?

Log in

No account? Create an account

November 30th, 2016

Ислам Каримов, внук бывшего президента Узбекистана Ислама Каримова, дал двадцатипятиминутное видеоинтервью Узбекской службе BBC. Запись была сделана 27 ноября, а опубликована в переводе на узбекский язык на веб-сайте BBC вечером во вторник. Полная русская версия беседы будет выложена на канале BBC на видеохостинге Youtube завтра, 30-го ноября.

Основной темой разговора стало местонахождение и самочувствие матери Ислама - Гульнары Каримовой, вокруг имени которой в последние дни в интернете распространялось множество слухов. Ислам Каримов-младший рассказал, что последний раз общался со своей младшей сестрой, Иман Каримовой, 15 ноября. Иман сообщила ему, что их мать, Гульнара Каримова, жива и здорова. С тех пор о ее состоянии ему ничего не известно.

По его словам, Гульнара Каримова находится у себя дома в Ташкенте, фактически под домашним арестом - под полным контролем со стороны Службы национальной безопасности (СНБ) Узбекистана. Однако, утверждает Ислам, власти Узбекистана нашли ее двойника (похожую на Гульнару женщину) и возят по городу в автомобиле, вероятно, чтобы создать видимость того, что Гульнара на свободе.

Отвечая на вопрос о причинах содержания старшей дочери покойного президента Узбекистана в неволе, Ислам назвал ее заключение «политическим вопросом», заявив, что его матери только показали некую бумагу без подписи и печати, в которой говорилось, что она помещена под домашний арест. Более того, над Гульнарой Каримовой не было никакого суда, а многих ее друзей и коллег судили без участия адвокатов.

Дочь Гульнары Каримовой, восемнадцатилетняя Иман, содержится в другой резиденции в Ташкенте. Она имеет возможность общаться со своей матерью не чаще, чем один раз в месяц.

Отвечая на вопрос о том, кто публикует различные слухи о Гульнаре Каримовой в интернете, Ислам ответил, что все известные аккаунты в Твиттере, выдающие себя то за Гульнару, то за ее детей и родственников, - фейковые, то есть поддельные, и верить им нельзя.

Повторим, полная версия интервью Ислама Каримова журналистам BBC появится в Сети завтра, 30-го ноября.

https://youtu.be/CA73ehFX1po
http://www.fergananews.com/news.php?id=25675
Чтобы прожить в Казахстане на 100 долларов в месяц, надо включить режим жёсткой экономии. О текущих расходах рядовых жителей Республики Казахстан на примере одной семьи - в очередном материале «Ферганы».

Каждый день 56-летний бывший механизатор Мурат-ага, живущий в небольшом посёлке Бельбулак, что находится под Алма-Атой, вне зависимости от погоды заводит свой старенький Audi 100 1987 года выпуска, прозванный в народе «Селёдкой». Впрочем, с таким обидным прозвищем своего автомобиля Мурат-ага категорически не согласен. Для него она однозначно - «Карлыгаш» («Ласточка»), которую надобно всячески холить и лелеять, поскольку кормит и поит она всю его семью. Ежедневно в 7 часов утра он едет в Большой город таксовать. «Нельзя по-другому. Если чуть позже приехать, всех утренних клиентов упущу. Останется надежда только на вечер. Больше 3 тысяч тенге (около $9 - прим.) уже вряд ли заработаю», - говорит Мурат-ага.

Один из 300 тысяч

В среднем за день Мурат-ака из одного конца города в другой делает от 3 до 5 ходок. По-другому не получается. Во-первых, клиентов, готовых заплатить минимум 500 тенге за одну поездку, ещё найти надо. Конкуренция жёсткая и со стороны нескольких частных таксопарков, и со стороны таких же оставшихся без работы жителей сёл и посёлков, расположенных близ Алма-Аты. Во-вторых, несмотря на относительную компактность южной столицы Казахстана и наличие хороших дорог, чтобы в утренние часы добраться из спальных районов до центра города, где находится большая часть бизнес-центров, банков и всевозможных магазинов, порой требуется до полутора часов. Официально почти в двухмиллионной южной столице Казахстана зарегистрировано свыше 530 тысяч автомобилей, к которым «Карлыгаш» Мурата-ага отношения не имеет. Вместе со своим видавшим виды немецким авто он пополняет армию еще 300 тысяч ежедневно въезжающих в Алма-Ату иногородних транспортных средств.

Понятно, что 100 долларов или 34 тысячи тенге по текущему биржевому курсу - деньги для Мурата-ага весьма приличные. Вместе с субботними и воскресными днями его ежедневные поездки в город в месяц в лучшем случае приносят 120-130 тысяч тенге ($353-382). Из них по 2 тысячи тенге в день в обязательном порядке уходит на бензин АИ-92, цены на который всё время растут. В августе литр «народной марки» топлива стоил 125 тенге ($0,36), в сентябре поднялся до 127 тенге ($0,37), а сегодня некоторые АЗС продают его за 140 тенге ($0,40). По любому 60 тысяч тенге или чуть более $176 уже долой. Ещё по 210 тенге в день уходит на так называемый обед, состоящий из сладкой булочки стоимостью в 90 тенге и стакана чая за 120 тенге. Немного, но в месяц это ещё минус 6300 тенге или $18. Соответственно, если у пожилой «Карлыгаш» что-нибудь не выйдет из строя, в свою семью Мурата-ага каждый месяц приносит примерно 63.700 тенге, что эквивалентно $187.

Без Гули никуда

Здесь уместно сказать несколько слов о семье бывшего механизатора. Вместе с Муратом-ага живёт его 54-летняя жена, которая уже много лет является безработной, а также 25-летняя дочь Гуля со своим 5-летним сыном. Гуля посменно работает медсестрой в одной из городских больниц Алма-Аты, ежемесячно получая на руки 50 тысяч тенге ($147). Как и Мурат-ага, его дочь тоже часто выезжает со своего посёлка в Большой Город, где в частном порядке оказывает услуги медсестры главным образом пожилым людям. За внутримышечную инъекцию она просит 2 тысячи тенге (приблизительно $6), за установку капельницы - 5 тысяч тенге. Поскольку постоянных клиентов у неё нет, дополнительный приработок приносит от 20 до 25 тысяч тенге в месяц, то есть от $59 до $73,5. Однако до общего бюджета семьи все эти деньги не доходят. Часть из них уходит на оплату за ежедневный проезд в общественном транспорте. Одна поездка в автобусе, троллейбусе и метро в Алма-Ате стоит одинаково - 80 тенге ($0,23). Но таких у Гули выходит минимум 4 в день. В месяц за минусом одного выходного дня набегает не меньше 8.320 тенге. «Это дорого. А когда в день на разных автобусах и по шесть, и по восемь раз приходится ездить, вообще никаких денег не напасёшься. Поэтому я покупаю проездной билет на месяц вперед за 7.200 тенге ($21)», - рассказала она «Фергане». Таким образом, вклад Гули в семейный бюджет составляет 67.500 тенге ($198,5). Всего же семья Мурата-ага в месяц имеет 131.200 тенге ($386) или по 33.800 тенге (чуть менее $97) на человека. На эти деньги надо оплатить коммунальные услуги, купить продукты и другие товары первой необходимости. При этом желательно, чтобы какая-то сумма осталась на другие расходы.

Коммуналка - дело серьёзное

Начнём с «коммуналки». В Республике Казахстан нет единых тарифов на воду, отопление, газоснабжение и электроэнергию. Дороже всего они в западных регионах страны, дешевле - в восточных и северных областях Казахстана. При этом для определения количества потребляемых коммунальных услуг в стране активно используются всевозможные индивидуальные приборы учёта. Поскольку Алма-Ата и Алма-атинская область относятся к числу наиболее дорогих регионов, бытовые счётчики газа, электроэнергии и различные водомеры там встречаются чаще всего. Соответственно, любые изменения своей тарифной политики поставщики коммунальных услуг сообщают в виде информации о новых ценах на киловатт/часы и кубометры.

В доме Мурата-ага счётчики тоже есть. Его семья считает, что бытовые приборы учёта позволяют хоть как-то экономить с трудом достающиеся деньги. Впрочем, на фоне растущих аппетитов «коммунальщиков», которые за неуплату своих услуг практически сразу отключают проштрафившегося потребителя от благ цивилизации, делать это становится всё труднее. Во всяком случае, как бы ни старались члены семьи Мурата-ага экономить, но в последнее время «коммуналка» стабильно отбирает до 20% доходов семьи. Больше всего денег уходит на отопление, электроэнергию. В частности, поскольку до их дома ещё не добралась газификация, топить приходится дровами и углём. В этом году зима в Алма-Ате наступила рано. Поэтому предполагается, что расходы на отопление дома в 60 квадратов утром и вечером вероятнее будут выше. Пока же в семье Мурата-ага исходят из обычного месячного расчёта в тонну угля за 12.000 тенге (чуть более $35) и дров в четверть кузова грузовика ЗиЛ-130 за 2.500 тенге (примерно $7,5).

Впрочем, покупка угля и дров - дело сезонное. Обычно они нужны с октября по апрель. Чего не скажешь о расходах на электроэнергию и воду. Каждый месяц семья Мурата-ага потребляет 348-350 кВт/час. По текущим тарифам первого уровня (в Алма-Ате и области их три), позволяющим одному человеку расходовать 90 кВт/час электроэнергии по 16,02 тенге ($0,05) за киловатт, это получается 5.575-5.607 тенге (чуть более $16). Вода же пока существенно дешевле: за регулярные 10 кубометров холодной воды в месяц семейный бюджет столь же регулярно худеет на 560 тенге ($1,64). Ещё 2 тысячи тенге в месяц уходит на оплату других услуг: вывоз мусора, работу местного дворника, сотовую связь, а также банковскую комиссию за оплату «коммуналки». Нельзя забывать и о регулярной раз в две недели заправке 27-литрового газового баллона, без которого процесс приготовления пищи весьма затруднён. Это ещё 3.600 тенге ($10,6), поскольку одна заправка стоит 1.800 тенге. Итого получается, что в зимний сезон за коммунальные услуги семья бывшего механизатора отдаёт 26.267 тенге, что эквивалентно $77.

Кстати, приблизительно столько же денег семья Мурата-ага отдавала бы за коммунальные услуги, если б жила в двухкомнатной квартире, скажем, одного из окраинных микрорайонов Алма-Аты. В этом случае при некотором снижении расходов на сезонное отопление средней стоимостью в 9.000 тысяч тенге ($26) за 60 квадратов общей площади, им за четверых членов семьи надо было бы платить за горячую воду в размере 6.106 тенге (почти $18), газоснабжение - 1.200 тенге ($3,5), а также около 600 тенге ($1,7) за водопровод и канализацию. Кроме того, им бы не удалось увернуться от осуществления выплат в недавно созданный по требованию властей обязательный накопительный фонд восстановления жилья, ежемесячный взнос в который колеблется в пределах до 2 тысяч тенге. В общем, хочешь - не хочешь, а грубо 26.000 тенге ($76) за «коммуналку» вынь, да положь.

Без еды и без одежды - не туды, и не сюды

Теоретически оставшихся даже в зимний сезон в бюджете семьи Мурата-ага 104.933 тенге или 308 долларов в месяц на четверых должно хватить и на продукты, и на одежду, и даже на какие-нибудь развлечения. Ведь получаемые в итоге 26.233 тенге ($77) на одного члена семьи всё-таки больше регулярно обновляемой министерством национальной экономики Казахстана величины прожиточного минимума, которая ныне установлена на уровне 23.588 тенге ($69,3). Но если честно, если даже у Мурата-ага и членов его семьи оставалось бы по $100 или 34.000 тенге на человека, они всё равно должны экономить. Дело в том, что значительная часть продовольственных товаров в Казахстане после проведённой в августе 2015 года масштабной девальвации тенге, когда курс доллара вырос со 185 до текущих 337-340 тенге, стала существенно дороже. Основных причин две. Первая - до 60 процентов продовольствия в стране имеет импортное происхождение. Вторая - местные компании для производства своих товаров используют оборудование, упаковку и компоненты, приобретаемые за твёрдую валюту за рубежом.

Наиболее «кусачими» являются цены на мясо. В розницу стоимость килограмма наиболее ходовой в Казахстане говядины начинается от 1.200 тенге ($3,5). И здесь следует учесть, что по такой цене и на базарах, и в гипермаркетах придётся брать кусок весом не меньше 3 кило, из которых около килограмма будет составлять «бесплатное приложение» в виде увесистой кости и обязательной кожи. Соответственно в среднем каждая такая покупка обходится грубо в 3.600-3.800 тенге, что эквивалентно $10,6 -$11,2. Среднестатистическая семья из 4 человек, как у Мурата-ага, покупает мясо раз в две недели, отдавая за него в пределах 7.500 тенге ($22). В две оставшиеся недели в стандартное меню входит курятина в виде «ножек Буша» по 900 тенге ($2,64) за килограмм, которых берут в пределах 3 килограмм, а также двух наполовину потрошёных тушек бройлерных «синих птиц», идущих по цене в 1.500-2.000 тенге за упаковку, в зависимости от веса и производителей.

К числу обязательных продуктов в семье Мурата-ага, как тысяч других подобных семей, относят также яйца (два десятка в месяц за 600 тенге или $1,8), подсолнечное масло (400-450 тенге или $1,1-$1,3 за литр), ежедневный хлеб по 80 тенге за буханку (2400 тенге или $7 в месяц), сливочное масло жирностью в 72,5% (1.700 тенге ($5) за килограмм), а также разливное молоко. Последний продукт из-за наличия в семье маленького ребёнка приходится брать особенно часто: двухлитровая банка раз в два дня по 200 тенге за литр (400 тенге или $1,1). Как ни крути, а в месяц выходит 6.000 тенге ($17,6). Покупать же молоко в магазине для экономно живущих семей - дороговато будет. Литровый пакет пастеризованного молока 2,5% жирности стоит не меньше 260 тенге.

Что касается продовольственных товаров длительного хранения, то их большинство казахстанских семей с низким и средним достатком предпочитают по возможности покупать мешками в период, когда на них устанавливаются «оптимальные» цены. Выгода очевидна. К примеру, в конце августа текущего года Мурат-ага купил 50-килограммовый мешок картофеля по цене в 70 тенге за килограмм. Покупка обошлась ему в 3,5 тысячи тенге или $10,3. В настоящий момент у них осталось меньше четверти мешка картошки, которой в лучшем случае хватит ещё на месяц. Дело в том, что расход картофеля в его семье составляет примерно 4 килограмма в неделю. Это значит, что скоро им придётся выделить в семейном бюджете отдельную графу на покупку картофеля. Не исключено, что она окажется достаточно затратной, поскольку уже сегодня средняя цена на картофель составляет 160 тенге за килограмм. И если она останется в текущей цене, то в месяц будет выходить 2.560 тенге или $7,5. «Очень надеюсь на 160 тенге за килограмм. Но не верю. Морозы рано начались и продавцы говорят, что картошка уже Новому году подорожает. Думаю, она будет все 200 тенге стоить, - вздыхает Мурат-ага. - Значит, придётся больше работать».

Такая же история и с рисом, которого в семье Мурата-ага, как практически в каждой казахстанской семье, потребляется в пределах 500 граммов на человека в месяц. По словам бывшего механизатора в июне ему удалось купить 25-килограммовый мешок риса сорта «Баракат» за 4.125 тенге ($12). То есть, по 165 тенге за килограмм. Теперь он сокрушается: мало купил. Мелкооптовая цена этого сорта риса ныне составляет уже 280 тенге ($0,8) за килограмм. И то, если брать минимум 5-килограмовый пакет. Расфасованный же рис, причём сорта «Ак маржан», дешевле, чем за 230 тенге ($0,67) за 700-граммовую упаковку, найти невозможно. Мурат-ага рассчитывает, что дороже рис не станет, хотя говорит об этом очень неуверенно. На днях в Казахстане подорожал бензин, значит, велика вероятность, что цены на основные товары и услуги попытаются взять новые высоты.

Собственно из-за подобных обстоятельств он «попал» с покупкой мешка сахара-песка. В августе его семья вроде как нашла необходимые деньги на приобретение 25-килограммового мешка сахара за 160 тенге ($0,47) за килограмм. А когда приехали к продавцу, оказалось - сахар стоил уже по 200 тенге ($0,58). Сегодня за него уже просят 250 тенге ($0,73). «Мы сахар стараемся экономить. Не больше килограмма в две недели. А вот репчатый лук и морковь нам нужны постоянно. Мы в этом году не смогли купить их мешками. Поэтому покупаем на базаре. Пока вроде цены держатся: лук по 80-100, морковка по 90-120. В среднем в месяц у нас уходит по 3 килограмма и того, и другого. Продавцы на базаре говорят, что скоро всё дороже станет, уговаривают больше купить. Купили бы, но лишних денег у нас нет», - рассказывает дочь Мурата-ага Гуля.

Помимо овощей каждый месяц Гуля должна для нужд семьи покупать две-три пачки лапши или макарон (160-180 тенге за упаковку), по килограмму муки и манки на развес по 80 и 100 тенге соответственно, 250-грамовую пачку чая (700-800 тенге), два куска 72-процентного хозяйственного мыла по 65 тенге, два средних кочана капусты по 200 тенге каждый, а также необходимые предметы гигиены. К последнему пункту расходов относятся зубная паста, упаковка из 5 штук туалетного мыла, одноразовые бритвы, туалетная бумага и предметы женской гигены, которые в общей сложности, по словам Гули, обходятся в пределах от 2000 до 2200 тенге. На рыбу, сыр, консервы, колбасу и кондитерские изделия в семье Мурата-ага стараются не смотреть. Всё это они относят к разряду роскоши, без которой можно и обойтись. Хотя изредка они всё же набираются смелости и покупают 400-грамовую упаковку пряников за 320 тенге, либо тенге на 200-300 недорогих конфет на радость 5-летнему сыну Гули.
Таблица стандартных расходов семьи Мурата-ага из 4 человек

Режим жёсткой экономии, где нет места слабостям в виде покупок манящих своим видом и ароматами яблок, мандаринов или апельсинов, после всех «стандартных расходов» позволит семье Мурата-ага в ноябре текущего года оставить на другие нужды 75.833 тенге, которые эквивалентны 223 долларам. Жить можно. Если только не учитывать несколько важных нюансов. Во-первых, людям свойственно болеть. Во-вторых, каждому не живущему в джунглях Амазонии или Африки человеку нужна одежда. В-третьих, в жизни любой семьи случаются непредвиденные расходы. Семья нашего бывшего сельскохозяйственного механизатора исключением из правил не является. К примеру, каждый месяц из её бюджета с относительной регулярностью изымаются пока до 10.000 тенге ($29) на различные лекарственные препараты, которые с начала 2016 года подорожали на 40 процентов и, похоже, на достигнутых высотах останавливаться не собираются. У супруги Мурата-ага проблемы с артериальным давлением, у него самого периодически пошаливает сердце. Не исключено, что тратить на лекарства придётся больше. В начале месяца простудился сын Акбопе, на лечение которого в соответствии с предписанием участкового врача ушло ещё 6.000 тенге ($17,6). Ещё 25.000 ($73,5) непредвиденно «исчезли» после поездки на местную барахолку, из которых 15.000 тенге ($44) ушло на новые ботинки для Мурата-ага, 7.500 ($22) - на сапожки для мальчика, а также 2.500 ($7,3) - на теплые носки и бельё для всех членов семьи. По иронии судьбы осталось 34.833 тенге, то есть чуть больше $100. Правда, далеко не факт, что они не будут потрачены.

С мольбами к небу

Кстати, у семьи Мурата-ага есть большое преимущество по сравнению с другими казахстанцами, имеющими сравнимые ежемесячные доходы. Они живут в собственном доме, находящемся в получасе езды на автомобиле от Алма-Аты, тогда как немало подобных им семей снимают жильё в аренду. Для информации: по данным портала krysha.kz аренда дома в населённых пунктах близ южной столицы Казахстана с удобствами во дворе начинается от 30.000 тенге ($88) в месяц, тогда как за небольшую квартиру в спальных районах Алма-Аты надо будет потратить не меньше 45.000 тенге ($132). Очевидно, что в этом случае денег, которые имеет семья Мурата-ага, уже будет не хватать.

Каждый день 56-летний самозанятый Мурат-ага, заводя свою старенькую «Карлыгаш», вздымает глаза к небу. Он молит всех существующих в мире богов не допустить выхода из строя его видавшего виды автомобиля и потери Гулиного рабочего места. Если его семья лишится хотя бы одного источника дохода, жить станет практически невозможно. О смерти же Мурат-ага старается не думать. Ведь пособие на похороны от государства составляет лишь 24.000 тенге ($70), тогда как цены за место на кладбище начинаются от 150.000 тенге ($441). Таких денег у семьи бывшего механизатора даже на горизонте не наблюдаются.

Анатолий Иванов-Вайскопф
http://www.fergananews.com/article.php?id=9178
Гражданка России Екатерина Сажнева прилетела в Узбекистан 27 ноября. Журналистка, работающая в «Московском комсомольце», уже неоднократно бывала в Узбекистане: завела друзей в Ташкенте и в Бухаре, была влюблена в эту страну, несколько лет назад делала в Наманганской области репортаж про знаменитого ветерана Камолжона Тургунова - последнего защитника сталинградского Дома Павлова.

В этот раз Екатерина находилась на территории Узбекистана в рамках личной поездки. На третий день ее задержали и через несколько часов депортировали на родину «за нарушение правил пребывания». Подробности о том, как это происходило, Екатерина рассказала в интервью главному редактору «Ферганы» Даниилу Кислову.

- Екатерина, здравствуйте! Поздравляю вас с тем, что вы пополнили список ранее высланных из Узбекистана...

- И с тем, что я больше никогда не смогу попасть в прекрасную демократическую страну Узбекистан, ведь меня депортировали, как мне сказали, на три года.

- Вам дали какую-нибудь бумажку?

- Нет, но мне поставили отметку в паспорте. Меня просили написать «признательные показания», я ответила отказом, требовала вызвать российского консула, но они никого не стали вызывать, составили какой-то протокол на узбекском языке. Но в принципе, не били, не ругались, вежливо разговаривали, куда-то увезли эти бумаги, потом сказали, что уже состоялся суд, сопроводили через вип-зал аэропорта в самолет и отправили в Москву. Я даже не знаю, за что меня выдворили из страны: я не делала ничего противозаконного. Как журналистка, я присутствовала в Москве на судах по депортации трудовых мигрантов из России в Узбекистан. Так там гастарбайтеров привозят в суд и они хотя бы расписываются в документах и так далее. Здесь ничего подобного не было.

- Расскажите, пожалуйста, поподробнее о том, что вы делали в Узбекистане и что произошло.

- Я приехала в Узбекистан по своим личным делам, но общаться с людьми мне никто не запрещал. Меня больше всего интересовали культурные вещи, духовные аспекты, русский мир, как живут люди... Я ездила в Сирию четыре раза во время войны, ездила в Америку, во Францию, в Прибалтику, везде свободно общалась, никто не мешал моей журналистской деятельности и не требовал аккредитацию. Я ведь не занимаюсь шпионажем - я просто разговариваю с людьми.

Когда я вчера встречалась с моими ташкентскими знакомыми, они сказали, что им кажется, что за нами следят. На выходе из одного большого супермаркета стояло двое мужчин в милицейской форме, которые заявили мне, что я нарушаю паспортный режим. Меня попросили пройти в машину, повезли куда-то, везли минут сорок точно. Куда меня, наконец, привезли - в отделение милиции или службы национальной безопасности - я так до сих пор и не знаю, меня попросту не поставили в известность.

У меня отобрали телефон. И я поняла, что за моими передвижениями они следили раньше, вели меня минимум два дня. В моем айфоне нет никаких соцсетей, а мне вдруг стали говорить, что именно у меня было опубликовано в соцсетях. Дело в том, что я очень люблю узбекские абрикосовые косточки. Днём ранее я их сфотографировала и написала в Фейсбуке, что вот, мол, в них содержится цианид, ну для пользы. А мне стали говорить, ну что же вы позорите наш Узбекистан? У вас там в Фейсбуке скорлупки от косточек, это значит, что вы негатив пишете! Это значит, что у нас даже целых абрикосовых косточек нет?

Я встречалась с одной русской женщиной. Мне сказали: вы были с ней в больнице, а посещать больницы в Узбекистане иностранным гражданам нельзя. Они не поверили, что я приехала по личным делам и всячески старались мне дать понять, что журналистам в Узбекистане нечего делать. У меня изъяли сим-карту, не дали позвонить родителям, а я хотела предупредить их, что прилечу раньше положенного срока. До конца полета и до приземления в Москве я не могла достать телефон, потому что они положили его в багаж. Они удалили из телефона все фотографии, причем даже такие мирные, как, например, фото русской церкви в Бухаре. Церковь эта интересна тем, что раньше в ее здании находился зал ожидания вокзала. Стёрли дворец эмира в Бухаре, минареты тоже стерли... Кому они могли помешать?

Потом меня сопроводили в аэропорт. Группа сопровождающих была - человек десять, столько мужчин оказывали мне столько внимания! Вели себя очень вежливо, только твердили, что я не вижу, какая прекрасная страна Узбекистан и поэтому не увижу его еще как минимум три года. Так что вот теперь три года я не поем абрикосовых косточек!..

- Мы попросим наших друзей из Узбекистана, чтобы вам каждый год в этот день привозили килограмм косточек.

- Спасибо большое! И спасибо узбекским спецслужбам, что отнеслись ко мне хорошо - не били и не обижали. Наверное, могло быть хуже.
http://www.fergananews.com/article.php?id=9179
Спецгруппа проверяющих из числа 200 сотрудников силовых структур, налоговой инспекции, минфина и других министерств Узбекистана проводит проверки в домах жителей Элликкалинского и Турткульского районов Республики Каракалпакстан. Как сообщил «Озодлику» (узбекская служба Радио «Свобода») сотрудник один из сотрудников местной государственной администрации, за прошедшие пять дней «гости из столицы» успели проверить 30 тысяч домов местных жителей, в некоторых из них были произведены обыски.

После смерти первого президента Узбекистана Ислама Каримова спецгруппа из числа сотрудников МВД и Службы национальной безопасности проводит по всей стране комплексную проверку паспортов. Проверяющих в основном интересуют местные жители, уехавшие на заработки и годами не возвращающиеся домой:
По словам одной из местных жительниц, чей дом также посетили проверяющие, трое ее сыновей находятся на заработках в России:

– Этих проверяющих вообще не интересует то, в каком сложном положении живут люди. У нас нет ни газа, ни света, ни бензина. Если они являются проверяющими Мирзиёева, то почему не изучают этот вопрос? Они ходили по домам обычных людей, но в дома спекулянтов бензина не заходили. Их интересуют только те, кто находится за пределами страны. Якобы все они являются террористами. А как живет обычный народ – это их не интересует. Трое моих сыновей уехали на заработки в Россию, потому что здесь нет работы. Если бы были рабочие места, они остались бы дома. Ведь эти проверяющие могли бы поинтересоваться тем, почему нет работы, почему люди живут так плохо, - пожаловалась она журналистам «Озодлика».

Как рассказал журналистам один из местных чиновников, который встречал и провожал группу проверяющих из столицы, расходы на питание и бензин для передвижения проверяющих на автомобилях оплатили местные предприниматели:

– Вначале их было 150 человек, затем дошло до 190 человек. Среди них были парни из Самарканда, Ташкента и даже местные из самого Каракалпакстана. Их штаб расположился в нашем колледже. Каждое утро был «развод», после чего они садились в машину и уезжали на проверку. Затем возвращались, обедали и снова уезжали. Хоким (глава администрации) поручил нам следить за их питанием и жильем. Мы все организовали на высшем уровне. В конце они поблагодарили нас, сказав: «Мы три месяца ездим с проверками, но таких условий нигде не видели», – сказал элликкалинский чиновник.

По некоторым сообщениям, спецгруппа из числа сотрудников силовых структур и различных министерств направляется в каждую область Узбекистана для проведения комплексной проверки. Группой руководит высокопоставленный чиновник из кабинета министров или одного из узбекских министерств. Группа проверяет в областях деятельность правоохранительных органов и все отрасли народного хозяйства. По окончании проверки ее результаты предоставляются лично премьер-министру и врио президента Узбекистана Шавкату Мирзиёеву.
http://www.fergananews.com/news.php?id=25676
Группа узбекских политэмигрантов создала 29 ноября на сайте Change.Org петицию с призывом к ряду стран Европы и США не возвращать правительству Узбекистана $850 млн, которые были заморожены на счетах фирм, фактически принадлежавших старшей дочери бывшего узбекского президента Гульнаре Каримовой.

Петиция «Вернуть народу активы, украденные коррумпированной правящей элитой Узбекистана» адресована правительствам Бельгии, Ирландии, Люксембурга, Нидерландов, Швейцарии, Швеции и США. Приводим полный текст обращения.

* * *

«Активы, нажитые правящей элитой Узбекистана в результате коррупционной схемы в телекоммуникационном секторе, должны быть конфискованы и возвращены жертвам коррупции.

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО УЗБЕКСКИХ АКТИВИСТОВ

Группа узбекских активистов в составе Надежды Атаевой, Умиды Ниязовой, Санжара Умарова, Ёдгора Обида, Алишера Таксанова, Исмаила Дададжанова, Довудхона Назарова, Алишера Абидова, Миррахмата Муминова, Дмитрия Тихонова и Улугбека Хайдарова обратилась к правительствам США, Швейцарии, Швеции, Нидерландов, Бельгии, Ирландии и Люксембурга с просьбой поддержать иск Департамента юстиции США по конфискации 850 миллионов долларов, нажитых коррумпированной верхушкой Узбекистана в результате коррупционной схемы в телекоммуникационном секторе. Активисты призывают эти правительства не возвращать данные активы правительству Узбекистана, которое несет ответственность за указанное преступление, а направить эти средства напрямую жертвам коррупции, коими является весь народ Узбекистана. Примером такой справедливой репатриации нечестно нажитых активов является Фонд Бота в Казахстане. Если правительство Узбекистана не согласится создать условия для работы подобного фонда, то указанные активы следует заморозить под доверительным управлением, подотчетным указанным правительствам и гражданскому обществу Узбекистана.

Ниже приводим краткую версию этого письма:

Мы, граждане Узбекистана, пишем вам, чтобы выразить свою надежду на то, что иски Департамента юстиции США No: 1:15-cv-05063 от 29 июня 2015 г. и No: 1:16-cv-01257-UA от 19 февраля 2016 г., возбужденные по конфискации активов в общем размере 850 миллионов долларов США, которые были получены в результате коррупционных сделок в телекоммуникационном секторе Узбекистана, будут доведены до успешного конца и что европейские государства, в банках которых заморожены указанные активы, поддержат эти иски и примут решение в интересах жертв коррупции. Подписавшие это письмо являются активистами гражданского общества Узбекистана, вынужденными покинуть родину из-за угрозы репрессий со стороны режима Каримова, но продолжающими участвовать в общественной жизни своей страны.

Мы призываем вас не возвращать эту сумму правительству Узбекистана, поскольку оно погрязло в системной коррупции, пронизывающей все государственные уровни и подрывающей независимость и неподкупность исполнительной, законодательной и судебной ветвей власти. После смерти Ислама Каримова новые власти пообещали реформировать судебную систему и принять антикоррупционное законодательство, однако мы должны убедиться в том, что слова не будут расходиться с делом. И при правлении Каримова было принято немало хороших законов, был подписан и ратифицирован ряд международных конвенций по защите прав человека, а также против коррупции. Но на практике ничего из этого не исполнялось - ни собственные законы, ни международные обязательства, которые правительство Узбекистана приняло на себя.

Мы считаем, что указанная сумма должна быть направлена на возмещение ущерба народу Узбекистана, являющемуся истинной жертвой государственной коррупции. Ввиду маловероятности того, что в ближайшее время узбекское правительство согласится на независимое от него расходование этих активов, мы предлагаем временно заморозить их в транспарентном фонде под доверительным международным управлением (trust), подотчетном ключевым заинтересованным сторонам, включая гражданское общество.

Приглашаем всех тех, кто хочет добиться справедливости для жертв коррупции, присоединиться к этой инициативе и поставить свои подписи под петицией.

Эта петиция будет доставлена правительствам Бельгии, Ирландии, Люксембурга, Нидерландов, Швейцарии, Швеции и США».

* * *

Напомним, с осени 2012 года прокуратуры Швейцарии, Нидерландов, США, Швеции ведут расследования сомнительных сделок на телекоммуникационном рынке, связанных с именем Гульнары Каримовой. По данным Центра по исследованию коррупции и организованной преступности (Organized Crime and Corruption Reporting Project, OCCRP), коррупционные схемы Каримова использовала в контактах, по меньшей мере, с шестью телекоммуникационными компаниями. Тем, кто согласился на ее условия, она помогла получить лицензии для работы в Узбекистане, тех, кто отказался, раздавила, среди последних были три американские компании.

В августе 2015 года сообщалось, что США обратились к Ирландии, Бельгии, Люксембургу, Швеции и Швейцарии с просьбой арестовать активы на общую сумму $1 млрд в рамках расследования сомнительных сделок на телекоммуникационном рынке Узбекистана с участием Vimpelcom, MTS и TeliaSonera. В январе 2016 года стало известно, что глава узбекского Минюста Музраф Икрамов направил Эндрю Картеру письмо, в котором заявил о намерении Узбекистана получить деньги, замороженные в рамках связанного с Каримовой дела. В апреле Министерство юстиции США конкретно и открыто назвало старшую дочь узбекского Ислама Каримова подозреваемой в получении взяток и отмывании средств. В мае Федеральный суд Южного округа Нью-Йорка приостановил до 31 июля дела, связанные с Каримовой, по просьбе Вашингтона и Ташкента, которые заявили о намерении внесудебно договориться о судьбе замороженных в рамках расследования коррупционных схем сотен миллионов долларов. Попытка не увенчалась успехом, и суд дал сторонам ещё три месяца на урегулирование вопроса, а в начале ноября снова перенес дату заключения договора между США и Узбекистаном, велев сторонам уладить вопрос до конца января 2017 года. По сведениям RFE-RL, американские чиновники готовы вернуть эти деньги в Узбекистан, но их останавливают опасения относительно того, кто получит деньги, как они будут освоены и какого рода надзор будет установлен над расходованием этих средств.


Бывший узбекский предприниматель и политзаключенный Санжар Умаров, вышедший в 2009 году из тюрьмы и ныне живущий в США, уповает на то, что администрация нового американского президента станет активнее бороться с коррупцией в Узбекистане в рамках «Инициативы по возвращению активов клептократии» («Kleptocracy Asset Recovery Initiative»). 29 ноября 2016 года в газете «Вашингтон пост» вышла его статья, посвященная судьбе «денег Гульнары Каримовой». «Kleptocracy Asset Recovery Initiative» инициатива была создана в США в 2010 году для обуздания коррупции на государственном уровне по всему миру. Возглавляет инициативу команда прокуроров Департамента юстиции США, которые работают в тандеме с ФБР и другими федеральными правоохранительными органами. Данная миссия состоит в том, чтобы изъять доходы от коррупции, полученные иностранными должностными лицами, и в случае необходимости, использовать изъятые активы с пользой для людей, которым эта коррупция нанесла ущерб.

Подробнее - в материалах рубрик «Гульнара Каримова» и «Teliasonera». Также важная статья по теме: «Вашингтон и Санжар Умаров хотят разобраться с деньгами узбекской клептократии».
http://www.fergananews.com/news.php?id=25677
Пограничные войска Госкомитета национальной безопасности Таджикистана опровергли заявление Погранслужбы Кыргызстана о том, что утром 28 ноября таджикские военнослужащие произвели на несогласованном участке границы в селе Самаркандык (Самаркандек) три предупредительных выстрела в воздух, не имея на то никаких оснований.

Как заявил «Азии-плюс» пресс-секретарь таджикских погранвойск Мухаммад Улугходжаев, информация киргизских коллег не соответствует действительности.

«28 ноября в 07:20 часов утра местного времени пограничный наряд Таджикистана, находясь на своей территории, выполняя свои функциональные задачи по охране линии госграницы, заметил, как наряд государственной пограничной службы Киргизской Республики на окраине кишлака Мин-Орук сельской управы Самаркандык Баткенского района Баткенской области остановил автомашину на своей территории. Автомашина была с киргизскими номерами. По непонятным причинам между водителем и пограничниками произошла ссора, и автомашина двинулась вглубь территории Кыргызстана. Военнослужащие пограничной службы Киргизской Республики произвели 16 выстрелов в воздух», - сообщил Улугходжаев.

По его словам, в ответ на действия киргизских пограничников таджикские произвели три предупредительных выстрела в воздух. В ходе инцидента никто не пострадал.

В настоящее время обстановка на кыргызско-таджикском участке государственной границы стабильная.
http://www.fergananews.com/news.php?id=25678
В Дашогузском велаяте (области) Туркменистана на полках государственных магазинов кроме семечек и жвачек ничего нет, сахар и растительное масло продают по записи в порядке очереди – трём-четырём человекам в день, сообщает «Азатлык» (туркменская служба Радио Свобода).

Как рассказала жительница Куняургенчского дайханского объединения «Ватан» Бике-дайза, она записалась в очередь за сахаром и маслом 35 дней назад, но до сих пор не может их купить.

«На всю семью больше пяти литров масла и килограмма сахара не отпускают. Вместе с этими продуктами заставляют покупать газированную воду», - сообщила Бике-дайза.

По данным «Азатлыка», в государственных магазинах один килограмм сахара стоит два маната, а пять литров растительного масла - 15 манатов. В частных магазинах они продаются свободно, но стоимость их ваыше в несколько раз: килограмм сахара - 9 манатов, пятилитровая бутыль подсолнечного масла – 55. Большая часть населения не может себе позволить приобретать продукты по таким ценам.

Обострению дефицита доступных по стоимости продуктов способствовал запрет продажи долларов США населению, введённый в январе 2016 года. В результате курса доллара на «черном рынке» взлетел с 3,50 до 7 манатов, а ввозимые в Туркменистан продукты и производимые в стране сахар, масло, мука и некоторые другие товары стали очень дефицитными, поясняет «Азатлык».

Как отмечает «Гундогар», в Туркменистане нормированная продажа, ажиотаж, огромные очереди стали обычным и повсеместно распространенным явлением. По данным Госкомстата страны, с начала 2016 года хлеб из местной муки «официально» подорожал в среднем на 3,5 процента, российская развесная мука — на 34,3 процента, ташаузский рис — на 9,9 процента, иранские макароны — на 20,9 процента, азербайджанский сахарный песок — на 38,2 процента, гречка — на 49,9 процента, кефир — на 9,5 процента и так далее.

Заметно, что многие продукты в Туркменистане имеют иностранное происхождение — мясо, масло, сахар, сыр, йогурт, молоко сгущенное, мука, крупы, макаронные изделия, овощи, фрукты. Местных либо нет, либо низкого качества.

Автор материала на сайте «Гундогар» заметил интересный момент: из статистических сборников туркменского Госкомстата исчезли многие виды продовольственных и промышленных товаров. «Так, в самый «расцвет» правления Гурбангулы Бердымухамедова, когда ВВП страны равнялся двухзначной цифре, статистический ежегодник 2012 года состоял из 940 страниц и содержал перечень цен на почти 13 тысяч наименований товаров, - напоминает автор. - Сегодня аналогичный сборник состоит из 32 страниц и перечисляет чуть более 500 наименований. Мифическим образом из статистики испарились более 12 тысяч видов товаров. Если раньше указывалось, к примеру, 19 видов колбас, 15 видов сливочного масла и 13 сортов сыра, то теперь сливочного масла осталось два вида, а остальных продуктов и вовсе по одному».

Напомним, что минимальный размер оплаты труда в Туркменистане составляет 590 манатов. С 1 января 2017 года его увеличат до 650 манатов.
http://www.fergananews.com/news.php?id=25679
Авиакомпания «Ямал» начнет выполнять регулярные рейсы из нового подмосковного аэропорта Жуковский в Узбекистан, Таджикистан и Казахстан в декабре 2016 года, передает ТАСС со ссылкой на генерального директора авиакомпании Василия Крюка.

По словам гендиректора, сейчас проходит последний этап согласований. «С полетами в страны ближнего зарубежья сложилась непростая ситуация. Таджикистан, к примеру, не отказывался от новых направлений, но действовал по- восточному: часть перевозок пытались под административным давлением перераспределить на определенную фирму. Сложилась такая скрытая форма вымогательства, вмешалась Росавиация. Благодаря ее твердой позиции в декабре «Ямал» совершит первые рейсы в Душанбе из Жуковского», – сказал он.

Ранее власти Таджикистана отказывались принимать рейсы российских компаний из аэропорта Жуковский, так как причисляют его к аэропорту Московского авиаузла (МАУ), в то время как, по законодательству России, Жуковский причислен к Раменскому авиаузлу Московской области. Спустя несколько дней Россия и Таджикистан договорились продолжать развивать авиасообщение между двумя странами в полном объеме.

Авиакомпания «Ямал» осуществляет пассажирские перевозки более чем по 60 направлениям на территории России и по 14 – в ближнем и дальнем зарубежье. Парк воздушных судов компании состоит из Airbus A-320 и A-321, СRJ-200, Boeing-737, L-410, CL-600 и Sukhoi SuperJet-100.
http://www.fergananews.com/news.php?id=25680
Первый рейс по маршруту Душанбе-Ташкент состоится уже в январе 2017 года. Об этом заявил начальник Управления гражданской авиации Минтранспорта Таджикистана Юсуф Рахмон. Соответствующий протокол подписали сегодня, 30 ноября, в Душанбе авиационные власти Таджикистана и Узбекистана, передает «Озодагон».

С таджикской стороны полеты будет осуществлять авиакомпания «Сомон Эйр», с узбекской – «Узбекистон хаво йуллари». «Полеты будут осуществляться дважды в неделю по маршруту Душанбе-Ташкент-Душанбе. По этому маршруту будут проводиться перевозки транзитных пассажиров и людей, которые хотят поехать в Узбекистан. Ожидается, что в будущем будет осуществляться транспортировка грузов, так как этот пункт также включен в протокол», - сказал Юсуф Рахмон.

Пресс-секретарь международного аэропорта Душанбе Джамиля Хусейнова сообщила журналистам, что узбекская делегация посетила аэропорт, ознакомились с обслуживанием и возможностями приема различных воздушных судов в авиагавани таджикской столицы.

Напомним, в советские времена авиарейсы между Ташкентом и Душанбе совершались по несколько раз в день, кроме того, действовали маршруты, связывающие другие города Узбекистана и Таджикистана. Авиасообщение между двумя странами было прервано в 1992 году – сразу после начала гражданского противостояния в Таджикистане. Спустя восемь лет стороны договорились о возобновлении полетов, однако дело ограничилось пробным рейсом «Душанбе-Ташкент». Следующий анонс был сделан в 2009 году: тогда заявлялось, что договоренность о восстановлении сообщения была достигнута по итогам переговоров в Ташкенте между национальными авиакомпаниями двух стран. Попытки возобновить переговоры таджикской стороной предпринимались и в последующие годы, однако до сих пор вопрос о возобновлении воздушного сообщения между Ташкентом и Душанбе оставался нерешенным.
http://www.fergananews.com/news.php?id=25681
Зоопарк в городе Караколе Иссык-кульской области Кыргызстана хотя и носит статус частного, далеко не коммерческий проект: его директору Салтанат Сеитовой приходится тратить немало сил на поиск финансов для содержания питомцев. Сейчас зоопарк содержится за счет средств золотодобывающей компании «Кумтор», Союза охраны природы Германии (NABU) и Государственного агентства по охране окружающей среды и лесного хозяйства (ГАООСЛХ). Вот с главой последнего, который, казалось бы, больше иностранцев должен быть заинтересован в том, чтобы наши животные, в числе которых есть и краснокнижные особи, были сыты, у Сеитовой и возникли проблемы: еще летом Абдыкалык Рустамов запретил выделять финансы на приобретение кормов для животных зоопарка «до особого указания». В отношении ослушавшихся было обещано принять меры дисциплинарного воздействия вплоть до увольнения. Плюс ко всему Госагентство предъявило иск «Кумтору», в результате чего счета, с которых зоопарку поступали еще и спонсорские средства, были заморожены.

Варенье для макак

Суть предъявляемых Сеитовой претензий, основываясь на комментариях Рустамова в СМИ, можно изложить знаменитой мультяшной фразой: «Это всё потому, что кто-то слишком много ест» — то ли животные, то ли Сеитова, непонятно. Рассказывая журналистам о том, почему он распорядился приостановить финансирование, Рустамов скрупулезно подсчитал деньги, перечисляемые зоопарку и «Кумтором» (причем приплюсовал туда и прошлогоднюю, и позапрошлогоднюю суммы), и NABU, и Госагентством — хотел, видимо, впечатлить общественность невозможно огромными цифрами: куда, дескать, девается такая прорва денег? У золотодобытчиков и NABU замечаний по расходованию средств к Сеитовой нет, поэтому иностранные деньги считать мы не будем. Тем более что кумторовские средства расходуются не на кормежку животных, а на благоустройство зоопарка. На текущий год ГАООСЛХ выделило зоопарку 4,5 млн сомов (более $65 тысяч, $1 равен сегодня 69,15 сома. Не дождавшись последнего транша в полмиллиона сомов, Сеитова и обратилась за помощью в СМИ). Много это или мало? Животных кормят, стараясь придерживаться норм, утверждённых в «Книге рационов животных московского зоопарка», которая стала настольной и для сотрудников каракольского зоопарка. Согласно этим нормам, одному только льву в день требуется 10 килограммов мяса, каждой рыси (в зоопарке их четыре) и волку (11 голов) - по 3 килограмма, медведю - 5 килограммов.

- Мясо мы покупаем на скотобойне, иногда его привозят местные жители (корова, к примеру, в овраг упала, сломала шею), берем подешевле, — рассказала «Фергане» Салтанат Сеитова. - Дорогое мясо, с базара, приобретаем только для двух японских макак.

Кстати, для многих наверняка будет открытием тот факт, что японским макакам в зоопарке в обязательном порядке также положены мед, варенье, сливочное масло, яйца, а еще орехи, морковь, свекла, творог, молоко, тыква, огурцы, помидоры и много чего другого.

— Лошадей Пржевальского, пятнистых оленей, лам, козерогов тоже не накормишь просто сеном и зерном, — продолжает Сеитова. — Им нужны морковь, капуста, яблоки, мел, мясокостная мука, глюкоза, особенно в зимний период.

Со старейшей обитательницей зоопарка – 23-летней медведицей Дашей - нам встретиться не удалось: залегла в спячку. Это свидетельствует о том, что перед зимовкой косолапую отлично «откормили». В ее меню тоже не абы что, а каши ведрами, сваренные на основе компота из сухофруктов, мясо, зелень, фрукты, мед. Положены Дарье и рыба, и кукуруза в початках, и тыква с кабачками, и огурцы с помидорами.

В целом на прокорм Даши в период бодрствования уходит свыше 20 тысяч сомов ежемесячно, те же макаки «съедают» примерно 11 тысяч сомов, волки – свыше 10 тысяч сомов, лев – 15 тысяч сомов, дикобразы – 13 тысяч сомов и так далее. А всего в зоопарке живут 35 видов животных (около двухсот голов).

— В прошлом году на кормление животных было потрачено 6,8 млн сомов, — говорит Сеитова. — В этом году мы уже израсходовали 5,5 млн сомов. А еще надо платить зарплату сотрудникам, которых у меня 16, оплачивать коммунальные расходы и налоги.

-Страшнее зверя

Тот факт, что каракольский зоопарк, в числе прочих, выполняет и функции реабилитационного центра, для главы природоохранного ведомства, по всей видимости, новость. Рустамов считает, что Сеитова «откуда-то завозит животных». Но подавляющее большинство из них не откуда-то, а здешние, пострадавшие от рук человека.


— Одну из рысей таможенники аэропорта «Манас» изъяли у пассажира, пытавшегося вывезти её за границу, — вспоминает Сеитова. — Сначала рысёнка выпустили на волю в Ала-Арчинском ущелье, хотя делать это было нельзя: если с маленького возраста дикое животное находится с человеком, оно уже не сможет адаптироваться в дикой природе. Через неделю стало известно, что голодная рысь забрела на мусорку турбазы и стала питаться там объедками. Сотрудники турбазы начали ее подкармливать. Она могла бы и дальше там побираться, но туда же приезжают отдыхающие — взрослых она бы, возможно, опасалась, а вот детей воспринимала бы как объект охоты. Впрочем, взрослый человек тоже успел пострадать: однажды одна из сотрудниц вынесла ей кость с мясом и рысь неожиданно прыгнула на девушку, располосовав ей руку. Хорошо, сухожилия не задела. Три дня мы караулили кошку на территории турбазы, а когда она появилась, заманили в клетку, положив внутрь приманку, и доставили в зоопарк.

Другая рысь, Кити, была изъята у англичанки, занимавшейся в Джалал-Абаде заготовкой орехового капа. Дама утверждала, что нашла дикую кошку совсем маленькой, но, как полагает Сеитова, история у рысёнка была другой: скорее всего, его мать убили браконьеры, а детёныша продали иностранке по выгодной цене. Кити была совершенно домашней, как обычная кошка терлась о ноги, правда, не любила, когда ее гладили. Умерла она уже в зоопарке от старости.

— Еще одного рысёнка принес иссык-кульский фермер: детёныш забрался в курятник и передушил 80 кур, — рассказывает Сеитова. — Мужчина пришел к нам с курами в мешке и с рысёнком и сказал: «Забирайте, или я его убью!» Рысёнка мы, конечно, взяли, а NABU возместил фермеру нанесённый кошкой ущерб. Буквально в прошлом году к воротам зоопарка подбросили в коробках двух рысят и манула. Манулы, кстати, отличаются тем, что практически не приручаются, даже если выкормлены с соски. Это очень капризная в содержании кошка. Так что после реабилитации мы выпустили его на волю.

Волчат, по словам директора зоопарка, им также пачками ежегодно приносят охотники. Но зоопарк не может принимать их в таком количестве. «Приходится отказывать. Сердце болит, конечно, потому что участь их печальна – чаще всего их продают притравочникам, которые натравливают на них тайганов», — говорит Сеитова.


Птиц в огромном количестве приносят горе-фотографы с иссык-кульских пляжей: летом фотографируют туристов вместе с пернатыми, а осенью предлагают сотрудникам зоопарка забрать их: неохота кормить птицу, на которой зимой не заработаешь.

— У этих людей хватает наглости приходить к нам следующим летом и требовать пернатых обратно! — возмущается Салтанат.

Один из козерогов попал в зоопарк также из Джалал-Абада: детёныша попросил забрать местный житель, у которого тот жил вместе с овцами. Маленького козерога вылечили и выкормили детскими смесями. Другой козерог был конфискован на скотном рынке. Степного орла со сломанным крылом и верёвкой на шее в зоопарк привёз человек, подобравший птицу на трассе.

Таких историй Сеитова может рассказать много — все не переслушаешь. А вот лев Симба, к которому Рустамов, по всей видимости, испытывает особую неприязнь, действительно привезен «откуда-то» — из Дагестана. Но это дело рук не Сеитовой, которую Рустамов обвинил в незаконном ввозе животного в страну. Льва ввезли в Кыргызстан (законно или незаконно, за этим, должен следить как раз ГАООСЛХ) непонятно для чего люди, которые позже поняли, что содержать его не смогут. Они попытались пристроить льва в бишкекский цирк, но не удалось, затем обратились за помощью к руководству зоопарка.

— Все документы на льва у меня есть, — говорит Сеитова. — Я не скрывала, что взяла царя зверей в зоопарк, и ждала, что ГАООСЛХ инициирует проверку, но ничего подобного не произошло.


Зачем зоопарку лев или, скажем, японские макаки, которые были получены по обмену с другими зоопарками? «Нам надо развиваться, поэтому небольшое количество экзотов у нас должно быть: местные жители не пойдут в зоопарк ради волков или лис, им интереснее понаблюдать за жизнью заморских животных, а вот иностранцы посещают зоопарк, чтобы не на льва посмотреть, а познакомиться с представителями местной фауны», — говорит Сеитова.

В этом году Общественный фонд «Бугу-эне», на балансе которого и находится зоопарк, был принят в члены Евроазиатской региональной ассоциации зоопарков и аквариумов (ЕАРАЗА). Ассоциация координирует систему межзоопарковских связей в деле сохранения и разведения диких животных. Членство в ассоциации дает большие возможности в плане развития, о котором мечтает директор зоопарка. «Теперь мы можем обмениваться опытом и информацией о содержании и разведении диких зверей с зоопарками других стран, посещать обучающие семинары для повышения квалификации, обмениваться животными, — говорит Сеитова. — Осенью мы участвовали в практическом семинаре по программе ZIMS (система управления зоологической информацией), проходившем в Алма-атинском зоопарке. ZIMS – это программное обеспечение, используемое в режиме онлайн членами международной некоммерческой организации Species 360, которой пользуются свыше 1000 зоопарков в 89 странах».

Было бы желание

Местные чиновники, как и столичные, не рвутся помогать животным, хотя все официальные делегации, приезжающие в областной центр, посещают зоопарк бесплатно (видимо, стоимость взрослого билета в 70 сомов, меньше одного доллара, кажется им неподъёмной).

— Город раньше назывался Пржевальск, у нас есть музей Пржевальского, а в зоопарке — лошади Пржевальского. Вид занесен в Красную книгу и сохранился-то благодаря зоопаркам, — говорит Сеитова. — Мэрия могла бы сделать хороший жест, взяв на себя хотя бы содержание лошадей. А на данный момент их опекает NABU. На его же деньги содержатся белокоготный бурый медведь, беркуты, степной орел, четыре рыси. В общем, все наши эндемики обеспечиваются на иностранные деньги.
Мэр города Данияр Арпачиев на вопрос «Ферганы», может ли муниципалитет взять под свой патронаж лошадей Пржевальского, ответил: «Мы можем не только лошадей взять, надо просто поискать спонсоров». Если это так просто, за чем же дело стало?

— В любом случае животные не должны остаться без питания, потому что зоопарк - единственный в республике, а Каракол развивается сейчас как туристический центр, и зоопарк актуален в деле привлечения туристов, — заявил Данияр Карагулович. — Мы будем лоббировать интересы нашего зоопарка в столице.

С мэром согласен и спикер городского кенеша (совета) Эрлан Айсаракунов: «Мы заинтересованы в том, чтобы финансирование зоопарка не срывалось. Чем можем, совместно с мэрией будем помогать. Сейчас бюджет города растет, можем рассмотреть эту статью расходов в бюджете на 2017 год, софинансирование сделать. Ждем предложений от директора зоопарка».

Оказывается, можно взять и решить все проблемы. Непонятно только, почему для этого нужно доводить ситуацию до точки кипения: пока СМИ не начинают пестреть заголовками типа «животным в зоопарке грозит голод», чиновники не чешутся.


На прошлой неделе пресс-релиз с разъяснением сложившейся ситуации распространило и природоохранное ведомство. Если коротко, то из него следует, что вина Сеитовой состоит в том, что она вовремя не сдала отчет по расходованию перечисленных ранее 4 млн сомов (остаток средств в сумме 500 тысяч сомов обещают все же отдать). Однако, по словам директора зоопарка, в договоре сроки сдачи отчетности не оговорены, обычно это делается в конце года, так что никаких нарушений с её стороны нет.

Корреспондент «Ферганы» настоятельно просила Абдыкалыка Рустамова о встрече или разговоре по телефону. Список вопросов был составлен и отправлен главе ведомства еще на прошлой неделе. Но времени у чиновника так и не нашлось. «Фергане» известно, что в минувшую субботу Рустамов со свитой лично побывал в зоопарке и, по словам Сеитовой, вынужден был признать, что выделяемые зоопарку средства расходуются по назначению — животные сыты.

Остается добавить, что сегодня Каракольский зоопарк, как и многие другие, выполняет не только образовательную и воспитательную функции, но и служит сохранению редких и исчезающих видов животных (ту же лошадь Пржевальского уже не встретишь в дикой природе). Поэтому думать о его содержании и развитии должна не только Сеитова, но и чиновники от природоохраны.

Елена Агеева, фото автора
http://www.fergananews.com/article.php?id=9180

Tags

Реклама




Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner