ferghana_blog (ferghana_blog) wrote,
ferghana_blog
ferghana_blog

Categories:

Граница: такой притягательный и суровый Туркменистан

Туркменистан – самая загадочная страна на всем постсоветском пространстве. А его северный регион – Дашогузский - наименее туркменский. Достоверных статистических данных о национальном составе нет, но узбеков там точно не менее половины. С детства на слуху слово Ташауз (в туркменском написании - Дашогуз). Именно так называют город полтора миллиона хорезмийцев, да и для меня привычнее.

Ташаузские водники чтят трактора советского периода
Ташаузские водники чтят трактора советского периода

Такой близкий и такой далекий город. В последний раз я посетил его в 1991 году. На административной границе еще братских республик уже стоял шлагбаум и бетонные блоки. За годы бережно лелеемой независимости родниться стали меньше. Иногда проводятся дежурные мероприятия узбекско-туркменской дружбы. Во второй половине сентября Туркменистан ждет узбекский десант из полутысячи чиновников, артистов и журналистов. Готовятся в Ташаузе и к приезду узбекского президента Ислама Каримова. А до визита высоких гостей я и хорезмский краевед наконец-то решились на небольшое путешествие. Идея ждала реализации несколько месяцев и в один день решились махнуть.

Фергана.Ру недавно опубликовала материал о трудностях перехода границы с туркменской стороны. Я, прекрасно понимая автора и сочувствуя ему, загодя готовил себя к неприятностям. Как оказалось, не зря.

…Выехал с компаньоном из Ургенча субботним утром. По семь тысяч сумов с человека - и такси отправляется в путь. Рутина прохождения «своих» пограничников и таможенников. Границу на КПП «Шават» прошли спокойно, у спутников не было проблем и с туркменами. Туркменские погранцы быстро отпустили меня после предъявления декларации с адресом проживания в Ташаузе и квитанции об уплате 8 долларов. Ожидал увидеть хмурые лица, но дама, выдающая квиток, была сама любезность. Ослабели страхи, кои культивировали многочисленные публикации о суровой туркменской действительности.

В соседней комнате сидели за столом четыре человека и рассматривали содержимое сумок. Двое были таможенники, им помогали два солдатика. Они убедились в содержимом моей сумки и отправили в соседний кабинет с надписью «Санитарный контроль». Там сидел офицер, чей рентгеновский взгляд вернул мне ощущение опасности. И началось. Битый час мы общались: что, да как и почему. Честно признался, что лет двадцать не был в Ташаузе и страстно жажду увидеть по-советски желанный город «московского обеспечения». В бытность Союза жители Ургенча частенько приезжали сюда за колбасой, пивом и прочим дефицитом. Но все разговоры о месте проживания и цели поездки быстро закончились, служивый принялся за исследование мобильного телефона. Не все мои фото понравились. Выпивший бедолага в ургенчском сухом арыке, видео свары торговцев у ташкентского метро. В следующий раз учту все претензии…

На территории национального историко-культурного музея-заповедника
На территории национального историко-культурного музея-заповедника

Надо сказать, что основательно почистил память мобилы, памятуя о бдительных туркменских стражах. А вот надо же, засветился. Я же, пока он ковырялся в моем смартфоне, все недоумевал: почему не проверяет содержимое нетбука и фотоаппарата? Как версия, могу предположить, что он понадеялся на рвение солдатиков, а те - на прозорливость босса. А может быть с аппаратурой въехать в страну легче, чем выехать? Впрочем, в ней не было, на мой взгляд, ничего предосудитеьлного.

Дорога до Ташауза не заняла много времени. Попутчики принялись нахваливать стройки, какие-то здания, памятники. По их мнению, за пять лет центр Дашогузского велаета радикально изменился, стал краше и величественнее. Спорить не стал. Здания новые, памятники тоже, большие панно с изображением президента Гурбангулы Бердымухаммедова. Все как у нас, за исключением персоналий.

Схожего было много. Не заметил на ташаузцах особой национальной одежды. Люди одеты так же, как и многие мои соотечественники. Возле базара даже встретил девушку в коротких шортах. Хотел сфотографировать ее, но руки не поднялись. Вокруг сновали туркменские гаишники, похожие на военных. Попадаться не хотелось и время показало, что надо доверять своему инстинкту самосохранения. В эти дни были неприятные моменты, когда нервно реагировали на фотосъемку те же гаишники и прочие бдительные личности. Хорошо, что до погони дело не дошло. Нас на своем авто возил сын хозяина дома, у которого остановились. Поначалу он говорил, что здесь можно снимать спокойно, но потом уверенность его испарилась. Приходилось снимать навскидку и быстро прятать фотоаппарат. До поездки друзья говорили, что мне не удастся что-либо путное снять в Туркмении. В этом была изрядная доля истины. Неужели туристам в Туркменистане вольготнее, нежели жителю приграничного района? Каким-то иноземцам никто слова не сказал, когда они снимали в Куня-Ургенче. Я приехал с местными. Значит, не турист. Непонятно, почему человек в белой шапочке с негодованием запретил мне фотографировать мавзолей Тюрабек-ханум?
Жителю приграничных районов можно три дня находиться в сопредельном государстве. Прошли они быстро. Встречи отличались особой торжественностью. Людям нравилось принимать столь редких гостей и радушие хозяев поражало. Но не разносолы остались в памяти, а искреннее гостеприимство.

Примета Ташауза - лес спутниковых антенн на крышах
Примета Ташауза - лес спутниковых антенн на крышах

Новбахор (бывший колхоз имени Ленина), сказочный Куня-Ургенч, застрявший в безвременье Губатагский этрап (бывший Тельманский район). Общались с представителями разных национальностей. Как жителю Хорезма, было приятно, что ташаузские узбеки считают своей культуру древнего края.

И вот наступил понедельник. Опять плов в гостях, небольшой литературный диспут в кругу интеллигентной публики. В дорогу! В 12.30 опять таможенный контроль, вроде уже все и можно идти дальше. Но вот в помещение заходит группа внушительно выглядевших военных. И меня приглашают в кабинет. Два особиста (иначе не назовешь) начали допрос, закамуфлированный под приятную беседу с собеседником.

Моя американская виза так заинтересовала визави, что на протяжении двух часов общения они не раз возвращались к моей недавней поездке в США. «А чему учили? Да ничему не учили!», «А где вы были 25 июля? Да не помню». «А знаете, что треть населения страны имеет российское гражданство и как ему хорошо? Не знаю (мрачно)».

Дорога на Куня-Ургенч
Дорога на Куня-Ургенч

«А что американцы хотели? Да ничего тайного и запретного». В какой-то момент ощутил себя американо-российским шпионом.
Впрочем, если такой пристальный интерес к моей персоне, то грех его не уважить. И рассказал всю правду про экологическую подноготную вояжа. Про 75-процентную утилизацию мусора в Сан-Франциско, про навек любимый штат Вермонт. Про бедственное положение низовьев Амударьи, большой помойки Центральной Азии. Про покупку джинсов правильного цвета индиго. Поведал про загубленное гражданское общество в Узбекистане, про исход международных организаций из страны. Когда иссяк пыл, перешел на детские воспоминания. Нет в мире лучшего пионерского лагеря, чем в туркменском Фарабе. Как подростками пили с пионервожатыми туркменский портвейн «Чимён». И какая замечательная бутилированная вода в Ташаузе. Каким был мерзким таджикский мент, с калашом вымогавший ночью деньги с «узбека». Кстати, о таджиках. Как бы непросто не складывались отношение между нашими странами, но я спокойно переходил на таджикскую сторону и обратно через КПП «Ойбек».
Бравые парни терпеливо слушали, но записывали не все. Записали в блокнот домашний адрес (неужели в гости придут?). Мой спич не произвел на них большого впечатления. Периодически один из них выходил, чтобы сличить детали сказанного мной с показаниями спутника. И так два часа туркменская спецура прокачивала подозрительных субъектов с «той стороны». Вероятно, мой умиротворенный и нарочито расхристанный вид, постоянные упоминания о супертуркменской водке (каюсь - слукавил, ничего примечательного, сродни отечественной отраве) сделали свое дело. Отпустили. Выпотрошенные, мы стали ждать микроавтобус, чтобы доехать до узбекской границы.

Рано радовался, бежит взволнованный солдатик и зовет меня опять в здание. Кто-то еще раз посмотрел таможенную декларацию, в которой указаны специфичные носители информации. Оказывается, аппаратуру никто толком не проверил. Опять кабинет, уже другой. Человек представился инспектором таможни. Начался просмотр нетбука и фотоаппарата. Говорить было уже легче, памятуя о сказанном ранее. Однако говорить много не пришлось. Инспектор искал-искал, но так крамолы не обнаружил. Натужно старался тянуть время, ожидая более компетентного специалиста. Вопросы пошли по второму кругу.

Приехал человек в гражданском. Первым делом сфотографировал непонятного жителя Узбекистана и принялся обследовать технику. Опять два часа бдений. Моего знания узбекского языка хватило для того, чтобы понять туркменский спеца. Он инспектору предложил извиниться передо мной и отпустить восвояси. Ничего подобного не произошло. Молча махнул кистью руки: де, свободен. И пошел я солнцем палимый. До свидания, настороженный Туркменистан! Уж на это раз точно все, ан нет. Солдатик у шлагбаума начальнически выговаривает на ломаном русском: «Сигареты давать». Будто не знает - курить в Туркменистане особенно вредно! Знаем-знаем, что курение в общественных местах запрещено, не подведешь под статью. Водитель в туркменской маршрутке напоследок поразил меня тем, что дал сотню сдачи с пятисот сумов. Ему «лишнего не надо».
Переход через нашу границу прошел спокойно: вывернуть карманы, показать деньги и содержимое сумки. Порывался расстегнуть рубашку, но от меня досадливо отмахнулись.

Памятник Сапармураду Ниязову в одноименном этрапе
Памятник Сапармураду Ниязову в одноименном этрапе

Краевед меня дождался в чайхане. Садимся в такси и едем в Ургенч. Потом узнаю, как нам не повезло. По словам туркменских друзей, был «ашхабадский рейд». Нас искали по указанному в таможенной декларации адресу, не нашли. Дома силовикам сказали, что гости «поехали на таможню». Столичные сотрудники Министерства национальной безопасности страны и перехватили нас на границе.

Я клятвенно заверял офицеров на допросе-беседе, что непременно приеду в сентябре. Наверное, не решусь, еще свежи воспоминания от таких перехватов-задержаний.

Сергей Наумов
Tags: Туркмения
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments