?

Log in

No account? Create an account

September 28th, 2016

Приговор руководителю Председателю правления Союза журналистов Казахстана Сейтказы Матаеву будет вынесен 3 октября. Вместе с Сейтказы на скамье подсудимых находится и его сын - Асет Матаев, генеральный директор агентства КазТАГ. Обоих обвиняют в хищениях и уклонении от уплаты налогов. Сегодня, 27 сентября, выступая в суде, прокурор попросил приговорить Сейтказы Матаева к шести годам и восьми месяцам заключения в колонии общего режима, а Асета Матаева - к шести годам заключения с конфискацией имущества и лишением права заниматься предпринимательской деятельностью в течение трех лет. Матаевы неоднократно отвергали все обвинения, называя дело в отношении них «рейдерством».

На сегодняшнем судебном заседании Сейтказы Матаев выступил с последним словом, в котором поименно назвал заказчиков травли его семьи (полный текст см. ниже).

О преследовании отца и сына Матаевых «Фергана» писала тут:
31 августа: - Супруга Сейтказы Матаева призвала Генпрокурора страны не допустить гибели мужа
23 августа: - Суд по делу Сейтказы Матаева завершился госпитализацией подсудимого
25 мая: - С.Матаева обвиняют теперь в «злоупотреблении доверием с использованием служебного положения»
10 марта: - Европарламент призывает власти Казахстана остановить преследование журналистов
29 февраля: - Сейтказы Матаев в больнице, правозащитники обращаются к генпрокурору
24 февраля: - Сейтказы Матаев помещен под домашний арест
23 февраля: - Кто такой Матаев и почему он задержан? Комментарии экспертов, правозащитников и политиков
22 февраля: - Задержан и обвинён в хищении государственных средств.
Речь Матаева. Последнее слово

«Почти 9 месяцев финпол, прокуратура и суды оказывают беспрецедентное давление на журналистскую семью Матаевых.

13 января 2016 года одновременно началось преследование со стороны властей. Вначале нас обвинили в хищении бюджетных средств в размере 300 миллионов тенге. Затем эта цифра увеличилась до 450 млн тенге. Потом она выросла до 680 миллионов тенге, якобы в результате получения прибыли в размере 1,5 млрд тенге.

С 1996 года по 2016 год ни тиынки Нацпрессклуб не получал. Вы знаете, что все средства идут только через Комитет казначейства. Все об этом знают, но молчат.
Эти суммы во время следствия объявляли на всю страну руководитель антикоррупционной службы Алматы Утеев и заместитель председателя нацбюро Татубаев, обвинив нашу семью в совершении особо тяжких преступлений.

Без суда и следствия.

Весь январь и февраль они требовали одного - пойти на сделку со следствием в обмен на освобождение от уголовной ответственности, но наша семья отвергла все эти предложения, потому как мы посчитали, что сделка со следствием - это сделка с совестью.

Финпол торопился, чтобы закончить дело до начала парламентских выборов. Мы отказались, и тогда давление началось со стороны Администрации президента.
Я несколько раз встречался с Нигматулиным в присутствии главного финполовца Кожамжарова.

Нигматулин выставил мне ультиматум: признать вину и пойти на сделку со следствием, подписать заявление по 65 статье; возместить якобы нанесенный ущерб в 600 миллионов тенге и провести брифинг для прессы, где я должен был признать полностью свою вину.

Я отверг ультиматум, заявив, что это значит подписать не только себе приговор, но и всей казахстанской журналистике, поставить под удар все журналистское сообщество и поставить крест на независимой журналистике.

Тогда инициаторы моего преследования пошли на крайний шаг, задержав меня и поместив в изолятор временного содержания.

После этого допросы продолжались по 17 часов в день. На мою защиту встала пресса, в основном зарубежная, за что я очень благодарен.

В Алматы срочно прилетел испуганный зампред нацбюро Татубаев. Этого они не ожидали и слезно просили прекратить публикации в прессе. Я отказался, потому как это было бы профессиональное вмешательство в деятельность моих коллег и самая настоящая цензура, которая запрещена Конституцией.

Чтобы ограничить мое общение с родными меня, а затем и моего сына взяли под арест. Со мной случился гипертонический криз и я остался без квалифицированной медицинской помощи. Прокуратура и суда намерено ухудшали мое здоровье.

Был случай, когда следователь Таубалды ворвался ко мне домой и запретил работающей скорой помощи экстренную госпитализацию в кардиологический центр, куда за последние девять месяцев меня доставляли несколько раз и там не давали возможности лечиться, требовали срочной выписки, оказывали давление на врачей.

Мне предстояло пройти 2 серьезные операции, что подтвердила судебно-медицинская экспертиза, которая была проведена по инициативе финансовой полиции.

Но на мое лечение наложила табу антикоррупционная служба.

Мне не давали возможность лечиться, требуя срочной выписки и оказывая давление на врачей. Выписка была проведена по инициативе финансовой полиции. Но на это лечение наложило табу и в квалифицированной помощи отказал и председательствующий судья Акболат Курмантаев, сославшись, что нет оснований.

Представители ОБСЕ назвали его решение пыткой, которая по конвенции ООН строго запрещена. В том числе и в Казахстане.

По уголовному делу было опрошено порядка 300 свидетелей и только чиновники под давлением следствия дали противоречивые показания. Это экс-руководители Комитета информации Берсебаев, Кальянбеков, Арпабаев, Казангап и Байбосынов, а также менеджер «Казахтелекома» Маханбетажиев.

Кальянбекова вывели из игры, мотивируя тем, что он болен. Он по прежнему, как мы узнали, ходит на работу и причина здесь в другом.

Сейчас он является руководителем департамента информационного обеспечения Верховного суда. Все обвинения против нас построены на их показаниях, по которым они пошли на сделку со следствием, но я считаю, что они пошли на сделку со своей совестью, они оговорили меня с сыном, они оговорили своих коллег, спасая свои шкуры. Они предатели и они поставили крест на своей репутации.

Пусть об этом знает весь Казахстан.

Теперь о преследовании меня и моего сына. Среди них (преследователей) сотрудники финпола, налогового департамента, следственные прокуроры и следственные судьи. Особенное рвение проявил финполовец Таубалды, прокурор Баташбаев, Ширалиев, Куракпаев и Абаев, судья Кунчаев и судья Курмантаев. Всего в их списке около 120 чиновников, которых своеобразно можно назвать списком Матаевых.

Среди них есть инициаторы преследования журналисткой семьи. Это бывший руководитель администрации президента Нигматулин, один из руководителей Нацбюро по противодействию коррупции Татубаев, полуолигарх и полумедиа-магнат Клебанов, в свое время получивший израильское гражданство.

Мы не раз об этом открыто писали.

С их подачи началось уголовное преследование моей семьи, с их подачи разрушено здание пресс-клуба в Алматы, с их подачи парализована деятельность Союза журналистов Казахстана, с их подачи арестовано наше имущество, с их подачи мы с сыном содержимся под арестом длительное время.

В чем заключаются мотивы уголовного преследования семьи Матаевых?

Это ограничение профессиональной деятельсноти, противодействие защите свободы слова в Казахстане и гражданской активности журналистов. Инициаторы преследования прямо об этом заявить не решились, поэтому избрали другой путь - найти экономические нарушения.

Заставить признаться в этой вине, а затем рейдерским способом захватить активы и имущество Нацпресс-клуба.

Мне Нигматулин на одной из встреч в администрации президента прямо заявил: "Отдай "КазТаг" и все остановим. Прекратим дело и освободим от уголовной ответственности". Но при этом сообщил, что конфискуют здания в Алматы и "Дом журналистов" в Астане. Он говорил: "Подумай о детях, подумай о внучках. С чем ты оставишь их со своей несговорчивостью?"

Теперь прокуратура и суд пытаются отобрать это имущество через обвинительный приговор. У меня нет государственных наград, но есть достижения, которыми гордится моя журналистская семья. Я был первым советским журналистом, который побывал на ядерном полигоне в штате Невада, закрытым вообще в советское время от посещений. Я был первым казахским журналистом, которого в свое время приняли в штат популярной газеты "Известия". Я был первым казахом, который по приглашению короля Саудовской Аравии совершил паломничество в Мекку и Медину еще в советское время. Я был первым пресс-секретарем президента и первым пресс-секретарем премьер-министра, впервые организовал эти структуры в системе государственной власти.

Моя семья организовала Национальный пресс-клуб, который стал уникальной диалоговой площадкой с полным пакетом информационных услуг. Моя семья возродила Союз журналистов Казахстана, который в свое время лишился регистрации и который впоследствии стал крупнейшим творческим объединением в стране.

Моя семья вернула имя КазТАГ – агентству, бывшему известным в советское время и теперь ставшему известным всему миру. Моя семья построила в Астане Дом журналистов Казахстана, который приютил после передислокации столицы сотни журналистов, моих коллег.

Моя семья воплотила в жизнь сеть информационных агентств в Кыргызстане, Таджикистане, Узбекистане, Афганистане, Иране и Китае, которая стала региональной информационной сетью и не имеет аналогов в мире.

Все эти информационные активы действуют в интересах Казахстана, открывают миру нашу страну и продвигают положительный имидж Республики. Об этом я говорю не для того, чтобы вызвать у кого-то снисхождение или жалость.

Все это сообщаю как факт.

Впрочем, на них должна основываться любая журналистская публикация. А тем более на фактах должно основываться доказательство со стороны следствия, прокуратуры и суда. Этого не было сделано.

Все это говорит о том, что все это был заказ. А его инициаторы - политические государственные служащие. Значит, с полным правом можно говорить о том, что это был политический заказ для того, чтобы мне и моему сыну закрыть рот, ограничить профессиональную деятельность и гражданскую активность. Это суд не только надо мной и моим сыном. Это суд над казахстанской журналистикой. Суд над свободой слова в Казахстане. Суд над свободой самовыражения.

Я и мой сын Асет никому ничего не должны. Мы никому ничем не обязаны. Мы не собираемся ни у кого просить прощения, мы не нарушали закон. Мы считали и считаем себя невиновными. Нас не смогли сломать и поставить нас на колени. Мы не пошли на сделку со следствием, сохранили доброе имя и репутацию – главный капитал нашей журналистской семьи Матаевых.

Спасибо за внимание.

Сейтказы Матаев, 27 сентября 2016 года».

От редакции

Цензура в Казахстане приобрела экспансивный характер. Это зримо просматривается в деле против Сейтказы Матаева.

Об этом диком примере уничтожения традиций через преследование знаковых фигур казахстанской журналистики молчат практически все СМИ страны. Власть использует привычный для тоталитарных стран инструмент подавления свободной мысли и дегуманизации собственного народа - страх.

Подходы, которые используют новые элиты, являются беспрецедентными. Страх, рожденный бесконечными конкретными примерами гонений, в современную эпоху уже не выглядит атавизмом авторитаризма.

Может показаться, что уничтожение СМИ, преследования их владельцев и сотрудников воспринимаются обществом как норма. Но не сами ли журналисты виноваты в этом?

Кроме редких реплик представителей профессионального сообщества мы не наблюдаем соразмерного уровня ответных действий со стороны международного сообщества. И это сильно демотивирует.

Новая элита лишает граждан почти всех основных прав, погружая в информационную блокаду всю страну, подменяя природную потребность в информации симулякрами ненависти.

Промежуточный итог такой политики ужасен: нет ни одного признака, что общество способно бросить вызов монополии правительства на информацию. Нет даже намека, что хоть кто-то из владельцев крупных СМИ готов обнажить фабрикуемую режимом реальность глубочайшего обмана и подмен.

Матаевы попытались. Матаев попытался. И сгорел. Но зато сохранил честь. И сберег достоинство.

http://www.fergananews.com/article.php?id=9107
Власти столицы Узбекистана сузили круг людей, которые могут получить прописку (постоянную регистрацию) в Ташкенте.

Как сообщает Norma.Uz, в «Перечне категорий лиц – граждан Республики Узбекистан, подлежащих постоянной прописке в городе Ташкенте и Ташкентской области» скорректировано примечание, согласно которому претендовать на столичную прописку могли родственники - на жилую площадь, где постоянно прописаны их родители, дети, внуки или дедушки, бабушки (прямая линия в первой и второй степенях родства).

В частности, сужен круг родственников, имеющих право претендовать на прописку и введены новые требования к возрасту и семейному положению детей, претендующих на прописку у родных.

К примеру, мужчина прописал в доме своего сына, после чего на то же могли претендовать следующие родственники сына: его мать (если не была прописана ранее, как супруга отца по п.5 «Перечня»); бабушка и дедушка со стороны матери, так как они являются его прямыми родственниками второй степени; его супруга; его дети, вне зависимости от возраста и семейного положения.

Теперь в такой же ситуации на получение прописки смогут претендовать только следующие родственники сына: его супруга; совершеннолетние дети, не имеющие своих семей (незамужние/неженатые); несовершеннолетние дети от совместного и (или) прежнего брака, либо рожденные вне брака, а также усыновленные дети.

Таким образом, в этой конкретной ситуации мать или бабушка, дедушка со стороны матери не смогут претендовать на прописку в связи с родственными связями с сыном, получившим прописку по п.2 «Перечня».

Norma.Uz обращает внимание на то, что никаких родственников не могут прописать к себе следующие категории:

1. подопечные, прописанные на жилую площадь, где постоянно прописан опекун (попечитель);

2. супруг(а), прописанная(ый) на жилую площадь, где постоянно прописан(а) супруг(а), при условии совместного проживания не менее одного года. Например, супруг, проживший в браке год и получивший прописку в квартире жены, не может дополнительно прописать туда свою мать или отца, либо любого другого родственника;

3. граждане, избранные, назначенные, утвержденные на должности палатами Олий Мажлиса (парламента) Узбекистана, президентом, кабинетом министров либо по согласованию с президентом Узбекистана, а также члены их семей (супруг, супруга, их дети, не имеющие своих семей) – на период пребывания указанных граждан в должности;

4. граждане, избранные в соответствии с законодательством в представительные органы государственной власти, а также члены их семей (супруг, супруга, их дети, не имеющие своих семей) – на период пребывания указанных граждан в должности;

5. высококвалифицированные специалисты, специалисты узкого профиля, приглашаемые на работу в органы государственной власти, органы государственного и хозяйственного управления, другие государственные организации республиканского значения по ходатайству руководителя соответствующего органа или организации, а также члены их семей (супруг, супруга, их дети, не имеющие своих семей) – на период пребывания указанных граждан в должности;

6. военнослужащие, обеспеченные жильем в соответствии с Положением о порядке обеспечения жильем, утвержденным постановлением №ПП-694 президента Узбекистана 14 сентября 2007 года, а также члены их семей (супруг, супруга, их дети, не имеющие своих семей).

Напомним, власти Ташкента стали жестко контролировать приток иногородних граждан после терактов в феврале 1999 года. 26 февраля того года президент страны Ислам Каримов издал указ №УП-2240 «О совершенствовании паспортной системы Республики Узбекистан», в соответствии с которым МВД разработало инструкцию, где говорится, что постоянная прописка в Ташкенте осуществляется на основании мотивированного заключения специальных комиссий по вопросам прописки, созданных при хокимиятах (администрациях) районов узбекской столицы.

В указе не содержалось каких-либо ограничений для граждан Узбекистана, желающих прописаться в том или ином месте, а сама прописка должна была носить уведомительный характер. Но на практике постоянную прописку в столице стали предоставлять только на разрешительной основе. И Ташкент в одночасье превратился в закрытый в этом плане город для большинства выходцев из других регионов страны. Желающие жить в столице граждане Узбекистана испытывают серьезные сложности с получением постоянной прописки, без которой практически невозможно приобрести жилье, устроить детей в школу, получать социальные выплаты, найти работу в государственных организациях и учреждениях.

Порядок временной регистрации в Ташкенте, оформлять которую обязали всех, кто находится в узбекской столице более пяти дней, усложнили летом 2016 года: теперь необходимо представить копию нотариально заверенного договора аренды (найма) жилого помещения либо его части или договора безвозмездного пользования жилым помещением или его части за исключением случаев, если проживающий является близким родственником владельца помещения. При этом временная регистрация не является основанием для покупки жилья в Ташкенте и Ташкентской области, устройства на постоянную работу и получения социальных гарантий.
http://www.fergananews.com/news.php?id=25383
В Душанбе 27 сентября проправительственная молодежь устроила беспорядки у дома осужденного члена запрещенной Партии исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ) Рахматулло Раджаба – молодые парни забросали стены и окна дома яйцами и сожгли возле дома плакаты с изображением членов ПИВТ, сообщает «Озодагон». Как рассказала журналистам супруга Раджаба Валамат Иброхимзода, налетчики прибыли к их дому на городских пассажирских автобусах с №1.

«Мы очень испугались, когда молодые люди стали кричать разные лозунги, кидать яйцами, сжигать портреты. Это длилось почти час. Когда они стали кричать, что подожгут наш дом, я вышла к ним», - цитирует женщину «Азия-плюс». Иброхимзода молодые люди также закидали яйцами, после чело, покричав еще немного, сели в автобусы и уехали.

По словам Иброхимзода, приехавшие скандировали «Долой предателей, долой Кабири!». Активисты заявили Иброхимзода, что они прибыли в знак протеста против присутствия ее детей и членов ПИВТ на недавнем Совещании по человеческому измерению БДИПЧ ОБСЕ в Варшаве.

Ранее проправительственные активисты устроили аналогичные беспорядки возле домов осужденного зампредседателя ПИВТ Саидумара Хусайни и покойного лидера ПИВТ Сайида Абдулло Нури. По их данным, дети Хусайни и Нури также присутствовали на Совещании ОБСЕ.

Между тем, МВД Таджикистана не располагает данными о вчерашнем инциденте у дома Рахматулло Раджаба и о других подобных нападениях. «К нам по данному поводу никто не обращался, никто не жаловался, и мы вообще впервые слышим о подобном инциденте», - сообщил пресс-секретарь МВД Умарджон Эмомали. Тем не менее, в ведомстве обещали разобраться в случившемся. Сама Валамат Иброхимзода сказала, что не будет подавать в милицию заявление по факту устроенных возле ее дома беспорядков. «Какой смысл подавать заявление на этих молодых людей в милицию, если вся эта акция была организована самими властями», - отметила она.

Напомним, что в рамках Совещания ОБСЕ в Варшаве на сессии, посвященной ситуации с правами человека в Таджикистане, представители внесистемной таджикской оппозиции, в том числе члены ПИВТ и «Группы-24», получили возможность выступить и провести акцию с требованием освободить политзаключенных в республике. В ответ на присутствие оппозиции на Совещании ОБСЕ в Таджикистане прошли протестные студенческие акции, организованные активистами проправительственного молодежного движения «Авангард», а таджикская делегация выступила с соответствующим заявлением и досрочно покинула мероприятия ОБСЕ в Варшаве.

В середине сентября 2015 года власти Таджикистана обвинили руководство ПИВТ в причастности к попытке военного мятежа бывшего замминистра обороны страны Абдухалима Назарзода. Партия была объявлена террористической организацией, члены ее руководящего состава арестованы и осуждены.

Лидер ПИВТ Мухиддин Кабири, который эмигрировал из Таджикистана еще в марте 2015 года, опасаясь уголовного преследования, и проживает за рубежом, отвергает все обвинения против своей партии, считая, что сентябрьский мятеж был поводом для того, чтобы запретить деятельность ПИВТ. Кабири заявил о намерении продолжать деятельность партии в изгнании.
http://www.fergananews.com/news.php?id=25384
Федерация профсоюзов Узбекистана (ФПУ) заявила 27 сентября на своем сайте, что граждане, чьи трудовые права ущемляются, могут сообщать об этом по «телефонам доверия». Они указаны на главной странице сайта – 1092, (0 371) 2001092. «Газета.Uz» приводит еще один номер: (71) 200−06−01.

ФПУ напоминает, что в Узбекистане национальным законодательством запрещается использование принудительного и детского труда, по этому поводу в стране ведется широкомасштабная информационная кампания.

«В частности, разработаны отдельные методологические материалы и слайды для обучения должностных лиц соответствующих министерств, ведомств и общественных организаций. Также успешно функционирует Механизм обратной связи, внедренный на базе Юридической клиники Федерации профсоюзов Узбекистана. Данный механизм представляет собой «CALL CENTER», куда могут свободно обращаться граждане по любым интересующим вопросам, связанными со сбором хлопка и социально-трудовыми отношениями. В сотрудничестве с мобильными операторами внедрены функции «SMS-рассылок» с номерами телефонов доверия. По всей республике размещены баннеры, постеры и флаеры о недопущении детского и принудительного труда, для всех граждан, интересующихся вопросами трудового права, организовано бесплатное предоставление консультаций со стороны профессиональных юристов», - перечисляет ФПУ.

Масштаб информационной кампании свидетельствует о том, что проблема использования принудительного труда в Узбекистане существует и очень актуальна. В рамках кампании, как передает «Газета.Uz», ФПУ поясняет, что каждый гражданин Узбекистана имеет право участвовать в сборе хлопка по собственному желанию. Граждане также имеют право на достойные условия труда (бытовые, гигиенические, по безопасности) и право на отказ от участия в сборе хлопка в любое время и без каких-либо дополнительных условий.

Заметим, что сообщение «Если ущемлены трудовые права, звоните по телефону доверия» опубликовано Федерацией профсоюзов Узбекистана только на русском языке. Как и текст, озаглавленный «О проводимой профилактической работе в Узбекистане по предупреждению нарушений трудового законодательства на местах», размещенное на сайте 21 сентября.

О том, как профсоюзы Узбекистана действуют в реальной жизни, свидетельствуют данные правозащитников, в частности, лидера Правозащитного альянса Узбекистана (ПАУ) Елены Урлаевой. Побывав 25 сентября на хлопковых полях Нижнечирчикского района Ташкентской области, она выяснила, что председатель профсоюза центральной больницы города Дустабада Махмуд Мустаев с 13 сентября 2016 года является бригадиром хлопкоуборочного отряда 840, который состоит из 200 медиков, и ежедневно вынуждает их собирать по 70-80 килограммов хлопка. Сборщики рассказали Урлаевой, что тех, кто отказывается участвовать в сборе хлопка, заставляют писать объяснительные и грозят увольнением, но Мустаев утверждал, что медики приходят на поля добровольно.

Об укоренении и устойчивости системы принудительного труда в Узбекистане можно прочитать в статьях «Ферганы»: «Узбекистан: Расписки о добровольном участии в сборе хлопка как глумление над несвободными людьми», «Испытание «белым золотом». Как в Узбекистане из студентов делают хлопко-рабов», Узбекистан: «Действительно, мы же рабы», или Как фотожурналист поехал собирать хлопок (фото, видео)», «Узбекский хлопок - богатство правительства, бедствие для народа» и других материалах специальных рубрики «Хлопок».

Напомним также, что еще совсем недавно власти Узбекистана массово выгоняли на хлопковые поля детей, заверяя при этом мировое сообщество в обратном. Но многолетние усилия правозащитников и независимых журналистов, на протяжении нескольких лет активно привлекавших внимание мирового сообщества к проблеме использования в Узбекистане принудительного детского труда, заставили, наконец, узбекское правительство, возглавляемое Шавкатом Мирзиёевым, отказаться от отправки на поля несовершеннолетних.
http://www.fergananews.com/news.php?id=25385
Казахстан и Кыргызстан в нынешнем году ухудшили показатели конкурентоспособности, тогда как Таджикистан, напротив, улучшил свои позиции. Об этом свидетельствует Индекс глобальной конкурентоспособности 2016-2017, подготовленный экспертами Всемирного экономического форума (ВЭФ)

По сравнению с прошлогодним рейтингом Казахстан потеряла сразу 11 пунктов, опустившись за год с 42-го на 53-е место. Кыргызстан расположился на 111-й строчке, тогда как в прошлом году был на 102-ом месте. Таджикистан занял 77-ю позицию, улучшив свои показатели (в рейтинге конкурентоспособности 2015-2016 года республика занимала 80-е место). Другие две страны Центральной Азии - Узбекистан и Киргизия - в рейтинге не участвуют.

Первое место в индексе глобальной конкурентоспособности не первый год подряд занимает Швейцария. На втором месте разместился Сингапур, а на третьем – США. В лидирующую десятку, которая остается неизменной уже третий год, вошли также Нидерланды, Германия, Швеция, Япония, Гонконг и Финляндия. Из стран СНГ в рейтинге лидируют Эстония (30-е место), Литва (35-е) и Азербайджан (37-е). России удалось улучшить положение в рейтинге, она заняла 43 место, поднявшись на две позиции, передает «Озодагон».

Рейтинг конкурентоспособности, в котором ежегодно участвуют порядка 140 государств мира, составляется с 1979 года на основе открытой информации, а также с учетом мнений нескольких тысяч экспертов из многих стран. Оценка производится по различным критериям, таким как уровень развития инфраструктуры, здравоохранения, образования и технологического развития, ситуация на рынке труда, макроэкономическая стабильность, а также эффективность рынков товаров и капитала. Цель рейтинга – определить преимущества национальных экономик и факторы, которые сдерживают их развитие.
http://www.fergananews.com/news.php?id=25386
Вызвавшее скандал и переполох в Кыргызстане выступление одного из бывших лидеров узбекской общественности Киргизии Кадыржана Батырова в Варшаве на ежегодном совещании Бюро Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) по человеческому измерению стало поводом для принятия киргизскими властями решения изменить статус присутствия Организации в этой стране.

Как стало известно «Фергане» 28 сентября, министерство иностранных дел Кыргызстана сообщило Организации о намерении с 1 января 2017 года преобразовать Центр ОБСЕ в Бишкеке в Программный офис ОБСЕ в Бишкеке.

Как пояснил информированный источник, это решение означает понижение статуса, но в чем конкретно будет заключаться разница между двумя форматами, пока не ясно.
«Как показывает опыт Казахстана, где точно также был понижен статус центра ОБСЕ до программного офиса, - это не сулит ничего хорошего. В Астане теперь все мероприятия офиса ОБСЕ проводятся только по согласованию с казахстанским МИДом. А раньше сотрудники центра ОБСЕ просто ставили местный МИД в известность. Наверное, теперь и офис в Бишкеке не сможет пальцем шевельнуть без разрешения МИДа Кыргызстана», - предположил собеседник «Ферганы».

Киргизский МИД объясняет свое решение об изменении статуса желанием «совершенствовать формы сотрудничества между Кыргызской Республикой и ОБСЕ, основанного на взаимопонимании и тесном взаимодействии, а также повышать эффективность и действенность деятельности присутствия ОБСЕ в Кыргызской Республике, считает, что эта деятельность должна соответствовать изменяющимся потребностям и приоритетам принимающей страны».

Проект соответствующего решения постоянного совета ОБСЕ будет в ближайшее время представлен киргизской делегацией в Вене действующему председателю ОБСЕ.

Напомним, бывший депутат парламента Кыргызстана, этнический узбек, бизнесмен Кадыржан Батыров был признан виновным в организации массовых беспорядков в июне 2010 года, сепаратистской деятельности и в возбуждении национальной, расовой религиозной или межрегиональной вражды. Джалал-Абадский городской суд заочно приговорил его к пожизненному заключению с конфискацией имущества. Еще до суда Батыров получил политическое убежище в Швеции. Он отвергает все предъявленные ему обвинения, в своем обращении в декабре 2010 года представил свое видение тех трагических дней.

Его имя вновь всплыло в Кыргызстане в последние дни после того, как 15 сентября президент Алмазбек Атамбаев поручил создать межведомственную группу для расследования причастности своих бывших соратников, членов Временного правительства к выезду Батырова из страны.

Выступление Батырова в Варшаве вызвало бурную реакцию в Жогорку Кенеше (парламенте Киргизии): депутаты возмутились тем, что «сепаратист дает оценку деятельности руководства страны». Озабоченность появлением на встрече ОБСЕ Батырова выразил и МИД Киргизии, удивленный тем, что организаторы совещания ОБСЕ «предоставили слово осужденному за уголовное преступление и находящемуся в розыске Кадыржану Батырову. По сути, данный преступник, признанный виновным в разжигании межэтнических столкновений, использовал площадку БДИПЧ ОБСЕ для озвучивания своих оценок ситуации в Кыргызстане». А Генпрокуратура сообщила, что 14 сентября возбудила в отношении него очередное уголовное дело по вновь открывшимся обстоятельствам. Однако все попытки киргизских властей вернуть Батырова на родину не увенчались успехом – они получили отказ и от Интерпола, и от Швеции, где предприниматель получил статус политического беженца.

23 сентября МИД сообщил о том, что киргизская делегация «заявила протест БДИПЧ ОБСЕ (Бюро по демократическим институтам и правам человека) в связи с продолжением предоставления площадки для выступления таким преступным элементам», имея в виду Кадыржана Батырова. Кыргызстан потребовал от БДИПЧ ОБСЕ принять решение о включении Батырова в список лиц, которым закрыт доступ на все мероприятия ОБСЕ, и лишить его возможности принимать дальнейшее участие в проходящем совещании в Варшаве.
http://www.fergananews.com/news.php?id=25387
Россияне менее привержены европейским демократическим ценностям, чем турки – это показал опрос об отношении к свободам, проведенный в двух странах Фондом Фридриха Науманна. В России партнером Фонда выступила Российская академия народного хозяйства и госслужбы при президенте (РАНХиГС), в Турции - Metropoll Strategic and Social Research. Опрос охватил довольно широкий круг тем: отношение к законам и неформальным правилам, госконтролю над экономикой, вопросам гендера, религии, СМИ и свободы слова, пишут «Ведомости».

Среди россиян защиту прав и свобод граждан называют основной задачей государства 32,2 процента, а 56,9 процента считают таковой обеспечение безопасности, среди турок это соотношение – 47,5 к 45,2 процента. Рыночную экономику считают предпочтительной моделью 26,9 процента россиян и 37,9 процента турок (за государственное планирование соответственно 59,6 и 56,2 процента). Считают возможным разбогатеть честным способом 24,7 процента россиян и 51,1 процента турок. Демократическое устройство государства считают важным 56,9 процента россиян и 93,6 процента турок.

В гендерных вопросах турки также оказались либеральнее россиян – положительно относятся к тому, что жена зарабатывает больше мужа, 74,8 процента граждан Турции (в России 63,5 процента). Гомосексуализм частной жизнью в Турции считают 43,5 процента граждан (в России 25,6 процента), требуют его запрета соответственно 47,7 и 70,3 процента. Зато сторонников обязательных уроков по религии в России меньше, чем в Турции, – 19,9 процента против 52,4 процента (но за согласование госполитики с позицией Российской православной церкви выступают 58,3 процента).

По словам Натальи Ульченко из Института востоковедения РАН, ценности демократии и рыночной экономики для турок – не абстракция. Реальная и жесткая политическая конкуренция существует в стране с середины XX века, а рыночная экономика – с 1980-х годов. В том и другом случае граждане имели возможность почувствовать свое реальное влияние на политику и экономику страны. Отличие России состоит как раз в отсутствии у большинства россиян непосредственного опыта свободы. Только 36,8 процента граждан считают, что в России когда-либо была демократия, а на вопрос, когда именно, подавляющее большинство отвечает, что сейчас. Россияне традиционно предпочитают порядок закону: 53,6 процента считают возможным для спецслужб в исключительных случаях нарушение закона, а 65 процентов – сбор персональных данных.

В то же время, 86,5 процента россиян не боятся высказывать свое мнение близким и коллегам, если оно не совпадает с мнением большинства (в разговорах с незнакомцами – 50 процентов). Более 70 процентов считают приоритетной задачей для страны экономическое развитие и благосостояние, а не вопросы внешней политики. Наконец, две трети россиян полагают, что их будущее зависит от них самих. «Это свидетельствует о том, что в российском обществе гораздо меньше апатии, чем многие полагают», – отмечает руководитель московского бюро Фонда Фридриха Науманна Юлиус Фрайтаг-Лорингховен.
http://www.fergananews.com/news.php?id=25388

Tags

Реклама




Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner