?

Log in

No account? Create an account

July 13th, 2016

Кыргызстан 13 июля ожидает прибытия федерального канцлера Федеративной Республики Германия (ФРГ) Ангелы Меркель, которая совершит свой первый официальный визит в эту страну.

Как передает пресс-служба канцлера, Меркель проведет встречи с президентом Киргизии Алмазбеком Атамбаевым, спикером парламента Чыныбаем Турсунбековым, депутатами парламента и представителями гражданского общества.

Лидеры двух стран обсудят двусторонние отношения, главным образом, в сфере экономики, а также актуальные вопросы международной и региональной политики. По завершении переговоров Алмазбек Атамбаев Ангела Меркель дадут совместную пресс-конференцию, обещает пресс-служба киргизского президента.

В преддверии визита канцлера Германии социальные сети и некоторые киргизские СМИ были взбудоражены сообщением о том, что одной из тем переговоров Атамбаева и Меркель будет открытие в Кыргызстане при финансовой поддержке Германии фильтрационного лагеря для беженцев из Сирии, которых, якобы, доставят для прохождения фильтрации, после чего тех, кто успешно пройдет все необходимые проверки, вывезут в Европу. Интернет-пользователи были обеспокоены судьбой беженцев, которые не пройдут проверку и могут остаться на территории Кыргызстана, что чревато дестабилизацией ситуации в этой республике.

Из-за растущего беспокойства граждан МИД Кыргызстана решил отреагировать и выступил с опровержением слухов: «В связи с информацией в различных СМИ относительно открытия фильтрационного лагеря в Кыргызстане для беженцев из Сирии, Министерство иностранных дел Кыргызской Республики сообщает, что данный вопрос в утвержденной повестке дня двусторонних встреч в рамках официального визита Федерального канцлера Германии А.Меркель в Кыргызстан 13-14 июля т.г. не стоит и рассматриваться не будет».

Ранее «Фергана» сообщала, что эмигрировавшие из Кыргызстана лидеры узбекской общины Кадыржан Батыров и Халилжан Худайбердиев обратились к Ангеле Меркель с открытым письмом с просьбой поднять на переговорах с Атамбаевым вопрос о правозащитнике Азимжане Аскарове и других этнических узбеков, которые после трагических событий июня 2010 года были несправедливо осуждены или вынуждены покинуть страну из—за преследований со стороны киргизских властей.

В то же время Комитет защиты журналистов (CPJ) и платформа «Гражданская солидарность» попросили Ангелу Меркель во время встреч с руководством Кыргызстана обсудить ситуацию со свободой слова и другими правами человека в этой стране и призвать Алмазбека Атамбаева выполнить решение Комитета ООН по правам человека о немедленном освобождении Азимжана Аскарова. Напомним, суд по пересмотру его дела прошел в Верховном суде Кыргызстана 11-12 июля и завершился отправкой дела на повторное рассмотрение по вновь открывшимся обстоятельствам в Чуйский областной суд.
Казахстанский правозащитник Вадим Курамшин, который 7 декабря 2012 года был приговорен к 12 годам лишения свободы с конфискацией имущества по статье «Вымогательство», содержится в шокирующих условиях, о чем сообщает Socialismkz.info со ссылкой на жену осужденного, навестившую его 16 июня.

По ее словам, Курамшину продлили пребывание в камере штрафного изолятора (бурбарак), в которой он просидел почти год. В камере – антисанитария, крысы, под предлогом «дезинфекции» ее регулярно заливают хлоркой и ядом против грызунов, после чего не убирают помещение и не проветривают. Этими ядовитыми парами правозащитник вынужден дышать изо дня в день. В результате самочувствие Курамшина за последние месяцы резко ухудшилось, обострилась бессонница, что полностью выматывает его силы. Таким образом, администрация колонии ЕС 164/4 в Северо-Казахстанской области сознательно создает невыносимые условия содержания для осужденного с целью полностью подорвать его здоровье и тем самым сломить волю к продолжению борьбы, считает Комитет по освобождению Вадима Курамшина.

Кроме того, правозащитника полностью лишили права на телефонные звонки, ему запретили передачу писем и статей, в том числе - новой жалобы в Комитет по правам человека ООН, которую он хотел переслать в Женеву.

По мнению Комитета по освобождению Вадима Курамшина, правозащитника вынуждают объявить новую голодовку в знак протеста против условий его содержания. Опасаясь, что голодовка основательно надломит его здоровье, супруга Курамшина обратилась во все республиканские инстанции с жалобой на действия администрации колонии с требованием проведения полномасштабной проверки.

Напомним, Вадим Курамшин был приговорен 7 декабря 2012 года к 12 годам лишения свободы с конфискацией имущества по статье «Вымогательство». Это был второй суд по тому же делу, по которому Курамшина в августе 2012 года оправдал суд присяжных, затем его приговорили к году условно и освободили в зале суда. Курамшин продолжил заниматься защитой прав заключенных: именно из его сообщений стало известно о спецоперации в исправительной колонии Учр АК-159/18 (поселок Карабас возле Караганды) и о голодающей заключенной Сабине Махининой, которая протестовала против издевательств и сексуальных домогательств начальников Павлодарской женской колонии. Второй приговор был вынесен вскоре после возвращения Курамшина с конференции ОБСЕ в сентябре 2012 года, на которой он рассказывал о нарушении прав человека в Казахстане. Летом 2013 года Вадим Курамшин стал лауреатом Премии имени Людовика Трарье для адвокатов, занимающихся защитой прав человека.
Несколько дней назад на видеохостинге Youtube появился ролик с сенсационными кадрами состояния дна вблизи пляжей в одной из самых популярных бухт высокогорного озера Иссык-Куль в Кыргызстане. После того, как на запись обратили внимание журналисты и пользователи социальных сетей, она была удалена.

Данная видеозапись сопровождается титрами, из которых следует, что ее авторство принадлежит Государственному агентству охраны окружающей среды и лесного хозяйства при Правительстве Кыргызской Республики (ГАООСЛХ). Согласно публикации, размещенной в июне текущего года на официальном сайте этого агентства, с 6 по 10 июня 2016 года в рамках проекта « KGZ-Вода/Иссык-Куль» с научно-исследовательского судна Молтур, находящегося на балансе Кыргызгидромет, состоялся глубинный мониторинг самого популярного среди туристов в Кыргызстане объекта - озера Иссык-Куль. Мониторинг проводился специалистами Государственного агентства и Кыргызгидромета при участии и Финского института окружающей среды (SYKE).

Эксперты брали пробы воды, проводили их полный химический анализ по 29 ингредиентам, проводили оценку уровня загрязнения озера. Анализы проводила лаборатория судна «Молтур». Всего мониторинг охватывал 128 точек озера.

В сообщении также говорится, что с 11 по 12 июня в исследовании дна озера приняли участие энтузиасты Добровольного движения «Чистый Иссык-Куль». Аквалангистами-добровольцами были собраны пробы донных отложений с глубины 9 метров, а также произведен визуальный мониторинг дна озера в некоторых точках, наиболее подверженных антропогенному воздействию и загрязненных твердым бытовым мусором. В частности, исследованию дна озера подверглась бухта вблизи города Чолпон-Ата, в акватории пансионатов «Акун-Иссык-Куль» и «Солнечный берег».

Как отчетливо показывает съемка, дно озера усыпано бытовым мусором, пластиковыми и стеклянными бутылками, полиэтиленовыми пакетами. Кроме того, обнаружена некий металлический предмет (см. 2:45 сек), о котором в титрах говорится, что это - выход канализационной трубы. Какому собственнику принадлежит эта труба и является ли она действующей, неизвестно.

Однако сегодня, 13 июля, обнаружилось, что данная видеозапись была удалена с Youtube и сохранилась только на канале нашего агентства, а также была продублирована на некоторых сайтах в Кыргызстане.

Напомним, что в начале курортного сезона 2016 года Госэкотехинспекцией было закрыто 10 пансионатов на Иссык-Куле. Причиной закрытия послужило отсутствие очистных сооружений, а также несоответствие технической, экологической, энергетической и пожарной безопасности. Однако ни «Акун-Иссык-Куль», ни пансионат «Солнечный берег» в этот список не попали.

https://youtu.be/_PP3NM-yZ8c

Бухта Акун и пансионаты на карте Google https://www.google.kg/maps/@42.6323672,77.0474913,814m/data=!3m1!1e3?hl=ru
В одной из глав своей книги «Записки правозащитника» руководитель ИНГПУ (Инициативной группы независимых правозащитников Узбекистана) Сурат Икрамов рассказывает о том, как в середине прошлого десятилетия в Ташкенте работала «Группа быстрого реагирования по пыткам». Правозащитники выезжали туда, куда привозились тела погибших во время пыток, осматривали их и предавали такие случаи гласности. В те годы даже прокуратура шла навстречу, организовывая расследования случаев пыток, но зачастую дела разваливались из-за «удара в спину» от тех, от кого этого ожидать было никак нельзя.

СМЕРТЬ ЗАКЛЮЧЕННОГО САМАНДАРА УМАРОВА

Случай, о котором я хочу сейчас рассказать, относится к началу 2005 года – еще до трагических событий в Андижане, и в Узбекистане официально работали такие международные правозащитные организации, как Freedom House (Дом свободы).

Годом ранее при офисе Freedom House в Ташкенте была создана «Группа быстрого реагирования по пыткам». Возглавлял эту группу я, в связи с чем пострадавшие от пыток или их родственники постоянно обращались ко мне с жалобами. А если и не обращались, то я получал информацию из других источников - от правозащитников, неравнодушных граждан и даже представителей правоохранительных органов.

Один из таких правоохранителей позвонил мне домой поздно вечером 2 января 2005 года. По понятным причинам я не буду называть ни его имени, ни фамилии, ни должности, ни даже организации, где он работает. Скажу только - хороший, честный человек, который очень не любит, когда его коллеги нарушают закон и совершают преступления.

Он сообщил, что утром в ташкентскую колонию 64/18, которую в просторечье называют «Сангородом», из колонии 64/29, находящейся возле города Навои, привезли тело 36-летнего заключенного Самандара Умарова.

Источник рассказал, что Умаров в 2000-м году был осужден за религиозный экстремизм на 17 лет, и намекнул на подозрительные обстоятельства смерти осужденного и «плохое состояние», в котором находится его тело. А также дал адрес родственников, в дом которых должны привезти умершего.

Тело похоронили в срочном порядке

Я сразу понял, что речь идет о пытках, и решил съездить по этому адресу сам, пригласив с собой иностранных корреспондентов. Было уже поздно, поэтому беспокоить никого из своих знакомых я не стал. А рано утром 3 января связался с Галимой Бухарбаевой, которая тогда возглавляла представительство британского агентства IWPR в Узбекистане.

Она сообщила о моем приглашении своим коллегам, в результате чего через пару часов я оказался на улице Шуманай в Шайхонтохурском районе столицы вместе с пятью журналистами, аккредитованными в Узбекистане и представляющими такие авторитетные издания, как Би-би-си, «Голос Америки», Ассошиэйтед Пресс. С нами были и сотрудники некоторых международных организаций, а также несколько правозащитников из нашей группы «быстрого реагирования».

Одноэтажный дом, в котором жила семья Самандара Умарова, был маленьким, с небольшим, всего в две сотки, участком земли. Помню гнетущую обстановку, которая здесь царила. Мужчины выглядели растерянными, женщины рыдали. А в сотне метров от этого отмеченного трагедией жилища маячили два милиционера - видимо, наблюдали за тем, чтобы не было никаких нежелательных эксцессов.

В те времена мне часто приходилось бывать на подобных печальных мероприятиях. Как правило, близкие, которые считали, что их родственника перед смертью подвергали пыткам, вели в комнату, где лежало тело покойного. А мы с членами группы быстрого реагирования осматривали это тело, после чего, покинув дом, обсуждали, правы родственники или нет. Но на этот раз все было по-другому. Оказалось, что по настоятельному требованию милиции Самандара Умарова похоронили ранним утром.

«Геморрагический инсульт» по-милицейски

Родственники покойного рассказали нам хронологию событий. О смерти Самандара им сообщили во втором часу дня 2 января представители Сангорода. Одновременно в доме появились председатель местной махалли (общины, квартала) и сотрудники милиции Шайхантохурского района. И пришли они отнюдь не за тем, чтобы выразить соболезнования: потребовали провести похороны, не открывая гроб.

Родственники оказались шокированы таким поведением властей, не позволивших по-человечески проститься со своим близким. Еще больший шок родственники испытали в половине четвертого утра 3 января, когда гроб с телом Самандара Умарова был доставлен семье. Близких покойного поразило не только время, выбранное для этого, но и обилие сотрудников милиции, которыми оказался окружен их дом.

Милиционеры настаивали на срочном захоронении Умарова. Похороны по их жесткому требованию состоялись уже через два часа - в половине шестого утра. Милиция сопровождала похоронную процессию на кладбище и контролировала процесс захоронения тела.

В те два часа, пока покойник находился в доме, близкие нарушили запрет милиции и открыли гроб, чтобы в соответствии с традициями омыть тело. Они пришли в ужас, увидев, в каком состоянии было тело Самандара: истощенное, разбитая челюсть, ногти на руках и ногах были вырваны.

Кто-то из родственников не растерялся и сделал фотографии, которые позже продемонстрировали нам вместе с окровавленным покрывалом, в котором Умарова привезли из Сангорода. По словам сестры и брата покойного, они посетили Самандара в Навоийской колонии в начале ноября 2004 года, тот выглядел бодро и на здоровье не жаловался. А за четыре дня до смерти Умаров звонил по телефону домой и в разговоре с семьей сообщил, что у него «все в порядке».

Неудивительно, что никто из близких Самандара не поверил копии медицинского заключения Навоийского областного бюро судебно-медицинской экспертизы, где говорилось о наступлении смерти по причине «геморрагического инсульта». Все родственники, друзья и соседи, видевшие тело Умарова, в один голос утверждали, что смерть наступила после жестоких пыток.

Меры были приняты быстро

Ситуация меня крайне возмутила, и я, как руководитель «Группы быстрого реагирования по пыткам», решил принять срочные меры. Уже на следующий день, 4 января, я привел в дом, где жил Самандар Умаров, второго секретаря посольства США в Узбекистане Майкла Голдмана, который занимался политическими вопросами. Тот более часа говорил с родственниками погибшего заключенного, которые, в частности, сообщили, что Самандар подвергался жестоким пыткам со стороны администрации Навоийской колонии все пять лет, что там находился.

Я переговорил с исполнительным директором Freedom House Мьюшей Север, которой заявил о необходимости в срочном расследовании смерти осужденного. Учитывая, что наш проект был создан при ее организации, она со мной согласилась.

На столь оперативные действия «Группы быстрого реагирования» был положительный отклик и со стороны властей Узбекистана: в тот же день Генеральная прокуратура сообщила о своем решении провести дополнительное расследование по поводу смерти Самандара Умарова.

В итоге уже 5 января «Группа быстрого реагирования по пыткам» направила обращение в адрес президента Узбекистана, генерального прокурора, министра иностранных дел, министра внутренних дел, а также начальника ГУИН - Главного управления исполнения наказаний при МВД. В обращении, подписанном всеми двенадцатью членами нашей группы, мы просили провести прокурорскую проверку, и как можно более прозрачно, чем обосновали необходимость ряда уступок для правозащитников.

Первой из таких уступок было присутствие на эксгумации и вскрытии тела Умарова, как минимум, двух независимых экспертов. Второй - разрешение на посещение несколькими членами «Группы быстрого реагирования» Навоийской колонии 64/29. В соответствии с нашим предложением члены группы должны были «изучить место, где Умарова видели живым в последний раз», а также «провести конфиденциальные беседы с другими заключенными без присутствия представителей администрации колонии либо иных третьих лиц».

Кроме того, раз речь шла о прозрачности или, как было указано в обращении, «транспарентности», мы просили правительство Узбекистана по окончании дополнительного расследования предоставить полный отчет о нем семье Умарова и правозащитникам. А также, в случае предъявления обвинений ответственным лицам, настаивали на обнародовании информации об этом.

Как нашей работе помешал... Freedom House

Как видите, «Группа быстрого реагирования по пыткам» работала оперативно и эффективно. Однако, к сожалению, ее работу «торпедировали» не столько власти Узбекистана, как следовало бы ожидать, сколько руководство самого Freedom House.

Исполнительный директор организации Мьюша Север сделала все, чтобы изолировать нашу группу от расследования, проводимого прокуратурой. Своим волевым решением Север назначила для участия в этом расследовании двух человек, отношение которых к правозащите было весьма спорным. Кроме того, мой источник в правоохранительных органах сообщил, что после переговоров Freedom House с начальником ГУИН было принято решение не включать правозащитника Сурата Икрамова в состав комиссии по расследованию смерти заключенного Самандара Умарова, так как «это может повредить репутации правительства Узбекистана». В результате Мьюша Север настоятельно рекомендовала своим сотрудникам не входить в контакт с членами «Группы быстрого реагирования по пыткам», в первую очередь - со мной лично, до тех пор, пока не будут готовы результаты расследования.

Я рассказал о не совсем понятных действиях администрации «Дома свободы» в информационном сообщении 16 января, но ситуацию это не изменило. Как и ожидалось, назначенные Мьюшей Север для участия в расследовании «правозащитники» своим бездействием сработали в интересах властей Узбекистана. Достаточно сказать, что заключение по эксгумации было категоричным и однозначным - следов пыток и побоев на теле Умарова эксперты… не обнаружили.

Впрочем, чуть позже правозащитники добились увольнения Мьюши Север с поста исполнительного директора Freedom House. Но об этом - в другом моем рассказе.

Сурат Икрамов

Первые части воспоминаний автора можно прочитать здесь http://www.fergananews.com/articles/8793, здесь http://www.fergananews.com/articles/8808 и здесь http://www.fergananews.com/articles/9022

Tags

Реклама




Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner