернаторами областей Лодзь и Люблин. Первая из них является лидером в текстильной промышленности Польши, вторая - в аграрной. Губернаторы готовы предоставить рабочие места для специалистов из Узбекистана, главным образом - квалифицированных кадров для сельского хозяйства, животноводства, текстильной и пищевой промышленности. Сообщив о проблемах, связанных с выдачей разрешения на работу, они выразили готовность ускорить и упростить этот процесс.

По данным Evrokatalog.Eu, согласно вступившим в силу 1 мая 2014 года изменениям в Законе об иностранцах, требования к соискателям разрешения на работу в Польше таковы:

- на данную вакансию невозможно своевременно найти специалистов из Польши. Подтверждение выдается в виде так называемой «информации старосты», ответственного за район, где собирается работать иностранец;

- у иностранца заключен трудовой договор с польским работодателем;

- оговорённая в договоре зарплата - не ниже зарплаты польских работников аналогичного уровня и специализации;

- зарплата в любом случае должны быть не меньше минимальной заработной платы. В 2015 году минимальная брутто-зарплата составила 1750 злотых в месяц, это порядка 420 евро. Если иностранец принимается на неполную ставку, то оплата труда рассчитывается пропорционально рабочим часам, опять же не ниже минимальной зарплаты;

- соискатель купил медицинскую страховку на срок действия трудового договора и имеет доказательство наличия жилья в Польше (например, договор аренды квартиры).

Несмотря на повышенный уровень безработицы, спрос на иностранную рабочую силу в Польше растёт. Это связано с оттоком польских граждан в более развитые страны Евросоюза с целью заработать большие деньги, выполняя ту же работу, поясняет Evroportal.Ru. Стране требуется как неквалифицированная, так и квалифицированная рабочая сила.

Отметим, что ранее Агентство по вопросам внешней трудовой миграции Узбекистана специализировалось, главным образом, на поставках трудовых ресурсов в Южную Корею. Соответствующий меморандум о взаимопонимании между Министерствами труда Узбекистана и Кореи подписан В 2006 году. Как передаёт «Подробно.Uz», в рамках этого документа в 2007-2016 годах на работу в Корею были отправлены 25,5 тысяч узбекистанцев. В настоящее время Агентство договаривается о поставках рабочей силы с уполномоченными органами России, Султаната Оман и других государств.
http://www.fergananews.com/news.php?id=26114
Генеральный прокурор Кыргызстана Индира Джолдубаева подала в суд на двух адвокатов партии «Ата Мекен» и два медиа-ресурса - сайт «Заноза» и «Азаттык» (киргизская служба Радио Свобода). Причиной стало заявление адвокатов о принадлежности контрабандного груза, который был на борту разбившегося «Боинга-747», семье президента Алмазбека Атамбаева.

Как сообщает «Заноза», генпрокурор требует взыскать с адвокатов 10 млн сомов в качества возмещения морального ущерба, столько же - с «Азаттыка» и 3 млн ждёт от «Занозы», то есть, в общей сложности, 23 млн ($333 тысячи).

Пресс-конференция, на которой адвокаты арестованного лидера партии «Ата Мекен» Омурбека Текебаева сообщили о принадлежности груза семье Атамбаевых, состоялась 1 марта, её осветили не только «Заноза» и «Азаттык». В редакции «Занозы» утверждают, что их журналистов на пресс-конференции не было, и они перепечатали текст о пресс-конференции с других сайтов, передаёт «24.kg». Пресс-центр «АКИпресс», предоставивший место для проведения пресс-конференции юристов «Ата Мекена», проходит по делу в качестве третьего лица, как и Государственный комитет информационных технологий.

Судебное заседание назначено на 16 марта, оно пройдёт в Октябрьском районном суде Бишкека.
http://www.fergananews.com/news.php?id=26115
Начало нового года — период публикаций различных рейтингов, которые для Туркменистана вновь оказываются неутешительными. Так, по индексу демократии государство занимает 162 место в мире и продолжает оставаться в числе авторитарных стран. В другом рейтинге, в частности, по уровню развития интернета и по числу зарегистрированных в социальных сетях пользователей Туркменистан находится в конце списка стран Центральной Азии. Международная организация Freedom House в своем последнем отчете отводит этой стране одно из последних мест по уровню свобод и относит ее к государствам с репрессивной системой управления.

Вчитываясь в отчеты и выводы экспертов, каждый раз внутренне надеешься, что твоя родина хоть на строчку, да поднялась вверх, хоть немного, но улучшила свои показатели. Увы... Страна, единолично управляемая авторитарным президентом Гурбангулы Бердымухамедовым, как и во времена правления его предшественника Сапармурата Ниязова, продолжает удерживать позиции, вызывающие у кого-то обеспокоенность и тревогу, а у самих граждан Туркменистана — тоску и глубокое разочарование.

Почему богатая на углеводороды и прочие природные богатства республика, которую на заре независимости первый титулованный правитель публично обещал превратить во второй Кувейт, спустя 25 лет после развала СССР, уже при нынешнем правителе, оказалась не Кувейтом, а почти в кювете? Ответ на этот вопрос ищет туркменский журналист, живущий в эмиграции.

* * *

Все мои собеседники — знакомые мне люди. Одних я знаю еще со времен жизни в Туркмении, с другими познакомился в соцсетях через своих интернет-друзей или в группах, посвященных Туркменистану. Все они родились и выросли в Туркмении, жили там долгие годы, работали, растили детей. Позже в силу разных причин покинули страну, поменяв не только местожительства, но и гражданство. Объединяет этих людей то, что каждый из них недавно побывал на родине и теперь делится впечатлениями о своей поездке. Большое видится на расстоянии, считают они, а потому мнение моих земляков представляется не только интересным, оно наводит на серьезные размышления.

Сразу скажу, что реальные имена авторов называть не буду, и тому причина одна: в Туркменистане у многих остались родственники, одноклассники и просто знакомые, с которыми моим товарищам довелось встретиться в свой визит и побывать в гостях. Узнаваемость моих героев может навредить этим людям, что мы не имеем права делать.

Нерадостные метаморфозы

Итак, Халмырат — уроженец Лебапского велаята, туркмен, уже много лет считает себя сибиряком. В нашей с ним переписке он рассказал о своей недавней поездке на родину и о том, что запомнилось больше всего: «Когда я уезжал из страны, был конец правления Ниязова. За это время Туркменистан неузнаваемо изменился. И не только столица, но и населенные пункты, этрапские (этрап — так в Туркмении называются районы . – Прим. «Ферганы») центры. Я ходил по знакомым с детства местам и с трудом их узнавал, вспоминал, что раньше стояло на том или ином месте. Здания отстроены не просто красивые, а я бы сказал помпезные, порой совершенно не подходящие к месту, где они стоят. Но понятно же, что возведены они больше для красоты, чем для пользы.

В разговорах с людьми интересовался, гордятся ли они такой красивой библиотекой, ипподромом или дворцом. Почти все раздраженно отмахивались, мол, кому нужны все эти дворцы, лучше бы вместо них вложили средства в небольшие предприятия с выпуском какой-нибудь нужной продукцией, и чтобы люди были заняты работой. Молодежь слоняется без дела, сложно устроиться на работу даже специалистам с дипломом, а вчерашним школьникам — практически невозможно. Очень мало в стране средне-специальных учебные заведений, а колледжей вообще нет, разве что только в столице. Но не всем же идти в институты».

На протяжении целого года я получал сообщения от давнишнего приятеля — казаха по национальности. Честно говоря, он донимал меня своими слезливыми сообщениями о том, как тоскует по Туркменистану, как скучает по бывшим соседям, друзьям, как тоскливо ему на новом месте и сложно привыкнуть к своим, вроде бы, соотечественникам. Они с семьей лет 7 назад переехали на родину предков по программе переселения и стали там «оралманами» , то есть репатриантами.

И вот в конце прошлого года приятель, наконец-то, смог получить «кладбищенскую» визу (так люди называют разрешение, выдаваемое туркменскими посольствами для посещения могил близких) и, словно на крыльях, устремился «домой». Я с нетерпением ждал его сообщений где-нибудь через пару недель. Но не прошло и 10 отведенных визой дней, как от него пришел длинный отчет о скоротечной поездке:

«Я поразился тому, как при Бердымухамедове изменились в худшую сторону туркмены — те, с которыми я с малых лет вместе рос и балагурил, - с разочарованием написал мой товарищ. - Все они какие-то запуганные, мрачные, мнительные, боятся даже собственной тени. Раньше, бывало, можно было просто так зайти к соседу, завернуть по дороге к другу, чтобы чайку попить, о жизни поболтать. Теперь никто по гостям не ходит, все живут в каком-то своем мирке и никого стараются туда не впускать. Я, по старой привычке, многих навестил, но везде нутром ощущал, как хозяин терзает себя мыслями: мол, зачем он заявился, может, неспроста, надо его остерегаться, лишнего не болтать, мало ли что друг юности. Мне эти метаморфозы с туркменами показались дикими. Сколько себя помню, все всегда были настолько радушны, что могли три дня угощать гостя и не спрашивать его о цели визита. Сейчас же вопрос «зачем приперся и когда уйдешь?» буквально читается в глазах хозяев дома. Я с трудом пробыл там пять дней и уехал. Все, моей ностальгии пришел конец! Больше не стану рваться туда и жить с оглядкой в прошлое», - подытожил мой приятель.

Отрезвляющее лекарство от ностальгии

В соцсетях познакомился я с женщиной, ныне проживающей в Стерлитамаке, татаркой по национальности. Оказывается, мы с ней земляки, нашлись даже общие знакомые. Нурия, спустя 17 лет отсутствия на родине, в ноябре 2016 года съездила в Туркменистан по той же самой «кладбищенской» визе. Нурию тоже многие перемены в родных местах и в тамошних людях поразили, но более всего ее ужаснул уровень медицинского обслуживания населения. Вот отрывки из ее сообщений, посвященных поездке в Туркменистан:

«Представьте, президент — медик по образованию — понастроил столько суперсовременных клиник и медицинских центров, а больных смерть косит. Если у семьи есть накопления, или помогают работающие в Турции дети, то больного вывозят на лечение в Иран, Россию, Индию, Узбекистан. Толку-то от импортного оборудования, если нет специалистов, которые могли бы эксплуатировать эту медтехнику и ставить правильный диагноз, назначить лечение? Местный мединститут выпускает врачей, а им не верят, боятся к ним обращаться. Люди наслышаны о многочисленных случаях, когда врачи неправильно лечили, еще больше навредили здоровью.

Подруга детства поделилась своей бедой: ее муж болен редкой болезнью — боковым амиотрофическим склерозом. Диагноз поставил себе сам, сверив свои симптомы с найденными в интернете и на тематических форумах. К врачам категорически отказался обращаться. Все равно, говорит, они ничем не помогут, а только разорят семью. И на самом деле, больного везде ждут поборы — пока не положишь в карман, никто тобой не будет заниматься, хоть умри у них на глазах. Поэтому бедные слои населения валом валят к табибам, знахарям и народным целителям. Это так позорно должно быть президенту-медику», - досадует Нурия.

Мои собеседники, кому так или иначе удалось заполучить вожделенную визу в практически труднодоступный Туркменистан и погостить там несколько дней, в один голос говорят, что поездка помогла им раз и навсегда покончить с той ностальгией по родным местам, что прежде не давала им покоя. Воистину говорят, что увидевший не сравнится с услышавшим. Более того, бывшие жители Туркменистана признались, что счастливы, что вовремя уехали оттуда и увезли своих детей.

Эмоции под контролем, перемещения под надзором

В Воронежской области России сейчас живет бывший житель Лебапа. Он часто комментирует статьи, посвященные жизни в Туркменистане. В личной переписке сообщил, что недавно съездил в родные места, где не был около 10 лет, вместе со старшим сыном, хотел показать подростку свой поселок, познакомить с двоюродными братьями и сестрами, попрактиковать свой туркменский, на котором семья старается говорить дома. Он подробно описал мне свои впечатления:

«В стране повсюду вывешен лозунг, на котором аршинными буквами написано «Государство — для человека». Сын поинтересовался, а для какого человека? Что я мог ему сказать, находясь там, что имя его Гурбангулы Бердымухамедов? Его портреты, книги, цитаты полностью вытеснили все то, что раньше принадлежало Ниязову. Там каждый чувствует над собой чью-то власть и диктат. Даже школьники. Мой сын это почувствовал, пообщавшись со сверстниками. Его удивило, что все ученики носят совершенно одинаковую одежду, даже девочки-узбечки одеты в туркменские платья и тюбетейки.

Одна из моих племянниц работает учительницей. Она рассказала, в каких жестких рамках вынуждена работать она и ее коллеги. Полное подчинение директору. Но и он, в свою очередь, не свободен ни в чем, над ним стоят чиновники из отдела образования, а над теми — местный хякимлик (администрация города или района. – Прим. «Ферганы») и министерство образования. При этом — никакой инициативы в работе, более того, она наказуема. Главное — это полное и безоговорочное подчинение, молчаливое беспрекословие. При этом система административного и иного наказания за непослушание четко отлажена и работает безотказно. Подчиненным даже мимикой, жестом или словом нельзя выразить своё недовольство, иначе неприятности неминуемы. Для проигнорировавших это правило дело может принять более серьезный оборот, часто с вмешательством правоохранительных органов. Примеров тому более чем достаточно».

Каждый, кто побывал в Туркменистане, отмечает жесткость условий и требований пребывания на туркменской земле. Вот как об этом пишет бывший житель Дашогузского велаята, ныне живущий в Нижегородской области России:

«У меня брат умер. На похороны я не успевал, получил визу только к сороковинам. Прилетел в Ашхабад. На паспортном контроле дотошно расспросили, куда и зачем еду, как долго не был в стране. В Дашогузе по прибытии надо было встать на учет в миграции, отмечаться там в середине срока и затем при выезде. Мне это было крайне неудобно, ведь надо было добираться из этрапа, из-за чего я потерял трижды по полдня своего короткого отпуска. Дальше — хуже. В один из дней поехали мы со свояком навестить родственников в Конеургенчский этрап, там, как водится, засиделись допоздна, и хозяева предложили остаться у них до утра. И что вы думаете? В полночь пришел участковый и стал выяснять мое местонахождение и причину того, почему я остался, а не вернулся к месту регистрации. И ничего не помогло, никакие объяснения — езжай обратно, и все! А мы со свояком прилично выпили, он вести машину не может, пришлось просить соседа нашей родни, чтобы хотя бы меня отвез по тому адресу, по которому меня зарегистрировали в миграции. И что, разве это не полицейское государство?!».

Государство строгого режима

Бывшие туркменистанцы, наведавшиеся в родные края после длительного отсутствия и своими глазами увидевшие тамошнюю жизнь изнутри, теперь с болью в сердце и с жалостью в голосе размышляют о туркменах, чьи предки, гордые и свободолюбивые, никогда не признавали над собой власти ни персидских шахов, ни хивинских ханов, ни бухарских эмиров и прочих деспотичных правителей. А ныне эти потомки оказались в положении рабов современного хана под титулом Аркадаг (в переводе с туркменского «покровитель». – Прим. «Ферганы»).


В подтверждение того, что в Туркменистане при Бердымухамедове жить стало хуже, чем при его предшественнике, люди приводят следующие факты и сравнения. В 2007 году Бердымухамедов, как многим тогда показалось, сделал шаг вперед, пообещав, например, для каждого доступный интернет. Но за 10 лет своего правления сделал два шага назад, заблокировав доступ ко многим сайтам, установив контроль над пользователями интернета и соцсетей, прослушивая телефонные разговоры по мобильной связи.

Придя к власти, Бердымухамедов заявил о продолжении Туркменистаном «политики открытых дверей». Однако на деле страна еще больше самоизолировалась от внешнего мира, превратилась в закрытое государство с усиленным режимом содержания собственных граждан. О каких «открытых дверях» можно говорить, если страна закрыта для многих своих бывших граждан, не говоря уже об иностранцах.

Сегодня в Туркменистане, согласно пропаганде, царит «эпоха могущества и счастья». Только вот почему, удивляются побывавшие там люди, в реальной жизни они не встречали никого, кто бы купался в счастье. Многие, очень многие за последние 10 лет покинули страну навсегда, а те, что остались, хотели бы уехать если не сами, то отправить своих детей. По признанию тех, кто написал о своей поездке на малую родину, родственники и знакомые подробно расспрашивали их про жизнь в регионах России, Казахстана, про возможности поступления в тамошние учебные заведения, про наличие рабочих мест. И каждый признался: эта поездка нужна была. Нужна для сравнения, для того чтобы избавиться от ностальгических чувств и, наконец, раз и навсегда понять для себя, что выбор когда-то был сделан правильно.

«Хочется сказать тем, кто тоскует по Туркменистану и прежней жизни: нет уже того Туркменистана с милыми сердцу пыльными улочками, тенистыми аллеями, журчащими арыками, все закатано в асфальт, причем плохой, повырублено и заменено на фонтаны. Нет радушных и улыбчивых людей — каждый погружен в свои думы и занят решением своих проблем. Многие лица вовсе незнакомые, особенно в городе. О будки с цифрами 02 буквально спотыкаешься, а вечерами не пройдешь и десяти метров, чтобы не столкнуться со стражем порядка. Везде и всюду на тебя смотрят с подозрением. Стоит вынуть из кармана телефон и поднять его на уровень глаз, тут же в поле твоего зрения оказывается человек в форме», - написал Халмырат.

Покидая родину, теперь уже надолго, Нурия прихватили с собой в Стерлитамак несколько экземпляров туркменских газет. «Буду показывать их всем, - с усмешкой пишет женщина, - пусть посмотрят, как Туркменистан со скоростью ахалтекинца под мудрым руководством Аркадага движется вперед, к новым свершениям и горизонтам, а туркменский народ пожинает плоды эпохи счастья».

И можно было бы посмеяться, если бы все это не было так грустно...

Атаджан Непесов, псевдоним туркменского журналиста, живущего в эмиграции
http://www.fergananews.com/article.php?id=9309
Пенсионеры Узбекистана с 15 марта 2017 года будут бесплатно ездить в ташкентском метро - с 10:00 до 16:00. Постановление об этом издал 9 марта Кабинет Министров страны, сообщает «Газета.Uz».

Как сообщил журналистам на брифинге в хокимияте (администрации) Ташкента заместитель председателя правления АО «Узбекистон темир йуллари», начальник УП «Тошкент метрополитени» Ойбек Худойкулов, чтобы воспользоваться правом бесплатного проезда, пенсионерам достаточно предъявить оператору метрополитена пенсионное удостоверение и получить специальный разовый жетон, воспользоваться которым можно будет в специальном турникете.

Ограничений на количество поездок для пенсионеров нет, но для каждой поездки необходимо будет получить отдельный жетон. Подчеркнём: право на бесплатный проезд в метро распространяется на всех пенсионеров Узбекистана, а не только на жителей столицы.

Недополученные доходы метрополитену будут возмещать из государственного бюджета Узбекистана.

В ноябре 2016 года временно исполняющий обязанности президента Шавкат Мирзиёев говорил, что «с целью усиления поддержки старшего поколения со следующего года пенсионеры смогут бесплатно пользоваться метрополитеном в период с 10:00 часов до 16:00». В январе 2017 года сотрудников всех 29 станций метро столицы Узбекистана обязали ежедневно отмечать количество пассажиров пенсионного возраста, спускающихся в подземку в течение светового дня.
http://www.fergananews.com/news.php?id=26116
Генеральный прокурор Кыргызстана Индира Джолдубаева подала второй иск в отношении медиа-ресурсов «Заноза» и «Азаттык», желая в конечном (на момент публикации этого сообщения) счёте взыскать с обоих удвоенную сумму морального ущерба: 6 млн сомов с первого издания и 20 млн – с киргизской службы Радио Свобода.

Поводом для второго иска был избран комментарий арестованного лидера партии «Ата Мекен» Омурбека Текебаева относительно его поездки на Кипр. Одно из турецких СМИ сообщило, что на Кипре Текебаев встречался с бывшим президентом Кыргызстана Курманбеком Бакиевым и экс-депутатом парламента Садыром Жапаровым. Когда лидер «Ата Мекена» вернулся в Бишкек, «Заноза» и «Азаттык» поинтересовались у него, что он делал на Кипре. Текебаев опроверг сообщения о встрече с Жапаровым и Бакиевым и пояснил, что ездил с рабочей поездкой и получил информацию об имуществе президента Алмазбека Атамбаева:

«Я ездил на Кипр по делам. Встретился со многими людьми. Были среди них те, кто интересуется ситуацией в Кыргызстане и обладает некоторой информацией. Они сказали, что знают информацию о богатстве Атамбаева, о котором он постоянно говорит, и у них есть возможность найти такие данные. Я попросил их поделиться информацией, так как я официально расследую имущество президента. Они согласились. Атамбаев поручил Генеральной прокуратуре проверить высказанные мною данные. Но я пока не давал никакую информацию. Я сказал лишь, что получил информацию. После поступления документов, подтверждающих эту информацию, я дам знать общественности и прокуратуре», - приводит ответ Текебаева «Азаттык».

По сообщению «Занозы», 17 февраля Текебаев предоставил прокурорам документы, которые, по его мнению, могут подкрепить информацию об имуществе Атамбаева за границей.

«Я действительно находился с частным визитом на Кипре и встречался с различными специалистами, экспертами, хорошо знакомыми, на мое удивление, с ситуацией в Кыргызстане. Беседуя с ними, я получил немало сведений. Анализируя данные деклараций от ГКС (Государственная кадровая служба. – Прим «Ферганы»), мы заключили, что у супруги Атамбаева появились денежные средства лишь в 2011 году. Если полагаться на данные представленные ГКС КР, то какую сумму денег должен вложить в банк вкладчик, чтобы получать ежегодно такие проценты в размере $120 тысяч? Если, к примеру, даже взять средневзвешенную процентную ставку в размере 4%, то сумма вклада должна быть не менее $3 млн», - цитирует «Заноза» Текебаева.

Его ответы медиа-ресурсам Индира Джолдубаева посчитала оскорбительными, наносящими ущерб репутации президента Алмазбека Атамбаева. В своём иске генпрокурор заявляет, что после прослушивания аудиозаписи разговора Текебаева было установлено, что редакция преднамеренно исказила слова респондента, чтобы выставить главу государства в негативном свете.

Как и первый иск, второй датируется 6 марта, но рассматриваться будет 15 марта в Ленинском районном суде Бишкека.

Напомним, 9 марта стало известно, что Джолдубаева подала в суд на двух адвокатов партии «Ата Мекен» и два медиа-ресурса – на «Занозу» и «Азаттык». Причиной стало заявление адвокатов о принадлежности контрабандного груза, который был на борту разбившегося «Боинга-747», семье президента Алмазбека Атамбаева. Генпрокурор требует взыскать с адвокатов 10 млн сомов в качества возмещения морального ущерба, столько же - с «Азаттыка» и ещё 3 млн - с «Занозы», то есть, в общей сложности, 23 млн ($333 тысячи). К вечеру 9 марта обнародованная сумма морального ущерба достигла 36 млн сомов ($522 тысячи). Судебное заседание по первому иску назначено на 16 марта, оно пройдёт в Октябрьском районном суде Бишкека.
http://www.fergananews.com/news.php?id=26117
В больницу к Елене Урлаевой, председателю «Правозащитного альянса Узбекистана (ПАУ), допустили представителей посольства США и ряда международных организаций. Однако ясности о том, на каком именно основании она подвергнута принудительному психиатрическому лечению, до сих пор нет. Об этом «Фергане» рассказали родственники ташкентской правозащитницы и активистки.

Напомним, 1 марта 2017 года Елена Урлаева была насильственно помещена в 9-ое отделение Ташкентской клинической психиатрической больницы №1. Причем доставляли ее в больницу милиционеры, которые задержали ее без всяких на то причин и грубо с ней обошлись. Об обстоятельствах задержания сама Елена Урлаева рассказала в своем видеообращении, записанном в клинике: http://www.fergananews.com/news/26097.

В понедельник и во вторник на текущей неделе (6 и 7 марта) в больнице побывали представители посольства Соединенных Штатов Америки в Узбекистане, а также сотрудники Международной финансовой корпорации (IFC), входящей в группу Всемирного банка, и Омбудсмен из CAO Скотт Адамс.

А 9-го марта в больницу пришел внештатный фотограф «Ферганы» в Ташкенте Тимур Карпов. Его к пациентке не пустили, объяснив отказ тем, что официальные дни для посещений - среда и суббота. Так заявила заведующая 9-м отделением больницы Даусифа Валиева.

По сведениям «Ферганы», руководство медицинского учреждения не предоставило интересующимся сторонам (родственникам и иностранным гостям) никаких оснований для задержания Елены Урлаевой и ее принудительного лечения. Нашей редакции также не удалось добиться ответа от администрации больницы, хотя мы неоднократно звонили в приемный покой и в регистратуру этого учреждения. Напомним, согласно законодательству Узбекистана, человек может отправиться на лечение только в трех случаях: если это решение принято добровольно, если такое решение принято родственниками, или если такое решение принял судом.

По словам Дениса, сына Елены Михайловны, его мать могут продержать в больнице минимум месяц. Ташкентская правозащитница Елена Урлаева, возглавляющая «Правозащитный альянс Узбекистана», помещалась психиатрическую клинику неоднократно — в 2001, 2005, 2012, 2016 годах. Международные организации неоднократно заявляли о «карательной психиатрии» и о давлении на правозащитников и требовали освободить Е.Урлаеву. Сама она в 2005-ом даже объявляла голодовку в знак протеста против принудительного лечения.

Помимо заключения в больницу, власти всячески препятствовали правозащитной деятельности Урлаевой: на нее нападали неизвестные люди во время пикетов, избивали, ее блокировали в ее квартире, не позволяя выходить на акции протеста. В этот раз, в марте 2017 года, ее поместили в больницу незадолго до того, как она должна была встретиться с представителями иностранных международных организаций.

По словам правозащитницы из Берлина, руководителя «Узбекско-германского форума по правам человека» Умиды Ниязовой, 2 марта должна была состояться встреча Елены Урлаевой с делегацией Международной Федерации профсоюзов, а в начале текущей недели — с Омбудсменом Скоттом Адамсом.

«Я знаю Елену более пятнадцати лет, - говорит Умида Ниязова. - Она очень искренний человек, даже слишком искренний и бросается на помощь любому человеку, который приходит к ней. Мы уже потеряли счет тому, сколько раз ее арестовывали и избивали. Я помню очень хорошо, как лет пятнадцать назад на моих глазах сотрудник спецслужб со всей силы ударил Елену в живот, когда она стояла в пикете. У Елены перехватило дыхание. Ее жизнь полна стресса, и бывает, что иногда она нуждается в психиатрической помощи. Но это совершенно не означает, что ее правозащитная работа и ее заявления имеют меньший вес. Самое мерзкое то, что узбекские власти пользуются уязвимостью Елены и когда они не знают, как заставить ее замолчать, то просто арестовывают ее в психиатрической клинике. То, что сейчас Елену держат в заключении в больнице, является совершенно незаконным, ее родственники выступают против госпитализации, нет решения суда».

Обращение к врачам всего мира

Вскоре после задержания Елены Урлаевой на платформе Change.org стартовала петиция с требованием освободить правозащитницу и осудить власти
Узбекистана.

«Мы, нижеподписавшиеся, настоятельно призываем Всемирную психиатрическую ассоциацию (WPA) потребовать от правительства Узбекистана немедленного освобождения Елены Урлаевой от принудительного психиатрического заключения, куда она была помещена в отместку за ее деятельность и для того, чтобы не допустить продолжения ее активности в области защиты прав человека.

Г-жа Урлаева занимается исследованиями, протестует и выступает за права человека в своей стране с 1999 года. На протяжении десятилетий, неоднократно, в 2001, 2005, 2012 и 2016 годах государство подвергало ее к карательному принудительному психиатрическому заключение по решению суда, несмотря на то, что ее вменяемость была полностью доказана. 1 марта полиция арестовала ее в то время как она готовила общественный протест, а также намеревалась встретиться официальными лицами из Всемирного банка и Международной организации труда, посещающими Узбекистан. Она была намерена представить им из первых рук документацию о торговле людьми и организованном государством принудительном труде на сборе урожая хлопка.

Злоупотребление психиатрией в политических целях в Советском Союзе остается позорным пятном на истории психиатрии. Подобная практика явно сохраняется сегодня в Узбекистане. В соответствии с миссией WPA максимально продвигать этические стандарты в психиатрической работе, мы просим вас не только добиться освобождения г-жи Урлаевой, но и принять все возможные меры, чтобы осудить Узбекистан за его неизменную практику искажения психиатрической медицины».
Редакция «Ферганы», в свою очередь, просит своих читателей, неравнодушных к судьбе ташкентской правозащитницы, также подписать эту петицию по ссылке:
https://goo.gl/oHfstk
http://www.fergananews.com/article.php?id=9310
Последние несколько дней эфир новостных выпусков казахстанских телеканалов поражает многообразием лиц, на которых сошла чуть ли не божественная благодать. Молодые и не очень, худые и при пышных телесах дамы и господа нередко чётко поставленными голосами на все лады благодарят Нурсултана Абишевича. Причина для нынешней демонстрации всенародной любви к Елбасы (Лидеру нации. – Прим. «Ферганы») особо веская: бессменный с 1989 года руководитель Казахстана решил поделиться своими полномочиями с правительством и парламентом. Не откладывая в долгий ящик, депутаты казахского парламента внесли изменения в основной закон страны.

Вступление в «новую реальность»

Официально это называется перераспределением полномочий между ветвями власти с внесением изменений в конституцию страны. А поскольку инициатива по внесению поправок в основной закон Республики Казахстан исходит непосредственно первого лица государства, то и весь процесс по их принятию проходит в ускоренном режиме. Хронология его выглядит следующим образом: 15 декабря на торжественном заседании в честь 25-летия независимости Казахстана Нурсултан Назарбаев поручает разработать и внести изменения в конституцию. Сразу после новогодних праздников, 11 января 2017 года, СМИ сообщают о создании рабочей комиссии во главе с руководителем президентской администрации Адильбеком Джаксыбековым. А 25 января Назарбаев в эфире республиканских телеканалов объявляет объявляет о начале «всенародного обсуждения», итоги которого подводятся уже 1 марта.

Через 2 дня, то есть 3 марта, на специально собранном совместном заседании обеих палат парламента без каких-либо дискуссий поправки были приняты в первом чтении, а 6 марта — окончательно во втором. Конституционный совет Казахстана признал принятый 6 марта парламентом страны закон «О внесении изменений и дополнений в Конституцию Республики Казахстан» полностью соответствующим Конституции Казахстана, а также конституционным ценностям, основополагающим принципам деятельности и форме правления республики. Последнее слово — за президентом Казахстана, который вряд ли откажется от собственной инициативы. Показательным в данном случае является сообщение спикера казахстанского Сената (верхняя палата парламента Казахстана. – Прим. «Ферганы») Касым-Жомарта Токаева в социальной сети Twitter, заметившего, что в Казахстане «наступает новая реальность».

Конституционный совет в запасе

Впрочем, если внимательно ознакомиться с принятыми десятью поправками в Конституцию Казахстана, то становится очевидным — говорить о «новой реальности» несколько рановато. Фактически Казахстан остаётся государством с достаточно жёсткой президентской формой правления, где правительству и парламенту отводятся второстепенные роли. К примеру, к правительству от президента переходят полномочия по утверждению государственных программ, единой системы финансирования и оплаты труда работников, получающих свои заработные платы из государственного бюджета. Однако здесь есть один небольшой, но важный нюанс: все эти задачи правительство обязано согласовать с президентом, который позже не сможет приостановить действия принятых кабинетом министров и премьером решений.

«Перераспределение полномочий» не означает, что у главы государства не остаётся рычагов по отмене, скажем, того или иного закона или правового акта, который разработало правительство и провело через парламентские слушания. В случае необходимости президент «в интересах защиты прав и свобод человека и гражданина, обеспечения национальной безопасности, суверенитета и целостности государства» имеет право обратиться в Конституционный совет, который может отметить несоответствие того или иного правительственного решения Конституции Казахстана.

Следует отметить, что, являясь коллективным органом конституционного контроля, Конституционный совет Казахстана состоит из 7 человек, трое из которых, включая его председателя, назначаются лично президентом, по 2 места в совете имеют представители нижней и верхней палат парламента.

Незыблемость статуса тоже закреплена

Не менее занятным выглядит и новый принцип формирования правительства Казахстана. Отныне ответственность за создание своего кабинета министров возлагается на политическую партию, победившую на парламентских выборах. То есть, почти как во всех демократических странах мира. Почему почти? Дело в том, что, во-первых, исключительное право на назначение ключевых в стране министров иностранных дел, обороны и внутренних дел остаётся у президента. Во-вторых, все утверждённые обеими палатами парламента кандидатуры на посты министров экономического и социального блока всё равно проходят процедуру согласования с главой государства (ранее они просто назначались указом президента. – Прим. «Ферганы»).

В-третьих, несмотря на введённую в Конституцию норму о подотчётности правительства парламенту и президенту, депутаты Мажилиса (нижней палаты) и Сената по-прежнему не в состоянии самостоятельно отправить в отставку как кабинет министров в целом, так и отдельных его членов. Заслушав отчёт правительства, парламентарии могут лишь направить в адрес главы государства обращение с обоснованной просьбой об освобождении того или иного министра экономического или социального блока. Окончательное же решение принимает президент страны.

Что касается судебной ветви власти, то в этом направлении особых изменений и вовсе не видно. В частности только законом «О судебной системе и статусе судей Республики Казахстан» конкретизируются квалификационные требования к судьям (ранее со ссылкой на тот же закон отмечалось, что им могут устанавливаться дополнительные требования. – Прим. «Ферганы»). Уточняется, что Верховный суд, в соответствии с законодательством страны рассматривает дела только в пределах своих полномочий. Подчёркивается, что органы прокуратуры «представляют интересы государства в суде и от имени государства осуществляют уголовное преследование».

Крайне любопытным выглядит и появление в Конституции Казахстана пункта о закреплении за столицей Казахстана — Астаной — особого правового статуса в финансовой сфере.

Как бы то ни было, но, судя по выступлениям депутатов обеих палат парламента, все они этими процессами очень довольны. Более того, выразив благодарность президенту за проявление инициативы по «перераспределению полномочий между ветвями власти», в очередной раз предложили увековечить имя Назарбаева теперь уже в Конституции Казахстана. «Ведущая роль Елбасы — Нурсултана Абишевича Назарбаева, его инициативы обеспечили становление и развитие казахстанской государственности. Неоднократно представителями казахстанского общества поднимался вопрос о закреплении выдающегося вклада Елбасы в строительство нашего государства», - заявил депутат Мажилиса Нурлан Абдиров. При этом он сообщил, что обеими палатами парламента внесена поправка, согласно которой «Установленные конституцией независимость государства, унитарность и территориальная целостность республики, форма ее правления, а также основополагающие принципы деятельности республики, заложенные основателем независимого Казахстана, первым президентом республики Казахстан Елбасы, его статус, являются неизменными».

Сохранить лицо при плохой игре

Надо заметить, что с одновременным появлением в соцсетях постов от известных в стране, но вместе с тем далёких от политики блогеров, радующихся внесению поправок в Конституцию Казахстана, политизированная часть населения задалась двумя основными вопросами: «Для чего Назарбаеву потребовалось изменять основной закон страны?» и «Что произойдёт после окончательного принятия поправок?». По мнению оппозиционного политика Амиржана Косанова, истинную подоплёку этой идеи знают только её инициаторы:

- У меня по этому поводу есть только версии. Это и первоначальное, но так и не исполненное желание властей переделать скандальную 26-ю статью конституции, где вместо граждан Казахстана правом собственности наделялся каждый (в том числе и не гражданин страны) человек, получивший её на законных основаниях (Назарбаев лично снял её с обсуждения в парламенте. – Прим. «Ферганы»). Это и желание переложить ответственность за дальнейшее ухудшение социально-экономического развития страны с президента на правительство. Это и желание отдельных людей понравиться Елбасы, включив его личность и заслуги в текст Конституции Казахстана. Впрочем, сам я придерживаюсь точки зрения, что основной причиной всех этих изменений является подготовка к операции «Преемник» и желание различных казахстанских кланов подготовить почву для относительно безболезненного разделения между собой ветвей власти в постназарбаевский период», - заметил в своём комментарии «Фергане» Амиржан Косанов.

Схожей точки зрения придерживается и бывший депутат сената парламента Казахстана Уалихан Кайсаров, который считает, что истинной целью и причиной всех, так называемых, конституционных реформ было проведение через референдум с подтасованными результатами статьи о продаже земли иностранцам и отмены конфискации имущества:

- Делалось это для того, чтобы затем перед судом истории снять с себя ответственность за подобные преступления перед народом и переложить всю вину на сам народ, ссылаясь уже на результаты референдума. Ну, а поскольку, теперь 26-я статья явно стала непроходной даже на референдуме, грозившем стать началом «цветной революции», то и проведение самого референдума ради других отвлекающих статей стало бессмысленным. Поэтому-то его и провели уже через парламент, пытаясь сделать хорошую мину при плохой игре. Все остальные изменения абсолютно не уменьшают уровень контроля президента и его полномочий, - поделился своим мнением с «Ферганой» Уалихан Кайсаров.

Кстати, несмотря на опубликованное казахстанскими СМИ мнение заместителя председателя Мажилиса Владимира Божко об отсутствии необходимости роспуска нынешнего состава парламента, эксперты «Ферганы» не исключают, что в связи с принятыми поправками сразу в несколько статей Конституции Казахстана о проведении внеочередных парламентских выборов будет объявлено ещё до ухода депутатского корпуса на летние каникулы.

Соб.инф.
http://www.fergananews.com/article.php?id=9311
В Таджикистане продолжает расти курс доллара по отношению к национальной валюте — сомони. Рост американской валюты начался в феврале, и уже к концу второй декады доллар подорожал на один процент, перевалив отметку в 8 сомони за доллар. На сегодняшний день официальный курс, установленный Нацбанком страны, составляет 8,08 сомони за доллар.

Если в начале года банковские центры обмена валюты покупали один доллар за 7,90 сомони, а продавали за 7,92 сомони, то сегодня курс покупки доллара в них составляет 8,10 сомони, а продажи — 8,12 сомони. Однако с середины февраля приобрести наличные доллары в банках практически невозможно. Зато их можно купить на черном рынке по цене 8,40-8,50 сомони за доллар. Экономический эксперт Анвар Заиров так прокомментировал «Фергане» ситуацию с ростом курса и дефицитом наличного доллара:

«Доллар растет, и я не вижу, чтобы его особо сдерживали — нет официальных сообщений от Нацбанка о валютных интервенциях. Дело в том, что у нас в стране нет экономики, и все валютные потоки контролируются определенными структурами и людьми. Есть две фазы динамики валюты. Первая — это когда необходимо скупить валюту и вывести ее (как в целях бизнеса, так и для вывода в офшоры). В этом случае доллар либо падает, либо держится в более-менее стабильном положении. Вторая фаза — когда нет в этом надобности, более того, необходимо «слить» остатки валюты. Во втором случае курс растет без явных причин, как это происходит сейчас, когда нет никаких внешних факторов для резкого подъема стоимости доллара.

Внешний фактор повышения курса валюты мы наблюдали в 2014-2015 годах, и связан он был с экономическим кризисом и колебанием курса в России, от экономики которой мы полностью зависимы. Но в настоящее время рост доллара спонтанный, не подкрепленный ни внешними факторами, ни внутренними. При этом вдруг появляется дефицит доллара. Вывод один — это искусственное действие», - считает экономист.

Доллар растет и в соседнем Узбекистане. С 28 февраля американская валюта подорожала на 250 сумов или на три процента. За последнюю неделю рост составил 2,5 процента. На сегодняшний день рыночный курс покупки доллара составляет 7230 сумов, а продажи — 7260 сумов, тогда как 27 февраля в Ташкенте доллар покупали по 7050 сумов, продавали по 7020 сумов. При этом Центробанком Узбекистана установлен курс в 3452,30 сумов за доллар.
http://www.fergananews.com/news.php?id=26118

Tags

Реклама




Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner