?

Log in

No account? Create an account

July 29th, 2016

Госсекретарь США Джон Керри примет 3 августа в Вашингтоне министров иностранных дел Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана. Встреча пройдет в рамках формата «С5+1», начало которому было положено на встрече в Самарканде, состоявшейся в ноябре 2015 года во время визита Джона Керри в страны Центральной Азии. Об этом сообщил 28 июля заместитель помощника госсекретаря США по Центральной Азии Дэниел Розенблюм в ходе телефонного брифинга.

Он пояснил, что «формат «C5+1» – это формат дипломатического диалога, но мы хотим, чтобы он получил дальнейшее развитие, чтобы в нем можно было бы обсуждать все вызовы, которые стоят перед нашими странами».

Розенблюм напомнил, что в Самарканде министры договорились сфокусироваться на трех определенных областях: «Первое – это экономика и то, как экономически можно соединить Центральную Азию с более обширным регионом и с США, второе – это окружающая среда и решение проблемы изменения климата, а третье – это безопасность с особым упором на угрозу терроризма и вопросы стабильности в Афганистане».

Для реализации совместных проектов были созданы рабочие группы, которые в апреле 2016 года провели встречи в Бишкеке и Алматы. «В результате в каждой из трех областей сотрудничества такие проекты были разработаны, и мы надеемся, что на уровне каждой из стран они будут поддержаны», - сказал представитель госдепартамента США.

По словам Розенблюма, учреждение формата «С5+1» не было каким-либо вызовом в отношении других заинтересованных в Центральной Азии стран: «Мы поддерживаем суверенитет каждой из центральноазиатских стран и верим в то, что у них должны быть здоровые отношения друг с другом, с соседями и вообще со всеми странами... Мы не рассматривали, да и сейчас не рассматриваем визит Джона Керри в прошлом году в регион и те встречи, которые там у него происходили, как часть какого-то соревнования, или как нечто, направленное на установление нашего влияния и завоевание превосходства. Мы думаем, что страны Центральной Азии должны иметь близкие и дружественные отношения с Россией и Китаем, то есть своими близкими соседями в регионе – по историческим и географическим причинам, такие отношения необходимы и важны. Но все это также не должно исключать очень близких, теплых и продуктивных отношений с другими странами, даже теми, которые географически удалены».

Говоря о роли России в регионе, Розенблюм отметил, что у США есть общие с Россией интересы в Центральной Азии, заключающиеся в том, чтобы видеть ее стабильной, и чтобы Афганистан также становился все более стабильным и безопасным, потому что это влияет и на Центральную Азию.

«Мы всегда призывали Россию играть позитивную роль в установлении такой стабильности путем взаимодействия с властями в регионе. Я должен добавить, что мы [с Россией] не всегда имеем похожие мнения относительно того, как обстоят дела с безопасностью в Афганистане – как правило, их оценки гораздо более мрачные и жесткие, но мы также знаем, что Россия позитивно вовлечена там в различные программы, в том числе инвестиционные. Сейчас сложно предвидеть прямую координацию действий с Россией по вопросам безопасности в регионе, но это то, о чем мы будем размышлять на будущее», - заявил Розенблюм.
В Кыргызстане запрещают фотографировать детей в детских домах. Мало ли как скажется на ребенке такая «известность», да еще и дальние и не очень дальние родственники вдруг узнают, что родня сдала своих малышей в детдом. А в азиатской стране это не принято. То есть детей сдают, конечно. Но об этом предпочитают помалкивать, а то нехорошо как-то выглядит.

Показать жизнь в детдомах можно и без лиц, главное – попасть туда, а это сложно. Отечественные интернаты можно отнести к учреждениям закрытого типа. Пароль, чтобы вас пустили на территорию того или иного заведения, - «мы везем гумпомощь».
Воспитатели детдомов постоянно жалуются на недостаток финансирования, однако реальные условия жизни воспитанников скрывают и от волонтеров, и от журналистов. Поэтому возникают устойчивые слухи, что как государственные деньги, так и спонсорская помощь от компаний и частных лиц до детей не доходит, или доходит не в полном объеме (подробнее об этом – в материале «Ферганы» «Детские дома спасают спонсоры, волонтеры и честные директора»).

При посещении государственного детдома в большинстве случаев вам покажут «парадную витрину». Как это было, например, в одном из самых закрытых детских домов для детей с ментальными нарушениями под названием «Красная речка», куда в свое время не пустили даже вице-премьера. Я оказалась настырнее, и мне показали отремонтированный корпус и угощали пирожками в эмалированной посуде. И только приложив немало усилий, мне удалось «выбить» посещение настоящих детских комнат – убогих, без обоев и даже без тумбочек для одежды, из «обстановки» там лишь скрипучие кровати и коврики на полу. Кстати, в реальности дети ели, как в колониях, из мисок из нержавейки.

Когда на «Фергане» вышел репортаж ««В Красной речке топят шанс детей на нормальную жизнь», в этот интернат перестали пускать волонтеров, которые брали меня с собой. Но я узнала об этом позже.

Всего в Кыргызстане, по данным Общественного Фонда «Защита прав детей-сирот», 134 детских дома (из них 66 частных), в которых проживает около 13,5 тысячи детей. Их количество постоянно растет: два года назад воспитанников детдомов было на две тысячи человек меньше. По данным ЮНИСЕФ, количество детей, находящихся в интернатных учреждениях страны, составляет более 20 тысяч.
Несмотря на ежегодный рост числа детдомовцев, государство финансирование таких учреждений почему-то сокращает. Детдомам выделяется по 110 сомов ($1,5) в сутки на питание на одного ребенка и еще 12 сомов в день (или 4.380 в год - $60) - на лекарства.

В целом, в 2015 году на нужды детдомов Кыргызстана было выделено 75 миллионов сомов, в 2016 году - 69 миллионов. Судя по объемам и содержанию гуманитарной помощи, этих денег катастрофически не хватает: в детские дома передают все, от посуды и до мыла с шампунем.

Важно отметить, что почти 90 процентов детей – не сироты, они имеют биологических родителей или родственников. И это затрудняет им доступ к бесплатным услугам, на которые могут претендовать только круглые сироты (подробнее об этом – в материале «Ферганы» «Есть ли жизнь после детдома»).

Воспитанники интернатов Кыргызстана - это дети одиноких матерей, дети из бедных или многодетных семей. Как мне рассказали правозащитники, некоторые директора за определенную сумму могут поселить у себя в детдоме ребенка, чьи родители находятся в трудовой миграции. Отсутствие государственной политики в отношении детей, чьи родители уехали на заработки, порождает ворох дополнительных проблем, серьезные последствия которых дадут о себе знать уже лет через семь-десять. И никто сегодня этими проблемами не занимается.

В одном детдоме мне случайно попал в руки список воспитанников. Там было четверо детей – братьев и сестер – которых, видимо, по мере появления на свет сдавали в интернат. А может, и сразу сдали, оптом. Сегодня в отдаленных регионах Кыргызстана проще родить, а потом сдать в детдом, чем планировать беременность или пользоваться противозачаточными средствами, и ситуация пущена на самотек (мы об этом тоже писали в статье «Нищие, голодные и многодетные»).

Люди, работающие в детдомах, получают минимальные зарплаты. Например, нянечки получают 5.400 сомов ($80), воспитатели, которые работают посменно – шесть-десять дней в месяц, - до 10.000 сомов ($149). Намного лучше ситуация в детдомах получастного типа. Это небольшие частные дома с придомовым хозяйством, которые были выкуплены и обставлены донорами, а затем перешли на госфинансирование. В отличие от государственных интернатов, где проживает от 80 до 200 детей, в частных детдомах их не более 20, и считается, что директор, он же воспитатель, лучше присматривает за детьми.

Ежегодно из кыргызстанских детдомов выпускается около 400 человек, до которых никому нет дела, ни родственникам, ни государственным структурам. По данным вице-спикера парламента Алтынай Омурбековой, треть из них совершают правонарушения, и только 10% способны нормально адаптироваться в самостоятельной жизни.

Екатерина Иващенко, фото автора

Больше фотографий — в Галерее.Ферганы.Ру http://www.fergana.info/details.php?image_id=1578
Суд Лондона не удовлетворил иск британского бизнесмена Шона Дейли в отношении сына свергнутого президента Кыргызстана Максима Бакиева. Таким образом, он оправдан, сообщает бишкекское информагентство «24.kg» со ссылкой на британские СМИ.

Как мы сообщали ранее, 56-летний Шон Дейли, считающий Максима Бакиева заказчиком его убийства, подал иск еще в апреле 2015 года.

Шон Дейли несколько лет прожил в Киргизии, где возглавлял золотодобывающую компанию «Оксус голд плс». В 2006 году он пережил покушение на свою жизнь: выходя из ресторана с двухлетним сыном, он услышал несколько выстрелов, одна пуля попала в него. Бизнесмен был срочно переправлен на родину, где его прооперировали, удалили почку, но пуля осталась в печени. Шон Дейли считает, что покушение было заказано Максимом Бакиевым, который хотел, чтобы золоторудное месторождение Джеруй разрабатывала другая компания. За день до покушения Шон Дейли выиграл суд, что не позволило его сопернику получить контроль над Джеруем. А спустя две недели после покушения соперник все же получил лицензию на разработку рудника, стоимость которого оценивается в 300 миллионов фунтов стерлингов ($450 млн).

В 2014 году Первомайский суд Бишкека заочно приговорил Максима Бакиева и экс-главу СГО Жаныша Бакиева к пожизненному лишению свободы за покушение на убийство Дейли.
С официальных музыкальных площадок Узбекистана изгоняют национальный инструмент «тар» - как несоответствующий национальному менталитету. Об этом сообщает веб-сайт «Озодлик» (Узбекская служба Радио Свобода) со ссылкой на свои источники на узбекском телевидении

Тар (от перс. تار‎ — «струна», «нить») - струнный щипковый (плекторный) музыкальный инструмент. Точное место изобретения этого музыкального инструмента неизвестно, предположительно на территории Персидской империи. Распространён в Азербайджане, Армении, Афганистане, Ираке, Иране, Турции, Таджикистане, Узбекистане и в странах Ближнего Востока. Тар является базовым инструментом в традиционной музыке Азербайджана и Ирана, глубоко повлиявшим на общие тенденции классической музыки этих стран. (Википедия)

По сообщению источников издания, телеканалы государственного телевидения, а также продюсерские центры, снимающие видеоклипы, получили устное указание «сверху» не показывать этот инструмент и не использовать его в музыкальных произведениях.

Даже на концерте в честь саммита ШОС братья Эшчоновы из Хорезма исполняли народную песню лязги без традиционного для этого жанра тара. «Гиджак разрешили, дойру разрешили, а тар не разрешили показать по телевизору. Народный хафиз Фарҳод Давлетов теперь тоже поет без традиционного тара в руках», - рассказал «Озодлику» один из сотрудников телевидения.

Кроме того, тар исключен из программ музыкальных учебных заведений, да и вообще не включен в реестр национальных узбекских музыкальных инструментов, хотя он там значился до 2012 г.

Однако, неназванный сотрудник Министерства Культуры и Спорта Узбекистана опроверг сообщение о запрете тара: «Его никто не запрещал, просто в с списке наших инструментов тар не значится. Музыканты могут играть на таре, если хотят, но должны помнить, что тар – это не узбекский, а азербайджанский инструмент. В 2012 ЮНЕСКО включил тар в список музыкального наследия как азербайджанский инструмент. Мы должны это уважать ».

Борьба с вражеским таром ведется и в военных оркестрах: «Руководство говорит, что тар – азербайджанский инструмент, на него также претендует Иран. Нам не стоит втягиваться в такой конфликт, поэтому он нам не нужен», рассказал один из военных музыкантов.

Виртуозное исполнение на Таре
https://youtu.be/sbk9NGbJV3A

Tags

Реклама




Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner